Услыхав довольно громкий теперь шум мотора, он пронзительно свистнул. Второй налетчик метнулся наружу, бегом пересек поляну перед куполом и взял оружие наизготовку. К немалому удивлению Джоктара, грабители не собирались бежать, они были полны решимости драться.
Тут из купола выскочил третий и спрятался за деревом. Купол же словно поджидал гостей. В гостеприимно распахнутых дверях стоял человек в пальто с эмблемами компании.
Подъехавший джампер остановился. Из кабины выскочил охранник и направился было к куполу, но вскоре замедлил свои шаги. Его, по-видимому, смутила необычная тележка. Рука охранника потянулась к бластеру, но в тот же миг его сразил меткий выстрел из засады. Одновременно оглушительно шарахнул ворп. Цепочка молний прожгла джампер у самого днища, металл потек, словно воск. Из кабины высунулось дуло бластера, но снова рявкнул ворп — и кабины не стало.
Джоктар восхитился профессионализмом нападающих. Всего пару минут назад он запустил снежок в купол, теперь же джампер был покалечен, а его экипаж частью уничтожен, частью пленен и препровожден в купол. Победители залезли в развороченный кузов, бегло просмотрели груз и перенесли на тележку два больших ящика.
Джоктар внимательно следил за человеком, одетым в пальто компании. Тот стоял у купола и долго рассматривал отпечаток снежка на стене. Затем повернулся, как бы пытаясь определить возможную траекторию броска. Казалось, он смотрел прямо на Джоктара! Юноша всем телом вжался в снег. Но человек уже присоединился к своим товарищам и стал вместе с ними выносить из купола и грузить на тележку разнообразные тюки.
К полудню работа была закончена. Одетых в шубы пленников вывели и привязали к обгоревшему джамперу. Затем захватчики направили оружие на купол и через несколько минут он был превращен в бесформенные оплавленные куски. Компания могла теперь вычеркнуть из описи имущества машину и склад…
— Слушайте свой приговор, — обратился один из налетчиков к пленникам. — Мы могли бы вас сжечь, как поступили бы вы, случись нам поменяться ролями. Но вам дается шанс. Мы уходим, и если сумеете освободиться, добирайтесь до следующего склада, он цел пока еще. Тот, кто из вас выживет, пусть передаст Энсону Бургу, что скоро в этих горах не останется ни одного его купола!
Не обращая внимания на неразборчивые стоны и проклятия связанных, двое из нападавших впряглись в тележку, вторая пара с ворпами в руках встала по бокам. Отряд тронулся, и его путь лежал в точности туда, где затаился Джоктар.
Юноша попытался встать, но тело не слушалось: от долгого лежания в снегу оно одеревенело. Пытаясь скрыться, он пополз глубже в кусты, и тут же прорычал ворп.
Беглеца спасло лишь то, что пальто сидело на нем свободно. Заряд попал в рукав, слегка зацепив плечо. Но и этого оказалось достаточно, чтобы Джоктар, мыча от жгучей боли покатился по снегу. Услыхав совсем рядом крики и треск сучьев, он помял, что бежать поздно, его заметили. Вся левая сторона тела онемела, рука свисала безжизненной плетью. Но правой рукой он потянулся к тесаку. Затуманенными от боли глазами Джоктар увидел, как кто-то раздвигает ветки кустов, и, оскалившись по-звериному, попытался поднять тесак.
— Вот он!
В последнем усилии подняв силовой тесак еще на дюйм, его рука вдруг разжалась, теряя оружие, выбитое метким выстрелом. Джоктар почувствовал, что сейчас потеряет сознание от новой волны нечеловеческой боли. Он привалился здоровым плечом к скале. Зачерпнув снег, приложил его ко лбу, надеясь, что холодное прикосновение поможет победить парализующую слабость.
— Никак еще один? — в лицо юноше смотрел черный зрачок ворпа. — Тащи его сюда, поглядим, что это за птица.
Он крепко сжал зубы, чтобы не вскрикнуть от боли, когда его ухватили за одежду. И еще изо всех сил старался не упасть, остаться на ногах.
Человек в форме компании пристально посмотрел на Джоктара и покачал головой:
— Он не из этих. Погляди на следы: парень шел за нами.
— Зачем?
— Это он скажет сам. Берем его с собой.
— Но как же…
Налетчик в чужом пальто, вероятно, старший отряда, спросил, глядя на юношу:
— Это ты подал нам сигнал снежком?
— Я, — пробормотал Джоктар и упал на колени: ноги больше не держали его. Еще немного — и он провалился бы в беспамятство, но его подхватили чьи-то сильные руки. И опять тело пронзила боль, которую он уже не смог вынести. Больше он ничего не помнил…
Очнувшись, он понял, что его куда-то везут. Скрипели полозья. Юноша открыл глаза и увидел, что лежит в повозке на каких-то не слишком мягких тюках. Резкой болью отзывались во всём теле рывки и сотрясения.
— Ну что, проснулся? — кто-то наклонился над ним. Повернув голову, он встретил взгляд человека в пальто с эмблемами.
— Я не с шахты, — едва шевеля губами, прошептал Джоктар. Он заставил себя выговорить эти, казавшиеся ему крайне важными, слова.
— Тогда ты нарядился не в ту одежду.
— Так же, как и ты, — Джоктар попытался иронически усмехнуться, но его губы исказила лишь болезненная гримаса.
— Однако… — не ожидавший такой реплики, человек даже запнулся. Но тут же продолжил допрос:
— Ты из людей Скена? Или Кортоски? Тогда это не ваша территория.
— Я эмигрант, — голос юноши постепенно крепнул. — Был грузчиком на джампере и вот сбежал…
— И где же твой джампер? — в вопросе явно сквозило недоверие.
— Попал в лавину. Водитель и охранник погибли, а я сумел выбраться из кузова. На мне шуба охранника.
— Вот так история! Интересно, с каких это пор эмигрантами становятся дети? — Он отбросил капюшон с лица Джоктара и посмотрел ему прямо в глаза, сердито и недоверчиво.
— Мне больше лет, чем вам кажется. Да и когда Эй-служба особенно разбиралась с теми, кто попадется в ее сети? Впрочем, и здесь то же самое — ведь «Ярд-Нелли» купила меня без всяких колебаний.
— Трудно поверить во все это. Но если ты сказал правду, то ты молодец, что сумел выбраться из такой серьезной передряги. С какой планеты тебя, говоришь, привезли?
Джоктар прикрыл глаза. Разговор отнял больше сил, чем у него было. Затем тихо сказал:
— С Терры. Еще мы зовем свой мир Терраном… — Он произносил это, не открывая глаз, и потому не увидел, какое неподдельное удивление вызвал его ответ…
Скорее всего, он какое-то время снова находился в забытьи, так как следующим его ощущением было приятное тепло. Не беспокоила и болезненная тряска — значит, его уже не везут, и он находится в помещении. Приподняв веки, он сразу же зажмурился от яркого света атомного фонаря. Его устроили возле стены, поросшей мхом. Крыша помещения была низкая, и представляла собой плетёнку из каких-то гибких прутьев. Джоктар шевельнулся на своем ложе и хотел было потянуться, но почувствовал, что не может двинуть левой рукой, хотя боли и не было.
Чья-то рука поправила на его забинтованной груди меховое пальто. Он посмотрел вверх. Лицо стоявшего рядом с ним человека, не закрытое теперь капюшоном и маской, густо покрывал знакомый терранцу вечный космический загар. Как оказался здесь звездолетчик?
— Мне сообщили, что ты с Терры, — незнакомец говорил отрывисто и властно. — Из какого порта? Мелвамба? Вэррамур? Н-Йорк?
— Точно, Н-Йорк.
— Джет-Таун?
Услыхав вопрос, Джоктар понял, что этот человек знаком с улицей. Может быть, ему известна и тайная жизнь «верхнего» города? Он осторожно ответил:
— Я был банкометом у Керна.
Видел ли он когда-нибудь это лицо в переулках Джет-Тауна или в игорном зале? Пожалуй, нет. Тем более его удивила уверенная реплика незнакомца:
— Керн… «Солнечное пятно»?
Ничего не скажешь, этот человек неплохо знал и «верхний» город. Допрос между тем продолжался.
— Какой стол: «Трехмерное пространство»? «Звёзды и Кометы»? «Один — два»?
— «Звёзды и Кометы».
Незнакомец глядел с сомнением:
— Ты слишком молод для такого стола.
В резкой отповеди Джоктара звучали вся боль и отчаяние последних дней:
— Слушай меня, летчик. Я проработал за этим столом пять лет. Если ты знаком с Керном, то должен знать, что какой-нибудь недотепа не продержался бы у него и одного месяца.
Летчик вдруг расхохотался:
— Поделом мне: нельзя задевать профессиональную честь. Да, я знаю Керна и вынужден поверить, что ты специалист высокого класса. Что же касается твоего возраста… — он потёр подбородок и смерил юношу оценивающим взглядом. — Что ж, в бизнесе для всех находится место. Как твое имя, банкомет?
— Джоктар.
Брови звездолетчика поползли вверх:
— Просто Джоктар? Ну и имечко… Где ты только его получил?
— А где получил свое ты?
Летчик раскатистым смехом показал, что оценил ответ, и внезапно произнес:
— Гафл сёндзи корг а клайвн…
Последние звуки ничего не говорили Джоктару, но в его мозгу что-то встрепенулось. Может, как раз в той, заблокированной зоне его сознания? Не там ли, где похоронена память о детстве? Превозмогая слабость, он приподнялся на локте:
— Что ты сейчас сказал?
Летчик нахмурился, взгляд его стал холодным.
— Если ты не понял, значит мои слова не имеют для тебя значения. Выходит, ты здесь из-за обыкновенной Эй-облавы?
Кивнув, юноша снова опустился на постель. Он был заинтригован и разочарован тем, что собеседник увел разговор в сторону. Но летчик, словно не замечая обиженного вида Джоктара, настойчиво расспрашивал его до тех пор, пока не узнал всю жизнь юноши, включая похождения на Фенрисе.
— Я гляжу, ты очень везучий.
— А я, гляжу, ты поверил всем моим россказням, — Джоктара утомили дотошные расспросы, его терпение висело на волоске.
Летчик снова расхохотался:
— Парень, ты бы не смог солгать при всем своем желании. Ведь когда ты начал просыпаться, я дал тебе порошок истины.
Здоровая рука юноши гневно сжалась в кулак.
— А иначе нельзя было? — его голос был тихим и ровным, но глаза метали молнии.
— На этой планете — нельзя, если не хочешь нарваться на шпиона компании. Принять хоть что-нибудь на веру — значит, попасть в лапы к промышленникам.