если рядом собралось столько умных людей? Может, лучше всем вместе?
— А как вы считаете? — я обвел взглядом всех собравшихся. — Ради чего японцам захотелось бы остаться?
Никто так и не успел ответить, потому что, отталкивая друг друга, в комнату ворвались сразу двое адъютантов Столыпина.
— Полковник Жилинский исчез из-под домашнего ареста! — выпалил первый. — А бандит Цыганок и его подельники убиты прямо в камере!
Второй на мгновение замер, а потом тоже заговорил.
— В Токио бунт вернувшихся из Кореи частей. Император пытался это скрыть и даже какое-то время задерживал все телеграммы. Но буквально полчаса назад Сергей Юльевич Витте смог отправить сообщение в Санкт-Петербург и нам.
Мои мысли заскакали словно безумные. Бунт? Неужели из-за меня? Я вспомнил последние листовки, которые распечатала и раскидала по половине Токио Казуэ — а она ведь должна была после этого выйти на связь, но пропала.
— Кто стоит во главе восстания? — спросил я у Столыпина, который быстро скользил глазами по принесенной ему расшифровке послания.
— Бывший генерал Хикару Иноуэ. Он захватил броневики гвардии, с их помощью освободил несколько политических заключенных, а потом вместе с бунтующими солдатами отступил на юг. Причем не остановился, а продолжает быстро двигаться куда-то в неизвестность.
Или в известность? Я сразу же представил себе карту Японии: что им нужно на юге? Порты? Нет, флот не выпустит бунтовщиков с острова. И зачем же они тогда сбежали из Токио, единственного места, где небольшой дерзкий отряд на самом деле мог бы решить судьбу страны? Иноуэ — я помнил этого японского генерала, и тот бы не повернул, испугавшись в последний момент. Значит, цель точно есть! Надо просто найти. Мысленный взгляд скользил по карте, отметая самые разные места, и так, пока я не остановился на небольшом княжестве на побережье самого южного из островов Японского архипелага.
Сацума… Вот картинка и сложилась! Но что же они творят⁈
Глава 10
За сутки отряд бунтовщиков дошел до Йокогамы. Казуэ опасалась, что тут их может встретить флот, но вместо этого они лишь пополнили свои ряды портовыми рабочими и еще тысячей солдат из недавно расформированных частей.
— Это страшно, — тихо шепнул рядом Сайго. — В них столько злости, столько ярости, но пока рядом наш отряд броневиков — мы словно ядро, рядом с которым они могут чувствовать себя спокойно.
— Не наш, — напомнила Казуэ.
— Иноуэ никогда бы не дошел ни до тюрем, ни до дворца без нашей помощи. Так что и наш тоже, — Сайго не собирался чувствовать себя лишним.
— Тихо… — остановила брата девушка, так как к ним подбежал один из бунтовщиков.
Совсем молодой парень откуда-то из Осаки, недавний солдат, сейчас неожиданно взлетевший до личного адъютанта самого Хикару Иноуэ.
— Генерал и князь Ито зовут вас на разговор, — доложил он и только после этого на всякий случай поклонился. Никакого понимания этикета.
— Кажется, нам наконец-то собираются ответить на вопросы, — совершенно не стесняясь чужих ушей, сказал Сайго. — Давно пора. А то я уже начинал жалеть, что мы помогли освободить старого интригана. До него-то было обычное восстание, а как он появился, так сразу странности и полезли.
— Хватит, — на этот раз Казуэ добавила к словам удар маленького, но крепкого кулака, и Сайго замолчал. Гудящий в крови азарт — это хорошо в бою, но вот потом — из-за него можно наворотить таких дел, что не каждый и расхлебает.
Именно поэтому девушка сдерживала себя в столице и ничего не говорила во время отхода в Йокогаму, вместо этого подхватив разведку отряда, организовав разъезды и график караулов. Но вот время пришло. Стоило им только зайти в дом, где на кровати сидел еще бледный и обессиленный после тюрьмы князь Ито, а рядом за столом уже здоровый, но очень злой генерал Иноуэ — Казуэ сразу перестала сдерживаться.
— А теперь объяснитесь, — медленно выпуская из себя ярость, сказала девушка.
И даже боевой генерал вздрогнул, почувствовав ее намерения.
— Тихо, — попробовал пошутить Сайго, но девушка только покачала головой.
— Тут уже все свои, можно и громко. Итак, господа, — она иронично подняла брови, — мы стояли у дворца Эдо, между нами и императором была дай бог тысяча гвардейцев, которые ничего бы не смогли сделать, двинь мы вперед машины. Род Ямато снова не справился, и его снова смог бы сменить достойный сегун, который помог бы Японии выбраться из той ямы, в которой мы оказались…
— Не помог бы, — тихо ответил Ито.
— Что? — нахмурилась девушка.
— Никакой сегун, никакая декоративная смена власти не смогли бы изменить ситуацию, — Ито покачал головой. — Именно поэтому я убедил генерала Иноуэ дать мне встретиться с императором и заключил единственную сделку, которая могла бы спасти нашу страну.
— Вы что, продали нас? — Сайго чуть не зарычал.
— Нет. Я просто предложил, как сделать так, чтобы власти не пришлось топить страну в крови. Вы же понимаете, что два миллиарда иен внешних и внутренних долгов — это не просто слова. Мы должны платить Штатам — и поэтому вырастут налоги. У нас нет денег — и поэтому жалованья всех, кому платит государство, будут урезаны. От учителей до самого высокого чиновника на пороге Эдо. И у частных фирм будет то же самое. Раньше половина из них так или иначе работали на войну — многие еще и в долги залезали, чтобы сделать побольше и вернуть свое после победы… Теперь этого ничего не будет! Ни возвратов денег, ни заказов. Война еще даже толком не закончилась, а Япония уже начинает голодать. И тот бунт солдат, который вы успели подхватить — это просто первая ласточка перед тем, как страна содрогнется по-настоящему, когда поднимутся все простые люди, которые разом лишились прежней жизни.
— И поэтому у императора был выбор: или уйти, или утопить их всех в крови. Жестоко, но мертвецы хотя бы не едят, — понял Сайго.
— Не совсем, — поправил его Ито. — Уйти — не выход. Любой власти пришлось бы подавлять восстания.
— А просто принять предложения русских? — повысила голос Казуэ. — Сдать им флот, который нам сейчас не нужен. Получить хлеб, закрыть долги. Начать не с минуса, а хотя бы с нуля. Японский народ очень трудолюбив, и с этим бы мы точно справились!
— К сожалению, такой план просто не смог бы сработать. Просто представьте ближайшие последствия, подпиши мы подобный договор. Корабли ушли, десятки тысяч моряков, считающих, что их предали, спустились на берег. Еще раз обращу внимание: дисциплинированные военные, которые не проиграли ни одного сражения, но оказались вместе со всеми среди побежденных! Да им бы хватило одной искры, чтобы вспыхнуть. Как думаете, возвращение долгов остановило бы те же Северо-Американские Штаты от того, чтобы эту искру поднести?
— После того обстрела, что они устроили в Сасебо — нет, не остановило бы, — поняла все Казуэ.
— О, — заинтересовался Ито. — А как вы поняли, что это были американцы?
— Зарисовала силуэт корабля, потом сверила с флотским архивом. Это был «Нью-Орлеан», бывший «Амазон».
— Вот значит как, — впервые с начала разговора голос подал генерал Иноуэ.
— Даже если бы мы об этом рассказали, это ничего бы не изменило, — сразу же ответил ему князь Ито. — Моряки ведь начнут сражаться не за Штаты, а за Японию, а то, что их используют — кому хватит смелости, чтобы даже самому себе признаться в подобной слабости?
— И каков ваш план? — Казуэ вернулась к самому главному. — О чем вы договорились с императором?
— Мы не берем штурмом дворец. Мы уходим на юг и по пути собираем всех, кто недоволен итогами войны…
— То есть забираем лишние рты и тех, кто мог бы подняться против Токио, — понял Сайго.
— Все верно: мы даем выход ярости и получаем гарантии, что хотя бы в этом месяце Япония не вспыхнет, — кивнул Ито.
— Но это временное решение. Чем дольше мы оттягиваем, тем сильнее рванет потом, — не согласилась Казуэ.
— Император сказал так же, — Ито улыбнулся, глядя на девушку. — Но мой план не останавливается на сборе пены. Вы ведь обратили внимание, куда мы готовимся выступать уже завтра?
— На юг.
— Все верно. И послезавтра, и послепослезавтра мы тоже будем идти только в эту сторону.
— Сацума! — понял Сайго.
— Все верно, — кивнул Ито. — Но не одна Сацума, а весь Кюсю. Мы займем самый южный остров Японии и на какое-то время станем противовесом императорскому дворцу. Все, кто будут недовольны Токио, смогут не бунтовать, а уйти к нам. Все, кто не поверит в нас — к ним. Два полюса помогут обойтись без крови, а потом… Япония будет выплачивать старые долги и сохранит доступ к рынкам Европы и Северо-Американских Штатов. Сацума же откажется от итогов войны и начнет сближение с Россией…
— Я понял! — Сайго от волнения ударил кулаком по столу.
— И что же? — князь благосклонно посмотрел на молодого Такамори.
— Сацума будет торговать с Россией. Мы получим от них хлеб, который так нужен стране, чтобы выжить. И который у них есть! А мы, передавая эту еду дальше на север, в свою очередь сможем перепродавать русским товары из Англии и Штатов, которые те сами бы им никогда прямо не продали.
— Не только их. У Японии достаточно и своих товаров. А генералу Макарову с его любовью развивать собственные военные фактории точно пригодятся наши медь и сера.
Казуэ понимающе кивнула. Она тоже видела списки найденных в Маньчжурии месторождений, но именно этих там не было. А Япония смогла бы дополнить промышленность русских. Формально Сацума и Токио будут враждовать, но на самом деле каждая из сторон будет поставлять другой все, что ей необходимо. Потоки товаров во все стороны, которые словно кровь вернут жизнь на умирающие острова.
— Да, это действительно может сработать, — выдохнула девушка.
— Тоже думаете, что никто не догадается? — тихо спросил Иноуэ, который единственный еще не был готов до конца принять новую реальность.
— Догадаются, конечно, — пожала плечами Казуэ. — Если внутри страны мы еще сможем скрыть все потоки, то корабли, идущие к Маньчжурии и Корее, всякие неожиданные закупки — любой умный человек сразу сложит два и два. Однако тот же умный человек сумеет увидеть в этой схеме и плюсы, которые и ему можно использовать… Для русских это возможность получить союзника вместо рассадника бедности, болезней и пиратства. Для американцев — ускорение возврата долгов. И для каждой из сторон — вера, что именно их союзники с их же помощью в итоге возьмут верх по всей стране. Очень изящно.