[346]. Таким образом, мы вправе заключить, что после 1580 года Нобунага стремился предоставлять своим личным вассалам земли именно в провинции Оми.
Вторым главным обитателем Адзути после Нобунага был Суганоя Нагаёри. Он занимал должность, которую можно определить как «начальник конной гвардии». Естественно, многочисленные связанные с ней функции он выполнял не единолично, а возглавлял целый штат, который периодически менялся[347]. Незадолго до гибели Нобунага в 1582 году была сформирована группа из пяти Начальников конной гвардии: Суганоя Нагаёри, Хори Хидэмаса (1553–1590), Хасэгава Хидэкадзу, Ябэ Иэсада (даты рождения и смерти неизвестны) и Фукудзуми Хидэкацу. Об этом можно судить, принимая во внимание, что эти пятеро стояли во главе конной гвардии Нобунага в ходе последней кампании против Такэда. Задолго до 1582 года Нагаёри сыграл немаловажную роль в переселении воинов конной гвардии Нобунага, традиционно селившихся в Овари и Мино, в новый замок Адзути. На языке того времени воины конной гвардии, жившие в Адзути, именовались дзай-Адзутисю «отрядом из Адзути»[348].
С того самого момента, как в 1576 году началось строительство Адзути, Нобунага намеревался переселить основную часть своих вассалов на новое место. «Нобунага выделил конной гвардии участки под застройку у подножия горы, и каждый из них следил за тем, как шло строительство его дома»[349]. Спустя всего два года уже немалое количество воинов конной гвардии и лучников жило в Адзути. Однако семьи свои они оставили в своих прежних домах в провинции Овари. Нобунага использовал пожар 1578 года для того, чтобы ускорить переселение конной гвардии и лучников в Адзути[350]:
Пожар начался в покоях Фукуда Ёити, лучника Нобунага, в 29-й день первого месяца. Нобунага, узнав об этом, заявил, что пожар произошел потому, что [Фукуда] не перевез свою жену и детей в Адзути. Он велел своему начальнику Суганоя Куэмон [Нагаёри] составить список присутствующих. Когда расследование было закончено, Нобунага немедленно отстранил шестьдесят лучников и шестьдесят воинов конной гвардии, всего сто двадцать человек, которые не перевезли жен и детей в Адзути. Он объявил, что поджог, совершенный одним из лучников, является уголовным преступлением, и приказал господину Тюдзё Нобутада в Гифу отправить людей и предать огню дома всех лучников, которые оставили жен и детей в провинции Овари, и срубить все деревья и бамбук. В результате жены и дети 120 человек перебрались в Адзути так быстро, как только могли. В качестве наказания за небрежность Нобунага велел этим воинам построить новую дорогу от входа в южную часть замка и [в конце] простил их.
После этого случая переселение в Адзути стало обязательным для всех воином конной гвардии, отказ карался смертью. Так, Идо Масамото входил в состав конной гвардии как минимум с 1570 года, когда он участвовал в нападении на сторожевую заставу храма Хонгандзи в Одзака, что не помешало Нобунага отдать в 1579 году приказ Нобутада казнить его. «Причина заключалась в том, что [Идо] не перевез жену и детей в Адзути, переезжал из одного дома в другой, не желал считаться ни с кем и не появился в Адзути»[351].
Вассалы, жившие в Адзути, составляли три группы: слуги (косёсю), конная гвардия (умамаварисю) и лучники (юмисю). Это следует из церемониальной практики, быстро сложившейся в Адзути. В принципе, ведущим вассалам Нобунага предписывалось совершать визиты к своему господину под новый год. Впервые это случилось в 1578 году, когда в Адзути прибыли вассалы, среди которых были Такигава Кадзумасу, Хосокава Фудзитака, Хасиба Хидэёси, Акэти Мицухидэ. В 1579 году Нобунага отменил новогоднюю аудиенцию, поскольку большая часть его войск была занята осадой замка Ариока в провинции Сэтцу. Однако неделю спустя Нобунага приказал «своим слугам, воинам конной гвардии и лучникам» доставить на гору Адзути камни из близлежащего карьера. Но все эти вассалы постоянно жили в Адзути, а не прибыли специально для того, чтобы выполнить приказание своего господина[352].
Процесс переселения вассалов в Адзути ускорился, начиная с 1580 года. 29 апреля Нобунага начал обустраивать земли к югу от замка и готовить их для строительства[353]:
Начиная с 16-го дня дополнительного месяца Нобунага приказал своим уполномоченным Суганоя Куэмон, Хори Кютаро [Хидэмаса] и Хасэгава Тику [Хидэкадзу] выкопать ров и заполнить рисовые поля к югу от периметра Адзути и к северу от новой дороги. Он передал строительный участок [иезуиту] Батерену.
Одновременно они принял Фусэ Токуро [Кимиясу], прежде принадлежавшего дому Гамо Ухёэ но Таю [Катахидэ], в ряды конной гвардии и выделил ему участок. Это было великой честью для Фусэ получить такие почести.
Нобунага приказал воинам своей конной гвардии и слугам выполнить строительные работы; они заполнили ров под Ториути, построили рядами дома, выкопали ямы в нескольких местах к северо-западу от озера, где корабли могли заходить в порт, и посадили деревья и бамбук; кроме того, он велел им засыпать рвы и каналы. Всем были выделены участки.
Их имена:
Инаба Гёбу [но Сё], Такаяма Укон, Хинэно Рокуродзаэмон, Хинэно Ядзиэмон [Моринари], Хинэно Хандзаэмон, Хинэно Канъэмон, Хинэно Гоэмон, Мидзуно Кэнмоцу [Моритака], Наканиси Гонбёэ, Ёго Кюбёэ [Кацунао], Хирамацу Сукэдзюро, Нономура Мондо [но Сё], Кавадзири Ёбёэ [Хидэтака].
Так повелел Нобунага. Каждый день он отправлялся на соколиную охоту со своими лучниками.
Представляется, что Нобунага более не стремился просто перевезти своих вассалов из Мино и Овари в Адзути. В его политике можно усмотреть признаки начала нового этапа: он укреплял ряды конной гвардии новыми людьми, выходцами из других провинций. Новые вассалы точно так же должны были строить дома в Адзути. Фусэ Кимиясу из провинции Оми проявил свои достоинства в прошлые годы и теперь был вознагражден за это; он ушел со службы Гамо Катахидэ и стал воином конной гвардии Нобунага, самых элитных войск той поры. Большой карьерный скачок совершили и представители дома Хинэно, которые до 1574 года сопротивлялись Нобунага. Всего за шесть лет службы они смогли достичь положения, равного таким людям, как Мондо но Сё и Кавадзири Хидэтака, которые принадлежали еще к первому призыву конной гвардии.
Особенно примечателен случай Такаяма Укон, поскольку, судя по всему, ему было позволено жить вне Адзути. Вплоть до гибели Нобунага ставкой его был замок Такацуки в провинции Сэтцу (ныне — часть префектуры Осака). А его земельные владения в этой провинции располагались вокруг области Носэ. Ведущая должность «командующего» (тайсё) в военной иерархии Сэтцу была зарезервирована для Икэда Цунэоки, приемного брата Нобунага. Ему служило четверо вассалов, каждый из которых имел свои земли и крепости в провинции. Помимо Такаяма Укон, это были местные князья Накагава Киёхидэ из Ибараки, Абэ Ниэмон из Яда и Сиокава Китидаю из Тада. Укон получил высокий пост, владения в Сэтцу, резиденцию в Адзути и заслужил прием в ряды конной гвардии верностью Нобунага во время так называемого «Кризиса Араки». С этого момента, то есть с декабря 1578 года, его карьера вассала Нобунага пошла круто вверх. В 1581 года он служил в провинции Инаба и докладывал о положении дел лично Нобунага. Наконец, в числе воинов конной гвардии он участвовал в походе против Такэда на востоке Японии в 1582 году[354]. У нас, однако, нет сведений о том, что Нобунага требовал от него перевезти семью в Адзути. В отличие от ветеранов из Мино и Овари, Такаяма не порвал связи с родными местами.
Описывая трудности, с которыми сталкивались иезуиты в своих попытках закрепиться в Адзути, Луис Фройс в своей «Истории Японии» дает интереснейшие комментарии по поводу того, как селились вассалы Нобунага в окрестностях замка. По сообщению Фройса, вассалы не имели ни малейшего желания жить в Адзути, а переселялись только для того, чтобы угодить своему господину. Переселение на новое место требовало больших расходов. Очень трудно было добывать строительные материалы, поскольку «в области Адзути практически не было ничего необходимого», и все приходилось везти на повозках. Вассалы Нобунага селились на самой горе, которая «вся была покрыта домами, как и окрестности». Если переселения в Адзути требовало положение, необходимо было располагаться как можно ближе к замку. Рядовые воины селились не на самой горе, а у ее подножия. Вокруг замка катастрофически не хватало земельных участков под строительство. С другой стороны, в городе земли было много, но жить там означало бы находиться «среди простолюдинов и ремесленников». Нобунага приказал «засыпать участок озера между горой и городом» для того, чтобы восполнить нехватку земли. Это было сделано в течение двадцати дней. В числе первых участок на новой земле получили иезуиты, построившие там знаменитую, но недолго просуществовавшую миссию[355].
Учитывая все вышесказанное, можно заключить, что Адзути был отнюдь не просто обычным замком, а местом, в котором осуществлялись строительные, представительские, торговые, административные и управленческие функции.
Глава седьмаяГоды несчастья1576–1580
Как мы говорили в пятой главе, военные успехи Нобунага в 1575 году позволили ему установить тесные связи с императорским двором. Двор же, в свою очередь, более чем желал стать ближе к Нобуна