Еще минут двадцать ждали стражники своего командира, но ничего стоящего больше не сказали, хоть Ярих и вслушивался изо всех сил.
– Все, ушли? – спросил Ярих домового. Его слуху он доверял больше.
– Ушли.
– Почему мы убежали? Из-за них?
– Повелитель бродяжек. Это он отправил гонца к Шнюльфику, сказать, что приблудился мальчишка. Они собирались схватить тебя, спящего.
– Зачем?
– Ну, может его за это не тронут, после того как бродяги отобьют у стражи якобы – ведьму.
– Их что, всех? – не верил ушам Ярих.
– Ты же слышал, – в голосе домового слышались раздраженные нотки. Обычное дело. Стоит только рассердиться по поводу собственного бессилия что-то изменить, гнев выливается наружу.
Ярих сел спиной к забору.
– А когда ведьму повезут?
– Кто их знает, – шептал Велиофант, – Хотя, убогим, уверен, объявят заранее.
– Надо предупредить Шмыга.
– Сиди тут, я его приведу.
– Ты как-нибудь этак, деликатней.
– Скажу, что я ему приснился.
Если бы Ярих видел в темноте так же хорошо как Велиофант, он знал бы, что домовой ему подмигнул.
– Это не план, это безумие, – Велиофант запыхался от бега, поэтому говорил прерывисто.
– Лучше, чем зарываться в канаву.
Они то бежали, то шли быстрым шагом, стараясь к рассвету оказаться как можно дальше от города.
– А я говорю безумие! Пешком, в лесах, за день отыскать малочисленный отряд…
В изумлении о недогадливости друга Ярих даже остановился.
– Так мы ведь сейчас не принца ищем!
– А кого? – удивился Велиофант.
– Уханчика!
– Вот…, – а остальную фразу, в целях сохранения достоинства, Велиофант произнес про себя, – …я старый болван! – и потом снова вслух, – Так я помню, в какой стороне мы его оставили. Ты уж не обижайся, но в лесу все ориентируются лучше людей.
И припустил вперед.
– Давай за мной!
– Ну вот, – засмеялся Ярих, – А совсем недавно еле лапы тащил.
– Все. Тихо, – Велиофант стал серьезным, – Не то сгребут, и пискнуть не успеем. Мало ли кто по лесу бродит.
С этой минуты шли молча. Долго. Рассвело. Энтузиазм Яриха с трудом передвигал ноги, когда Велиофант плюхнулся в сырую от росы траву.
– Все. Это место. Здесь мы его оставили.
– Уха-анчик! – крикнул Ярих.
– Т-с-с-с, – заставил его молчать домовой, – Отдохнем, поищем.
Солнце едва поднялось из-за горизонта и лучи его, теплые, похожие на солнечных зайчиков, сквозь колышущуюся от ветра листву играли на фигурах спящих. На рыжей, склоченной местами шерсти чуть отощавшего, но все еще толстого домового, на впалых, в грязных разводах щеках Яриха, путались в коротких, клочками выстриженных волосах, прыгали по худым, исцарапанным ногам, по кожаным ботинкам. Во сне он фыркал и отворачивался от лап с мягкими ворсинками, что щекотали лицо, но когда терпеть стало невмоготу, открыл глаза.
– Уханчик! Ты нашелся!
Уханчик смотрел на него, мигая вразнобой шестью глазами.
Хотелось и плакать, и смеяться, но сил для этого не хватало.
– Ты молодец!
Ярих снова закрыл глаза.
К щекочущим лапкам присоединился кончик хвоста, треплющий по носу. Ярих чихнул и окончательно проснулся.
Когда Уханчик взлетел, Ярих и Велиофант почувствовали себя свободными и счастливыми, слушая шум листьев, крики птиц, вдыхая пряный аромат земли и зелени.
– Кружим вокруг города, пока не заметим внизу что-нибудь подозрительное? – спросил Ярих на случай, если у Велиофанта есть мысли удачнее.
– Видимо да.
Домовой свесил голову вниз, обозревая окрестности. Как не крути, а и слух и зрение у него действительно лучше. Но, тут же отпрянул – его едва не пронзила стрела. Еще несколько стрел прожужжало в воздухе, одна воткнулась в панцирь Уханчика снизу.
– Уходим! – прошипел домовой, но Ярих и без того уже повернул жука назад и выше.
– Неужто эти дикари и есть отряд принца? – едва не хватая себя лапами за голову, причитал домовой.
– Придется вернуться, проверить, – вздохнул обреченно Ярих и, держась за рожки Уханчика, и свесился вниз, посмотреть, куда попала стрела. К счастью, она застряла в твердом панцире и сидела не глубоко, а главное, в пределах досягаемости руки. Он лег на живот, ухватился одной рукой за выступ рога, свесил туловище вниз, расшатал и выдернул стрелу. Эта манипуляция заняла не больше минуты. Этого времени хватило Велиофанту, чтобы придти в себя.
– Тебе что, совсем не страшно? – спросил он задумчиво.
– Страшно, но я привык.
– Как это? – не понял домовой.
– Отец обучал меня своему ремеслу. Он вор. Каждый раз, выходя с отцом на промысел, я очень боялся попасться. Страшно было так, что тряслись коленки и темнело в глазах, но я привык. Хотя отец говорил – беда, коли страх потеряешь, лучше сразу сдаться.
«Чудно, – думал Велиофант, внука великого короля воспитали воры – он смотрел на Яриха с улыбкой – вряд ли бы у придворных умников получилось лучше».
– Тебе повезло с родителями.
Ярих посмотрел на домового, ища в его словах подвох, и не нашел.
Он снова направил Уханчика так, чтоб они летели, едва не касаясь верхушек деревьев. Так издалека их не было видно.
– Слишком далеко не полетим, – Ярих посадил Уханчика на неширокую полянку, – Все равно возвращаться.
– Да?
Велиофанту очень этого не хотелось.
– Ты же сам сказал, они могут быть дикарями принца.
– Отрядом, – поправил домовой.
– Ну да, я так и сказал. Поехали. Показывай дорогу.
Велиофант поднял к небу глаза.
– Меня чуть не расстреляли и я же дорогу показывай!
Уханчик шустро бежал по лесу. Что ему редкие деревца и чахлые кустарники, ямы и валежник по юс органическими камнями и щитаном горготана.
Через некоторое время домовой скомандовал:
– Стой. Дальше я один. На разведку. Внешне, оказывается и враги и друзья очень похожи. Хотелось бы, конечно, чтобы разница между ними была в сути, но она, кажется, только в названии, – вздохнул Велиофант и добавил, – А ты сиди здесь тихо, как трава.
Велиофант крался. Хотя, кому есть дело до крадущегося по лесу кота? Разве что заскучавшему охотнику. И, тем не менее, до места стоянки отряда он добрался быстро.
– Ведьминское наваждение! – вещал кто-то громоподобно.
– Ты видел, моя стрела прогнала чудище! – похвастал сиплый голосок.
– Ты че, ослеп от своей сивухи, это была моя стрела, – вмешался простуженный голос.
– Эй, чучелы, – вмешался громоподобный, – Да у вас руки трясутся так, что вы даже с трех шагов в дерево не попадете, а этот видали, как летел высоко. Так тетиву натянуть вам, сморчкам, силенок не хватит.
Велиофант подобрался ближе, взобрался на высокое дерево и теперь мог видеть говорящих – троих мужчин, разного роста и степени упитанности. Не смотря на столь явные различия, домовой поразился их схожести, которая проявлялась странным образам в мелочах – они были одинаково потрепанные, пропыленные и равнозначно взъерошенные.
– Как ты меня назвал, груда потрохов? – подскочил к толстяку тощенький безбородый мужичонка.
– Ты еще и заедаешься, скобленное рыло? – начал засучивать рукава толстяк.
– Да мы тебя сейчас сами по поляне размажем! – раздухарился товарищ тощего.
Потасовка была неизбежна, но из единственного войлочного шатра, стоявшего на поляне, величавой походкой вышел молодой мужчина.
– В нелегкий час, когда кругом враги, сеять разлад в и без того малом войске? – вскричал он с укоризной. – Али не предательство?
Мужики, устыдившись, присмирели.
А он продолжал:
– Видали, ведьминское наваждение? Нашла она нас! Изведет теперь. Околдует, как отца моего, – он выдержал паузу, и добавил мрачно, – Час на сборы и уходим.
– Вот ведь вояки, – хмыкнул на дереве домовой.
– Да, сир.
– Хорошо, Арун.
Мужики разошлись, демонстративно хмурясь и избегая смотреть друг другу в глаза.
Все верно, подумал домовой, так и зовут царского сына, и стремглав бросился назад. Не хватало еще упустить их и искать потом снова.
До Яриха, который, как оказалось, сам крался следом, Велиофант добрался намного быстрее, чем ожидал.
– Ох, и непослушный ты, но, это кстати. Да, мы нашли принца, но… Эх, поможет ли? – вздохнул домовой, и добавил, – Бежим быстрее, не то спрячутся защитнички, как зайцы в кустах. Где искать будем!?
И уже в который раз, оставив в лесу верного Уханчика, побежали. Лагерь был близко.
– Подними вверх руки и шагай медленно, – шепнул Велиофант.
– Зачем это?
– Пальнут еще, с перепугу. Небось, каждого шороха бояться, – пояснил Велиофант и пошел вперед.
Дозорные у отряда все же были. И, если Велиофанта они не заметили, то Яриха увидели скоро. С дерева спрыгнул парень, схватил его за руку и повел. У него, да и у Велиофанта, отлегло от сердца – теперь не пальнут.
Яриха окружила толпа хмурых, бородатых мужчин. Его уже обыскали и теперь разглядывали с мрачным интересом. Он, в свою очередь рассматривал их. Воины, почесывали бороды, гадали, как с ним поступить.
– Чего в лесу делал? – озвучил общий вопрос толстяк.
– Вас искал. Дело у меня. К принцу, – Ярих постарался придать себе важный вид. Он гордо поднял голову и упер в бока руки. Некоторым его нахальство нравилось. Велиофант видел, как они прячут улыбки в густых усах.
Толстяк, зная о силе своего голоса, не менее важно продолжил:
– Знаешь ли, коли царскую особу обеспокоишь зря, будешь посечен?
Ярих изо всех сил постарался ответить в тон ему:
– Зря не побеспокою.
Позади толпы послышался громкий хохот. Толпа расступилась перед смеющимся, и Ярих понял – вот он, перед ним – принц Арун. Ярих почтительно склонил голову.
Арун движением головы приказал следовать за ним и вошел в шатер. Там сидело несколько важных на вид мужей. И если принц был одет по-простому, то эти отличались густотой бород и богатством одежды. Советники или приближенные, подумал Ярих.