– Тогда, я их помою и почищу, – наконец сдалась служанка.
После купания его проводили в комнату. Слуги морщились. Не комната – чулан по дворцовым меркам. Ярих усмехался – чего они понимают! Когда здесь первый этаж и большое, просто бесценное окно, выходящее в самую густую и безлюдную часть сада. Впервые у него появился шанс стать дверью.
Оно было не высоко от земли, но Лиарна категорически отказывалась прыгать. Тогда Ярих придумал подлетать за ней на Уханчике, и с подоконника она спрыгивала на спину жука.
Следующим утром Лиарна прибежала когда Ярих еще спал. Она потормошила его и начала говорить, едва он открыл глаза.
– Я уверена, Ария хочет избавиться от меня.
– Ты серьезно?
– Она знаешь, какая хитрая, она своего добьется. Ты не представляешь, что она снова придумала… А мама уверена, что я сочиняю.
Ярих почесал макушку.
– Здесь хоть кому-нибудь можно доверять?
Лиарна задумалась.
– Ну да, есть кое-кто. Пойдем.
Она завела его в зал, который после щедро освещенных комнат и коридоров показался темным. Окна были скрыты портьерами, полумрак скрывал стены, и только гулкое эхо шагов указывало на большой размер. Неяркое пламя камина освещало стол и повернутое спинкой к ним кресло. Когда они обошли его, у Яриха пропал дар речи. Он не знал слова, чтобы назвать существо, которое разглядывало его, Яриха, с нескрываемым любопытством.
– Это? – Ярих вопросительно глядел на Лиарну.
– Домовой.
Что бы то ни было, руки просто тянулись его погладить. Ярих в жизни не видел ничего пушистее и рыжее.
– Кыш! Кыш, куда ручищи-то потянул, – сердитый голос прозвучал мягко, приятно для слуха.
Ярих отпрянул.
– Он разговаривает?
Домовой лениво потянулся в кресле.
– А еще читаю, пишу и знаю несколько языков.
– Это советник и библиотекарь, Велиофант Нифсграфович, – шепнула девочка.
Ярих оттащил ее к двери.
– И это твой самый надежный «человек»?
– Да, надежнее некуда.
– Я вас слышу, – голос в кресле скорее пропел, нежели проговорил, – Я вас слушаю.
И Лиарна рассказала ему, как однажды услышала, как Ария сказала кому-то: «Все готово, никто не усомнится в том, что это несчастный случай». На следующий день погиб король и никто не усомнился в том, что это несчастный случай…
– Мне кажется, и я ей не нужна, живая. Ведь если погибну, наследницей станет она.
– Почему ты так решила? – лениво промурчал домовой, только глаза его, заметил Ярих, вспыхнули желто-зеленым.
– С чего устраивать мое посвящение на пять лет раньше? Маме она сказала – так нужно. После смерти отца, я, вроде как, раньше повзрослела.
– Звучит правдоподобно, – домовой с интересом разглядывал свои когти, то втягивая их в розовые подушечки, то вытягивая на всю длину.
– А что это за посвящение? – спросил Ярих.
Не отрываясь от созерцания когтей, Велиофант произнес:
– Ныряние в зыбь на смотровой башне.
– И я! Я тоже хочу! Без меня не соглашайся! – Ярих запрыгал вокруг Лиарны, словно ужаленный, – Я очень обижусь, я вообще уйду, если без меня!
– Вообще-то, молодой человек, – с укоризной заметил домовой, – Мы здесь собрались, чтобы предотвратить это.
– А, да… Точно. Как забыл… – сконфузился Ярих.
– Вот что, ребята, идите, гуляйте, а я тут посижу, поразмыслю, – и Велиофант снова раскинулся в кресле, позволив бликам от огня отражаться в горящих глазах.
Остаток дня ребята возились с Уханчиком. Постепенно жук привык к людям, и уже не так шустро прятался, заслышав шаги прислуги. И дети играли не таясь. Даже королева удостоила Уханчика внимания.
Чуть позже произошел разговор библиотекаря и королевы.
– Ты все прекрасно понимаешь. При таких же обстоятельствах у девочки погиб отец. Она боится. Поэтому, выдумывает, – в голосе королевы не было и капли сомнения.
– А вдруг это не было случайностью?
– Ты же помнишь, было проведено самое тщательное расследование. Это несчастный случай и давай на этом остановимся. Не хочу жить с вечным страхом и подозрениями. И Лиарне не позволю.
– Хорошо, моя королева, тогда позвольте и мне присутствовать при посвящении. Это не противоречит уставу. Я уточнял.
Королева кивнула.
– Тогда и мальчишке этому, Яриху. Он хорошо влияет на Лиарну. С ним ей будет не так страшно.
Королева слегка поморщилась, но кивнула.
В день посвящения, едва рассвело, Лиарна, Ярих и Велиофант в сопровождении служительниц Арна отправились в путь. Слуги несли их в одном паланкине. Яриха заранее предупредили, что разговаривать не положено, и он размышлял о том, кого и как расспросить про печать на руке. Выбор пал на Велиофанта, только Ярих решил не торопиться, присмотреться к домовому, а ладонь пока не показывать.
Он отодвинул занавески и следил за дорогой. Стало ясно, что смотровая башня находится не в Вергорде, а значит и Вергорд не на голове и шея у Харн Орна длиннее…
Полдня тряслись они в паланкине, потом долго шли пешком по узкой извивающейся тропинке. Впереди жрицы в коротких одеждах, принцесса, за ней домовой и следом Ярих. Позади тоже слышались шаги, но Ярих не оглядывался. Он не сводил глаз с Велиофанта, который важно вышагивал на пружинистых лапах, с гордо поднятой головой, и пушистый хвост покачивался из стороны в сторону в такт шагам. Но, Ярих забыл и об этом чуде, когда подошли к круглой смотровой башне. Служители распахнули толстую дверь внутрь и широкой винтовой щитановой лестнице, идущей вдоль каменных стен, процессия, следуя друг за другом, начала подниматься вверх. Жрицы несли факелы и шли спокойно, Лиарна поднималась с невообразимым достоинством, и лишь Велиофант, прыгая по ступенькам, недовольно пыхтел.
Наконец, через люк в потолке они вылезли на крышу башни. Ярих затаил дыхание, рассматривая огромные горы на горизонте и, заулыбался когда понял – это уши. А в другой стороне он разглядел ноздри горготана. Два огромных колышущихся холма. Очень далеко, но все же видно, как они увеличиваются при дыхании. Лиарна одернула его, и Ярих вытянулся, увидев стоящую радом Арию, взирающую с ледяным спокойствием как наверх, вместе со свитой, поднимается королева.
– Не могла пропустить такое событие.
Голос королевы был воплощением ледяной вежливости.
Тень легла на лицо Верховной Арны.
– Королева… – но она быстро взяла себя в руки, и смерено склонив голову, прошептала, – Мирвамвмиреарна.
Ярих украдкой разглядывал Арию. Она была стихией – такую мощь он почувствовал от нее – словно ураган был заключен в теле хрупкой женщины. Черные, абсолютно прямые волосы доходили ей до плеч и оттеняли неестественную белизну кожи.
Ария махнула рукой, и одна из жриц подвела Яриха к задней стене, где на вбитые в стену кольца крепилась конструкция из толстых кожаных ремней и пока она пристегивала его, две другие жрицы закрепили ремни на Лиарне и Велиофанте.
Королева едва заметно кивнула, и стражники, проверив все крепления, вернулись в строй. Принцесса после проверки ремней успокоилась и даже улыбнулась.
Королева щелкнула пальцами и на полу под ногами Арии вспыхнула заключенная в круге звезда.
– Да, я приготовила ловушку.
Королева не стала подходить к опасному кругу. Она подала тонкое ожерелье стоящему рядом стражнику, и в то время как она тихо зашептала заклинание, он застегнул амулет на шее верховной жрицы. Амулет тут же исчез, оставив на шее Арии бордовый рубец. Королева снова щелкнула пальцами, и знак под ногами Арии исчез.
– Ну вот, теперь ты лишена силы, и Седьмая печать для тебя – просто формальность.
Верховная жрица едва стояла на ногах и дышала так, словно из глубины выплыла на поверхность.
Печать на ладони королевы загорелась черным. Она коснулась лица Арии и изображение, словно по воздуху, переплыло на плечо Верховной Арны.
– Что происходит, что ты делаешь? – рот Арии болезненно искривился.
Королева приблизила свое лицо к лицу верховной жрицы, поправила ее волосы.
– Не огорчайся сестренка, это ненадолго. Лиарна вернется домой, а ты обретешь честь и свободу. Я… я устала от несчастных случаев… Молись. В конце концов, это ты здесь Десница Божья.
Стража увела Арию. Последней ушла королева.
Ярих долго молчал, будучи уверенным, что это является частью церемонии, но, наконец, не выдержал:
– Чего же мы медлим?
Задремавший было Велиофант, подпрыгнул от неожиданности.
– Когда королева вернется во дворец, Харн Орну разрешено будет опустить голову, – сонно пробормотал он.
– А где смотрящий? Этот вопрос давно не давал Яриху покоя.
– Здесь. В башне есть закрытая комната. Тоже, с ремнями. Когда идет церемония, смотрящий уходит туда. Ныряние в зыбь, на самом деле – не очень приятное занятие.
В это время смотровая площадка вместе с детьми и домовым начала опускаться. Только это не было быстрым и захватывающим падением, как хотелось Яриху. Все происходило, на его взгляд, слишком долго и медленно.
– А замки не раскроются? – ощупывая ремни, поинтересовалась Лиарна.
– Даже если ты сама захочешь расстегнуть застежки, не сможешь, – успокоил ее Велиофант.
Беседу прервал вползший на площадку Уханчик.
– Вот дела, – изумился Ярих, – А он не слетит?
– Не переживай. Пол здесь щербатый, а у него крючки на лапах. Он сейчас вообще, по отвесной стене полз, – ответил Велиофант, делая вид, что не удивлен.
Медленно они поравнялись с облаками, нырнули в них. Облака походили на туман настолько густой и влажный, что казалось, его можно взять в руку. Наконец они опустились ниже, и увидели долину. Ярих чуть не заплакал с досады – пространство внизу покрывал густой желто-зеленый туман.
Башня наклонилась и раскачивалась. Ярих лежал на ремнях, переглядываясь с Лиарной, подбадривая ее, и вдруг почувствовал, как ремни зашевелились и слетели с него. Он не успел опомниться, как Уханчик схватил и принялся жевать оживший ремень.