таким знаком принадлежит вам, а не семейству Велес.
Сева почувствовал, как его наполняет небывалое волнение. Ничего удивительного не было в том, что Велесов Шлем повстречался Юле в этом доме… Ярилино Копье обозначало то же самое, что и руна Марса, а Велесов Шлем – то же, что и планетарный знак Меркурия. Поток его мыслей прервал голос мачехи, которая достала сверток с тяжелыми, потемневшими от времени ложечками.
– Вот они! Смотри, на них-то четкие узоры! Руны Меркурия. Прямо на всех. Ну, это я понимаю. Знак потомственных целителей. Хорошо, что праздничный десерт не обойдется сегодня без ложек. Ну что бы я делала без тебя, Сева? – Юля встала.
– Где ты видела Велесов Шлем? Где? Вспомни место!
– В погребе, кажется.
– Я скоро вернусь, ладно? – тут же пробормотал Сева. – Через полчаса… или через час! Я помогу все приготовить, хорошо? Но сейчас мне срочно надо уйти! Очень срочно!
– Да… ладно… – Женщина озадаченно поглядела ему вслед, когда он вылетел из гостиной.
В прихожей он схватил куртку и через секунду оказался в заснеженном саду позади дома: это было обычное, не слишком ухоженное и не очень красивое место, но теперь его древность казалась Севе неоспоримой. В дальнем конце сада большие валуны перемешались с остатками кирпичной кладки, сквозь которую протиснулись жесткие тонкие стебли камнеломки. Тленом изъеденный камень кое-где был покрыт мшистой серостью и присыпан снегом. Такие же серые глыбы торчали из земли рядом со старым кленом, на котором вот уже лет пятнадцать висели дряхлые веревочные качели.
«Наверное, вас тут что-то держит, – вспомнил Сева фразу мачехи. – Что? Что нас может держать на этом месте?»
Надо было отправиться в подвал, в погреб, но Сева почувствовал, что ему следует еще раз взглянуть на сад – кладбище богатых домов его предков.
От самого старого фундамента тянулся широкий земляной вал, похожий на хребет огромной рептилии, спящей и невидимой под снегом. Вал этот, приближаясь к Севиному дому, сходил на нет, теряясь в сухих зарослях вьющегося винограда, и в конце концов упирался в заднюю стену, за которой как раз и располагалась лестница, ведущая в погреб.
Воздушный колдун не отрывал взгляд от этого земляного хребта. В самом погребе он бывал сотни раз – это было маленькое квадратное помещение, заставленное банками с соленьями и ненужными вещами. Севе отчего-то стало казаться, что, спустись он туда опять, ничего необычного не найдет, но вот этот холм… длинная насыпь, что ползла через весь сад… Почему она вела прямо к стене? Тянулась словно нитка с насаженными на нее, как бусины, остовами старых зданий и новым жилищем Заиграй-Овражкиных. Было ли это именно тем, что «держало» всю семью на одном месте?
Сева все же отправился в подвал, но так и не нашел там ничего, что могло объяснить происхождение земляной насыпи: никаких потайных дверей, никаких знаков, в том числе и Велесова Шлема. Вероятно, Юля видела эту руну где-то еще, назвав погреб по ошибке.
Тайна не отпускала, он вернулся в сад и продолжил свои исследования. Вал за кленом переходил в пологий холмик, с которого Сева в детстве скатывался на санках.
– Осторожно! Справа камень, ты помнишь? Не ударься! – кричал с порога нежный голос матери, но Сева, конечно же, влетел в камень лбом.
Вот и сам клен. С ним тоже были связаны детские воспоминания.
– Севушка, слезай с дерева! Ты можешь упасть!
– Ну и что? Я не разобьюсь. Папа сказал, что Воздушные маги не разбиваются!
Он, естественно, не разбился, но очень долго лежал на земле, чувствуя такую нестерпимую боль, что даже немного всплакнул.
Дальше за кленом начинался бурьян – никто в эту часть сада не ходил. Никто, кроме маленького мальчика, которого оставляли поиграть одного. Там, в бурьяне, прятался полуразрушенный, очерченный каменным кругом колодец. Черная вода страшно и таинственно сверкала далеко в глубине. В ней ничего не отражалось: ни небо, ни Севино лицо. Он часами мог смотреть на воду, слушая эхо собственного голоса и гулкие всплески брошенных вниз камней. Но однажды – Сева помнил как сейчас – ему что-то померещилось на дне. Какой-то темный всполох, движение чего-то призрачного, и приятный еле различимый шорох заставил его свеситься вниз всем телом…
В ту секунду его схватили руки матери.
– Милый, ты мог разбиться! Ну зачем ты туда полез!
– Мама, Воздушные маги не разбиваются!
– Значит, захлебнуться. Там же вода! Холодная, темная! Там глубоко!
– Колодец завалили, – бросил отец через некоторое время, холодно глядя на сына. – Теперь тебе до него не добраться.
Сева, пораженный этим воспоминанием, сначала замер, а потом отправился в ту часть сада. Он брел на ватных ногах, потом пошел все быстрее и быстрее. Раскидал снег и кучу наваленных друг на друга камней и веток – под ними показался замшелый край колодца. Уровень воды внизу не изменился. Ее чернота была все такой же завораживающей, как и много лет назад. Сева нагнулся, с нарастающим трепетом следя за тем, как сразу же исчезает падающий снег, попадая в колодец. Вдруг его рука скользнула по рассыпающейся от старости стенке колодца, и большой кусок камня полетел вслед за снежинками. Он достиг поверхности воды, бултыхнулся и скрылся в темноте. В ту же секунду послышался еще один глухой удар – камень ударился о дно.
– Тут так мелко? – удивился Воздушный маг.
По воде пошли круги. Сева ощутил легкое дуновение. Повеяло чем-то необъяснимым, словно колодец находился во власти мощной, древней магии.
«Это то, что я ищу, – подумал он. – Все это время колодец был у меня под носом… Все, что мы ищем, лежит прямо у нас под носом…»
Он взобрался на край и, закрыв глаза, прыгнул вниз.
Раздался звук дверного колокольчика.
– Я сам открою! – выкрикнул Митя, опередив пожилую домработницу, которая уже спешила к входной двери. – Привет! Быстро же ты добрался!
– Я бежал, – ответил Сева.
– Сева, привет! – взвизгнула Анисья и потянулась, чтобы поцеловать его в щеку. Ее рыжеволосая подруга лишь смущенно улыбнулась и кивнула вошедшему колдуну. После возвращения семейства Муромцев из Шотландии это была первая встреча всех четверых.
– За тобой гналась толпа поклонниц? Или ты просто решил пробежаться в это прекрасное морозное утро? – съязвил Митя, вешая Севину куртку на золоченый крючок в виде морды дракона.
– Да, спорт – полезная вещь. Можно мне чаю?
– Чай, пожалуйста, – обратился Митя к домработнице, – в детскую.
Пожилая колдунья кивнула и скрылась в коридоре. Митя же повел друзей на третий этаж в комнату, которая звалась «детской», хотя никакие дети там никогда не жили. Утренний свет косыми лучами ложился на изгибы широкой мраморной лестницы.
– У меня плохая новость, – сообщил Сева. – У нас опять есть долг перед Заречьем. Лиса велела прийти к ней послезавтра. А там уже и на встречи с Жабой и Велес пора.
– Ну и ладно. – Митя пожал плечами и открыл дверь детской, пропуская девочек. – Все не так ужасно. Не впервой.
– Да нет. Тебе покажется это ужасным после того, как я сообщу тебе следующую новость.
Сева упал на диван рядом с Анисьей.
– Та к о чем ты еще хотел рассказать? – спросил Митя.
Сева внимательно посмотрел на дверь и приложил палец к губам. В эту секунду дверь отворилась, и домработница внесла большой поднос с чайником и чашками. Хотя вернее было бы сказать, что она его не несла, а сопровождала, потому что поднос летел по воздуху сам, подгоняемый лишь частыми взмахами руки колдуньи.
– Спасибо, – Сева встал и налил чаю себе и девочкам. – Прежде чем сообщить еще одну новость, я должен узнать, где ваши родители.
С хитрой улыбкой Сева протянул фарфоровую чашку Василисе и вернулся обратно к дивану. Он был явно в приподнятом настроении.
– На заседании Вече старейшин.
– Вот как? – Сева оживился еще больше. – И когда они вернутся?
– Часа через два-три, я думаю. А какая тебе разница? Или ты собрался устроить у нас в доме вечеринку? – спросил Митя.
Сева усмехнулся:
– Нет, просто мы должны совершить одно очень важное дело до их возвращения.
– Кхм-кхм. Ты предлагаешь нам самим догадаться или все же объяснишь, что имеешь в виду?
– Это касается рукописи. – Севины глаза блеснули азартом, а Митя, Василиса и Анисья замерли в ожидании продолжения. – Я кое-что проверил и выяснил… Помните, мы искали в городе место, обозначенное руной Марса? Та к вот, кажется, я знаю, где оно. То есть я не знаю точно, что это за здание или постройка, но догадываюсь, как туда пробраться.
– Что? – с волнением спросил Митя. – Где оно? Как ты узнал?
– Можно сказать, это была идея Маргариты. Помните, она предположила, что рукопись находится под землей? Та к вот… это оказалось правдой. Карта, которую вы обнаружили, а точнее, две карты – это план подземных ходов.
– Подземные ходы! – воскликнула Василиса. – Не может быть!
– Еще как может, – кивнул Сева. – И если мои предположения верны, и Ярилина рукопись действительно находится под землей в месте, обозначенном руной Марса, то становится понятна легенда о Вести Семи Богов. Овладев этой рунограммой, ты узнаешь точную карту, по которой можешь отыскать дары, оставленные богами.
– Вот это да… – завороженно прошептала Анисья.
– Постой-ка! – встрепенулся Митя. – А с чего ты взял, что это карта подземных ходов? Простых предположений недостаточно.
– Я нашел вход в одно из подземелий, – Сева выдержал паузу, наслаждаясь реакцией собеседников. – Только он завален, там не пройти. Но я уверен: это именно то подземелье, которое нам нужно.
– Где? Где этот вход? – Митя вскочил, но Сева ответил спокойным голосом, взглянув на друга снизу вверх:
– Я не могу сказать.
– Не можешь? – расстроенно протянула Анисья. – Почему?
В ответ Сева промолчал, все так же пристально глядя Мите в глаза, и Земляной колдун вдруг понимающе улыбнулся и кивнул, чем привел подружек в полное недоумение.