Глава 12
Транслируемое по телевидению развлекательное шоу, известное как песенный конкурс Eurovision, появилось на свет осенью 1955 года. Тогда руководство Европейского союза телевещания приняло решение транслировать песенный конкурс через новую телевизионную сеть Eurovision весной следующего года. В нем принимали участие по два представителя от семи стран, и жюри должно было выбрать лучшую песню из 14.
Одна из целей учреждения конкурса заключалась в создании доступного и развлекательного инструмента объединения европейских стран, всего десятилетие назад раздираемых Второй мировой войной. Но главное, конкурс должен был утвердить телевидение как средство массовой информации на международном уровне.
С годами правила проведения конкурса менялись много раз, как менялось и число стран-участниц. Хотя зачастую к нему относились весьма снисходительно и называли его тривиальным, песенный конкурс Eurovision отражал изменения политического климата в Европе.
С самого начала его существования исполнявшаяся на нем музыка фактически ассоциировалась с жанром шлягера. С учетом статуса Стига Андерсона как шведского короля шлягера, он и его артисты принимали на удивление ограниченное участие в конкурсе в первое десятилетие его существования.Тем не менее Стиг с самого начала присутствовал там в качестве конкурсанта. В 1958 году, когда Швеция впервые принимала участие в конкурсе, жюри на шведском радио просто выбрало песню, которую оно сочло лучшей из множества представленных. Стиг увидел в конкурсе шанс преодолеть границы и представил одну из своих собственных композиций. Увы, она была отвергнута.
Выбор пал на песню «Lilla stjarna» («Звездочка»), сочиненную будущим менеджером Hep Stars Оке Герхардом и исполняемую певицей Элис Бабе. Они заняли четвертое место среди десяти участников.
С 1958 года и до начала 70-х Швеция ежегодно принимала участие в конкурсе за исключением 1964 и 1970 годов. За это время песенный конкурс Eurovision превратился в важное событие развлекательного сегмента европейского музыкального бизнеса, и благодаря ему многие большие хиты проложили себе путь в мировые чарты продаж.
Со временем драматические баллады в сопровождении оркестра, исполнявшиеся в атмосфере преувеличенной торжественности, постепенно уступили место быстрым, энергичным номерам. К последним относилась песня «Puppet On A String» Сэнди Шоу, достигшая вершины британских чартов в 1967 году.
По иронии судьбы, многие песни, которые не победили в конкур¬се, добивались позже большего успеха, чем песни-победительницы. Примером хорошо известной песни, поначалу отметившейся в конкурсе Eurovision, может служить «Volare» певца и композитора Доменико Модуньо, впоследствии номер один в США и номер два в Великобритании в версии Дина Мартина. В 1967 году «L'amour est bleu» Поля Moриа поднялась на вершину чартов США, а в 1968 году «Congratulations» Клиффа Ричарда стала номером 1 в Великобритании.
Эти факты не ускользнули от внимания Стига Андерсона. С чисто коммерческой точки зрения было совершенно очевидно, что значение имеет не столько победа в конкурсе, сколько появление перед многомиллионной аудиторией. Если сама песня и ее исполнение были достаточно качественны, она западала в сердца телезрителей независимо от мнения жюри.
Начиная с 1959 года шведское радио ежегодно проводило отборочный конкурс, со временем получивший название «Melodifestivalen». Первые попытки Стига и будущих членов Abba приносили весьма скромные результаты.
Композиция Агнеты «Forsonade» была отвергнута в 1968 году. Та же судьба постигла песню «Ljuva sextital» Бьерна, Бенни и Стига в 1969 году. В том же самом году более счастливая участь выпала на долю песни «Hej Clown» Бенни и JIacce Бергхагена, которая заняла второе место в исполнении певца Яна Мальмше. Кроме того, в 1969 году Фрида разделила с другим исполнителем четвертое место с песней «Harlig ar var jord». Двумя годами позже были отвергнуты сразу две песни Бьерна и Бенни - «Det kan ingen doktor hjalpa» («Доктор тут не поможет») (с текстом Стига Андерсона), впоследствии ставшая хитом, и «Valkommen till varlden», которая потом тоже попала в чарты.
Прорыв команды Андерссон -Андерсон - Ульвеус произошел только в 1972 году. В том году правила отборочного конкурса предусматривали, что композиторы должны представлять песни для конкретных исполнителей. Шведская корпорация телевещания уже отобрала певцов, и среди них оказалась 17-летняя Лена Андерссон, добившаяся большого успеха в качестве записывавшейся на Polar Records исполнительницы в 1971 году. Естественно, Лена выбрала песню Бьерна, Бенни и Стига — балладу-шлягер «Sag det med en sang» («Скажи это песней») (записанную на английском под названием «Better То Have Loved»).
Убежденный в том, что победа будет за ними, Стиг замыслил записать песню так, чтобы она звучала убедительно на международном рынке. Великобритания, родина современной поп-музыки, должна была обеспечить соответствующую атмосферу.
От трека, записанного в шведской студии, было решено отказаться, и в начале января Бьерн, Бенни и Лена отправились в Лондон, чтобы записать полностью оркестрованные шведскую и английскую версии песни. В роли аранжировщика выступал Артур Гринслэйд, работавший с такими разными исполнителями, как Дасти Спрингфилд, Генезис, Марианна Фэйтфул и Дэвид Боуи. Хору британских бэк-вокалистов пришлось выучить шведский текст.
В плане участия в отборочном конкурсе все эти ухищрения оказались бесполезными — в феврале жюри, составленное из представителей музыкального бизнеса, присудило «Sag det med en sang» третье место. Но песня вошла в Тор 10 чарта продаж и достигла первой позиции в Svensktoppen, став самой успешной среди претендентов того года. Как заключил Стиг, песня получила слушательские голоса.
К весне 1972 года большинство тех людей, которым было суждено сыграть важную роль в продвижении Abba к всемирной славе, собрались под крышей Polar Music. Звукоинженер Майкл Б. Третов, формально числившийся в штате Metronome Studio, стал для Бьерна и Бенни незаменимым помощником, разделявшим их стремление исследовать все возможности студии звукозаписи.
Ерел Ионсен было всего 20 лет, когда она стала секретаршей Стига в сентябре 1969 года. Ее наняла Гудрун, когда Стиг был в деловой поездке в США. Ерел сидела в углу и постигала премудрости музыкального издательского бизнеса, сортируя листы с нотами песен и оформляя авторские права. Когда вернувшийся Стиг обнаружил в своем офисе скромную девушку из маленького городка, сделавшую реверанс и робко назвавшую себя, он был не в восторге. Отведя в сторону Гудрун, он прошипел: «Это же сущее дитя!» Но Гудрун настояла на том, что Ерел должна получить шанс испытать свои силы.
«Работать со Стигом было очень непросто, — вспоминает она. — Если он выходил из себя, то принимался орать и швыряться ручками». Один инцидент, вызвавший его гнев, был связан с текстом песни, которые он в то время писал во множестве. Не секрет, что Стиг чрезвычайно трепетно относился к своим произведениям и всегда проверял, чтобы все было в порядке.
«Он спускался в студию с сумасшедшим блеском в глазах и устраивал страшный бедлам, — вспоминает Майкл Третов. — Не имело значения, для кого был написан текст — для своего исполнителя или для другого лэйбла. Для нас это было настоящее бедствие, ведь ни одному продюсеру не понравится, если автор текста будет вмешиваться в процесс записи».
Однажды Стиг, работавший дома, позвонил в офис, чтобы продиктовать Ерел текст песни. Ее должен был записать известный исполнитель, имевший контракт с компанией Metronome. «Я случайно записала несколько слов не туда, куда нужно, и в результате нарушилась рифма, -вспоминает Ерел. — Никогда не забуду, как рассвирепел Стиг. Казалось, он был готов разрушить весь квартал, лишь бы дать выход своей ярости. Он кричал, что своей ошибкой я выставила его на посмешище перед всем музыкальным миром и что в Metronome на него уже смотрят как на законченного идиота. Я предложила позвонить продюсеру и исправить ошибку. Бесполезно! Это разозлило его еще больше».
Те, кто находил в себе силы выдержать с самого начала эти приступы гнева, постепенно привыкали к ним. «Первое время я запиралась в ванной и плакала, — говорит Ерел. -Но потом до меня дошло, что Стиг любит, когда ему возражают». Очень скоро Ерел стала самым ценным сотрудником Стига в офисе, его личной помощницей, которой он доверял довольно сложные поручения. К середине 70-х она уже была вице-президентом компании Polar Music.
«Стиг очень многому научил меня. Он ставил передо мной невероятно трудную задачу и говорил: «Я знаю, ты можешь сделать это!» Мало кто из секретарей прошел подобную школу. Стиг внушил мне, что не всегда имеет значение, кто чем занимается. Главное, чтобы проблема была решена как можно эффективнее и быстрее».
Стиг, столько лет полагавшийся на сильную, находчивую женщину, не видел ничего странного в таком ее возвышении. Он вырос в не совсем обычных обстоятельствах и рано понял, что добиться исключительных результатов можно только путем нарушения правил, которые служат лишь одной цели — поддержанию существующего порядка. И в отличие от многих более традиционных семей в их семье всеми финансовыми вопросами как дома, так и на работе занималась Гудрун. «Когда мне нужно знать, сколько у нас денег, я спрашиваю жену», -говорит он.
Впоследствии Стиг с гордостью подчеркивал, что это он разработал концепцию равных возможностей для мужчин и женщин на рабочем месте. «Я был одним из первых, кто в 70-е годы сделал свою секретаршу исполнительным директором. Несмотря на всю ее компетентность, очень часто с ней обращались как с хорошенькой девочкой, и не более того, особенно мои иностранные коллеги. Теперь же, когда эти свиньи мужские шовинисты звонили, она могла ставить их на место».
У Стига сложились тесные деловые взаимоотношения с музыкальным издателем Джоном Спеллингом, жившим в Лондоне. Десятью годами ранее их познакомил бельгийский партнер Стига Роберт Босманс. «Я старался как мог и