– Вот и я об этом думаю, – вклинился Темба. – Вот только об этом, и все.
– Крепость падет перед людьми Одили, а если нет – ее возьмут хедени. Нам нужно, чтобы у нас было достаточно времени на переговоры с хедени, нужно успеть сказать им, что мы невиновны в предательстве Одили.
– И наши шансы не изменятся, если ты будешь с нами, – сказал Тау. – Оставайся.
– Изменятся. Я пойду к когорте. Там достаточно Одаренных, чтобы сформировать Гекс. И достаточно, чтобы призвать Стражей.
– Гекс? – переспросил Тау. – Я не знал, что Гекс можно создать, если его участницы не обучались этому вместе.
– Когда это необходимо, мы делаем то, что должны.
– Что за когорта? – спросил Келлан.
– Они ухаживают за детенышем под Крепостью Стражи, – ответила Зури. – Детеныш – это связующее звено между нами и Стражами.
– Наш Страж не взрослый? – спросил Келлан, пристально глядя на нее. – Леди Одаренная, детеныша держат в плену?
– Да. – Зури отвела взгляд.
– Зачем? Драконы – наши защитники.
– Не по своей воле, – сказала она.
– Как это поможет нам справиться с Одили и его Индлову? – спросил Хадит. – Стражи гнездятся в Центральных горах. Они не успеют вовремя сюда добраться.
Отведя взгляд от Келлана, Зури избегала смотреть и на остальных. Вместо этого она уставилась вперед, в темноту тоннелей.
– Иногда Страж в полете оказывается ближе, чем в Центральных горах. Мы находим и увещеваем самого ближнего. И призываем его к нашей цели. Иначе это сделать невозможно.
– Она права, – поддержал Келлан. – Мы не удержим крепость половиной Чешуя Ихаше и остатками королевской стражи.
Тау глянул на Хадита, надеясь, что у его брата по оружию имелся другой план или возражение на этот счет. Хадит поднял руки ладонями вверх. У него ничего не было.
– Зури, пообещай, что сама будешь увещевать, – сказал Тау. – Ты не можешь просто быть в Гексе. Обещай.
– Тау…
– Обещай.
– Обещаю, Тау. Обещаю.
Тау кивнул.
– Королева, – проговорил Удуак, и все принялись спускаться.
Идти по тоннелям оказалось тяжелее, чем мог представить Тау. Ширины прохода едва хватало, чтобы по нему можно было пройти вдвоем, пол был земляным, потолок – низким, а стены – грубыми, из неокрашенного самана.
Через каждую дюжину шагов горели факелы. Они освещали путь, но не могли развеять весь мрак, и в мерцающем свете сознание Тау превращало колышущиеся тени в крадущихся демонов.
– Сколько еще идти? – спросил он, испытывая растущее беспокойство на глубине под землей. Ему казалось, что стены смыкались, ограничивая пространство и затрудняя дыхание. – Сколько еще? – повторил он, начиная задыхаться.
– Почти пришли, – ответила Зури и взяла его за руку. – Сосредоточься на своем дыхании. С некоторыми такое бывает.
– Что бывает? – спросил Темба, глядя на Тау.
– В тоннелях некоторым становится не по себе.
– Я в порядке, – заявил Тау, стараясь не дать полу накрениться и не позволяя дрожать рукам.
– Тс-с-с! – шикнул Хадит. – Голоса.
– Индлову, – сказал Келлан. – За поворотом.
Тау глянул вперед. Тоннель действительно изгибался: он видел только на тридцать шагов, а дальше факелы исчезали.
– Одили шел по тоннелям со своими людьми, – вспомнил Хадит. – Он знал, что осада займет слишком много времени. И использовал тоннели для подстраховки.
Голоса Индлову стали громче, и Келлан перешел на рысцу.
– Скорее! Возможно, мы опоздали!
Тау отпустил руку Зури и побежал вслед за Хадитом, спотыкаясь, будто пьяный. Ему нужно было срочно выбраться из этого проклятого Богиней тоннеля. Чешуй бежал вместе с ним, они не издавали боевого клича, но лязга двадцати пяти воинов в доспехах и с оружием было более чем достаточно, чтобы Индлову насторожились.
Завернув за угол, они оказались лицом к лицу с шестерыми людьми Одили. Но численное преимущество в таком узком тоннеле мало что значило. Драться здесь можно было только вдвоем против двоих.
Первый Индлову был одним из самых толстых, что доводилось видеть Тау. У него были блестящие жучиные глаза, которые его лицо, казалось, пыталось проглотить, и рот с толстыми губами, которые кривились так, будто он съел что-то кислое.
– Стоять на месте! – приказал он.
Келлан протолкнулся вперед, мимо Хадита и Тау.
– Свершилось предательство. Член Совета Стражи Одили намеревается убить королеву. Отойдите.
– Циору, которая сдается? Она не настоящая королева. Если вы преданы Избранным, возвращайтесь туда, откуда явились.
Тау не выдержал. Ему нужно было срочно выбраться из тоннеля.
– С дороги! – рявкнул он, бросаясь на толстяка.
Земля под ногами будто сдвинулась с места, и он едва не упал, но обрел равновесие как раз перед тем, как толстый Вельможа замахнулся, целясь ему в шею. Тау уклонился в сторону, ударился о стену тоннеля и повалился на спину. Затем услышал скрежет бронзы о саман, ему скрутило желудок, и он быстро пополз прочь от Индлову. Он почувствовал, как его схватили за плечи, и уже хотел замахнуться мечом, когда услышал крик Яу, который оттащил его подальше от боя, в который вступили Удуак и Келлан.
– Что с тобой такое? – с вызовом спросил Хадит, нависнув над ним.
– Это из-за тоннелей, – пояснила Зури. – От их тесноты может стать плохо.
– От тесноты? – спросил Хадит.
– Когда поднимемся на поверхность, с ним все будет нормально.
У Тау начался сухой рвотный кашель, затряслись руки. Как тогда в Дабе, когда он вошел в амбар. Как при первых встречах с демонами в Исихого – страх, напряжение. Он попытался привыкнуть. Не выходило. Он не знал, как с этим справиться, и от осознания этого становилось только хуже.
– Все чисто! – крикнул Келлан. – Идемте.
Тау поставили на ноги, положив его руки на плечи Хадиту и Яу. Его наполовину вынесли, наполовину вытащили из тоннеля. Он не мог держать голову прямо, и, опустив ее, увидел толстого Индлову. Тот лежал мертвый, с пронзенной грудью. Когда они пробежали еще несколько шагов, Тау споткнулся о землю – они поднимались вверх.
– Здесь я вас оставлю, – услышал Тау слова Зури. – Но мне нужны несколько воинов, которые убедят когорту следовать моему плану.
– Разумеется, нужны. – Хадит выбрал пятерых человек ей в сопровождение.
– Острая бронза – это хороший довод, – заметил Темба.
– Идите дальше по этому тоннелю, – сказала им Зури. – По нему выйдете на поверхность.
Зури подошла к Тау. Хадит и Яу отступили, освободив ей место.
– Скоро тебе станет лучше. Будь осторожен, Тау. – Она обняла его. – Я люблю тебя, – сказала она. – И всегда любила.
Тау простонал. Он услышал ее. Ему хотелось сказать ей, чтобы она осталась. Он научился всему, чему должен был, и теперь мог это сделать. Он обнял ее крепко, попытался прижать к себе, дать понять, что ей нужно остаться. Он должен был ее защитить.
– Идем, – сказал Хадит.
Зури поцеловала Тау, коснулась его лица и повторила одними губами:
– Я люблю тебя. – Затем высвободилась из его объятий, вытерла глаза. – Да пребудет с тобой Богиня, – сказала она. – Да пребудет Она со всеми вами.
– И с вами, леди Одаренная, – ответил Келлан.
– Помоги мне с ним, – сказал Хадит Яу. – Идем!
Тау с трудом сумел повернуть голову в сторону Зури. Не отводя от него глаз, она улыбнулась и исчезла за поворотом. Тау опустил веки. Она сказала ему, что любит его. Сама сказала. Он попытался сосредоточиться, но мир закружился перед глазами.
Через несколько шагов они остановились. Тау не открывал глаз, но слышал треск древесины. Он подумал, не сделана ли дверь с этой стороны тоже из дерева с Озонте.
– Вышли, – сообщил Хадит. – Можешь открыть глаза.
Тау открыл глаза, опустился на колени, и его вырвало. Он слышал звуки боя.
Хадит присел на корточки рядом.
– Возьми себя в руки. Мы на месте.
Тау поднял голову, втянув сладкий аромат свежего воздуха, распахнул глаза и вдохнул воздух ртом. Они находились в конце коридора. Наклонный пол был выложен мозаикой, а гладкие саманные стены, выкрашенные в яркие цвета, возвышались на высоту четырех этажей. Прежде Тау считал роскошными сановные покои в Южной Исиколо, но в сравнении с интерьером Крепости Стражи те комнаты казались не лучше его керемской хижины.
Тау с трудом поднялся на ноги, мысли в голове путались.
– Зури…
– Она ушла, чтобы привести нам драконов, – сказал Хадит. – Молись, чтобы получилось, не то никому из нас больше не увидеть солнца.
– Бой идет там! – крикнул Келлан, бросаясь к выходу мимо висящих на стене гобеленов.
– Драться сможешь? – спросил у Тау Удуак. Рядом со здоровяком стоял Яу, и вид у него был встревоженный.
– Должен смочь, – проговорил Темба. – Нас и так мало.
Тау кивнул.
– Верно, – сказал Хадит, взвешивая меч в руке. – Идем заключим мир.
Статуя
Коридор выходил в огромный зал крепости. Открывшееся круглое пространство со всех сторон окружал балкон на уровне третьего этажа. К нему вели две широкие лестницы вдоль изогнутых стен. Поддерживали балкон толстые лепные колонны, вокруг которых бились насмерть разрозненные группки людей.
Большинство сражающихся было сосредоточено возле выхода в коридор на дальней стороне зала. Там Тау и увидел бордовые кожаные доспехи Королевской Стражи. Абшир Окар, чемпион королевы, командовал обороной, и стража пыталась защитить коридор от нескольких отрядов полнокровных Индлову.
Абшир был невероятен. Бросался то в одну сторону, то в другую, его меч со свистом рассекал воздух, плоть и кости, пока он выкрикивал команды, выкашивая тех, кто становился против него. Тау был впечатлен и взволнован. Чемпион был блестящим воином, но и этого казалось мало в такой битве. Королевская Стража теряла двоих за каждого убитого.
Келлан, увидев дядю, ринулся в бой.
– За ним! – приказал Хадит. – Спасти королеву!
Тау никакой королевы не видел, зато он видел врага, и этого ему хватило. Он тряхнул головой, надеясь, что туман тоннелей покинет его, и, вынув меч, побежал за остальными.