Ей удалось преодолеть всего несколько метров, когда щупальца гриба догнали ее. Прорвав майку из кожи ящерицы и искусственную ткань, они впились прямо сквозь кожу в ее мышцы, нервы и сосуды, удерживая ее в вертикальном положении. Мазис страшно закричала. Потом голос ее прервался, она подняла руки вверх, потом опустила вниз, словно гриб тестировал свое управление новой марионеткой.
– Уходим, – коротко приказала Винни, выпустив вокруг себя несколько зарядов, всего в десяти метрах от себя, пытаясь остановить лианы. Кельвин последовал ее примеру, отстреливаясь и бормоча проклятия. Но лиан было много, сотни и сотни щупалец, они окружали их в считаные секунды. И Теодора с жабами тоже…
Что-то вырвалось из-под воды прямо позади Кельвина. Он почти успел развернуться, когда это врезалось в него и швырнуло под воду. В панике он вытянул скрюченные пальцы вверх – и сверху разлилась белая вспышка, почти нестерпимая, как бывает при взрыве тактической плазменной гранаты.
Даже под метровым слоем грязной воды, в темных очках, Кельвин на несколько секунд был полностью ослеплен. В ужасе он яростно отбивался от чего-то, тащившего его наверх, пока не понял, что это была человеческая рука, а не страшные грибные щупальца, искавшие его плоть.
– Упрись ногами!
Кельвин пошире расставил ноги и откинулся назад. Вода хлынула на него. Его зрение почти прояснилось, лишь по краям плясали темные пятна. Мельком он увидел глубокую дымящуюся воронку между ними и «Прыгающим Иосафатом», которая через мгновение снова заполнилась водой. Теодор с трудом сдерживал неистово прыгающих лягушек, чтобы не перевернуть повозку, пока Винни с трудом пробиралась против течения к нему и женщине, которая все еще поддерживала Кельвина.
– Весьма ощутимый удар, – дрожа, пробормотал он. И ему вовсе не было холодно, поскольку вокруг стояла та же жара, как всегда, а вода кипела и испарялась в двадцати метрах впереди, на месте взрыва гранаты. От щупалец и лейтенанта Мазис не осталось ничего.
– Никогда не видела такого кукловода, – сказала Джат, убирая в кобуру плазменный гранатомет «Марк XXII». Защитный щиток генератора зажужжал, медленно закрываясь. Оружие вошло в режим ожидания. Джат была клоном из серии Оскаров Гудсонов, невысоких и жилистых, и, кроме гранатомета и нескольких других единиц оружия, на ней был только купальник из кожи ящерицы. Все остальное тело, включая лицо и побритый череп, было покрыто камуфляжным узором, имитирующим раскраску земных коммандос ASAP, используемую в экваториальных джунглях. Огромная жаба спокойно нарезала круги в воде позади нее, волоча за собой лодку со снаряжением, похожую на каноэ у древних земных индейцев. – Думаешь, внутри кто-то еще остался?
Кельвин сплюнул воду, промыл очки и взглянул на шлюз. Взрыв плазмы выжег в нем не только гриб, но, несомненно, и всю электронику и, может, что-то еще. Им очень повезет, если они смогут открыть его вручную. Но это его мало беспокоило. Гораздо больше он опасался, что внутри может оказаться еще один кукловод.
– Наверное, нет! – крикнул Теодор и пояснил: – Я видел кукловодов раньше. Они всегда селятся поодиночке. Группами они не встречаются. Они всегда оставляют одну форму жизни, в качестве приманки, а все остальные поглощают. Интересные хищники.
– «Наверное, нет» звучит неубедительно, – отозвался Кельвин, потом взглянул на часы. – Сорок восемь минут.
– Хреново, – сказала Винни, поднимая оружие. Над головой Кельвина пронесся заряд. В шлюзе что-то завозилось, судорожно скручиваясь и разворачиваясь, и еще один кукловод выволок ярко-розовые шупальца из корабля.
– Отвернитесь и пригнитесь! – резко скомандовала Джат, вынимая грантомет из кожуха.
Кельвин только успел присесть, закрыв глаза, когда взорвалась вторая граната. Через мгновение он уже поднялся и кинулся назад, уклоняясь от потока кипящей воды. Блок питания, находящийся в кобуре, создавал силовой щит, на две-три секунды защищающий стрелявших от взрывной волны. Но он не был рассчитан на последствия взрыва в воде.
Шлюз теперь уже определенно вышел из эксплуатации. Внешний люк болтался, скошенный под неестественным углом, а внизу были заметны подпалины сплавившихся металлических конструкций.
– Есть ли шанс, что их там было больше чем двое? – спросила Джат.
Винни пожала плечами и взглянула на Кельвина.
– Идти внутрь слишком рискованно. Лучше убираться отсюда поскорее вместе с Теодором.
– Полагаю, что так, – медленно произнес Кельвин. Он посмотрел на облака, представляя себе небо и ракету, которая окажется здесь через какие-нибудь тридцать девять минут. – Что, если я пойду внутрь? Корабль подготовлен для Венеры; там есть противогрибковая система обработки помещения, запускаемая из кабины пилота.
– До кабины еще надо добраться, а большинство противогрибковых препаратов – полное дерьмо и на местных обитателей не действуют, – ответила Винни.
– Я посмотрю, – сказал Теодор. Он соскочил с повозки и побрел к кораблю, даже не удосужившись взять оружие.
– Эй! – крикнула Винни. – Подожди!
– Большинство местных грибов меня не трогают, – отозвался Теодор, оглянувшись. – Если я не вернусь через пять минут, спасайтесь на жабоходе.
Он осторожно осмотрел оплывший край шлюза, но тот уже достаточно остыл, и прокаженный вскочил на борт и исчез внутри.
– Иногда я ненавижу Венеру, – вздохнул Кельвин.
– Что есть, то есть, – отозвалась Джат, пожав плечами. – Но признай, тут лучше, чем на Марсе.
– Везде лучше, чем на Марсе. – Кельвин снова посмотрел на часы. – Кто-нибудь знает точный радиус поражения современных тактических ядерных зарядов Земного флота?
– В боеголовке пять зарядов, их радиусы перекрываются. Кроме того, Грохот отклонит их немного, падение будет неравномерным. Нам может повезти.
– Что-то я не заметил, чтобы нам особенно везло в последнее время, – усмехнулся Кельвин.
– Значит, скоро должно повезти, – ответила Вини. – Прекрати ныть.
– Я не ною, – запротестовал Кельвин, – просто констатирую факт.
– Внимание, – резко сказала Джат, поднимая гранатомет. – Кстати, у меня последний заряд.
– Это Теодор… – произнес Кельвин.
Прокаженный появился в проеме шлюза, но с ним было что-то странное… он сжимал голубоватую фигуру, которая могла оказаться очередным кукловодом или другим, не менее опасным чудовищем.
– Огонь по моей команде, – приказала Винни.
– Все чисто! – крикнул прокаженный. – Немного безвредных грибов там и тут, ничего серьезного.
Он поднял обтянутую синим фигуру, и она задвигалась, слабо шевеля головой.
– Это Йезес! Триплет, «младшая сестра» Мазис! – крикнул он. – От кукловода она спаслась, но вляпалась в то, что мы называем «синим одеялом». Я должен взять ее с собой, любое земное лечение убьет ее.
– Я думала, прокаженными становятся добровольно! – крикнула Винни.
Теодор пожал плечами.
– Можно сказать, она согласна, – вздохнул он. – «Синее одеяло» не убьет ее, она придет в сознание и со временем вернется к нормальной жизни.
Кельвин взглянул на часы. Тридцать четыре минуты.
– Мы должны взлетать без разговоров.
– Не думаю, что хочу оставить эту девушку наедине с Теодором, – сказала Винни. Она посмотрела на Джат, и та кивнула. – Поднимай корабль, Кел. Мы пойдем с Теодором.
– Уверены? – уточнил Кельвин.
– Да. По правде говоря, мне не очень-то хочется покидать планету. Я никуда не улетала с тех пор, как нас демобилизовали. Это место проросло в меня.
Кельвин не стал смеяться над этой старой венерианской шуткой.
– Береги себя, – сказал он, обнимая ее одной рукой, – я сделаю все возможное, чтобы «Ротария» не запустила ракету. Придумаю что-нибудь.
– Вот. – Джат протянула ему пистолет, крупнее их обычных армейских тепловых лучей. – Вдруг Теодор что-то упустил.
Кельвин взял оружие и хотел обнять Джат, но девушка молниеносно поднырнула под руку и легонько шлепнула его по затылку, что было у Джат высшим проявлением расположения.
Теодор, высоко подняв девочку на руках, пробирался к жабоходу. Кельвин, не касаясь его, махнул ему рукой, когда он проходил мимо.
– Спасибо, Теодор, – сказал он. – Мир прокаженным.
Как и ожидал Кельвин, входная дверь была открыта, и ему не пришлось тратить время на борьбу с гидравлической системой. Внутренняя дверь оказалась закрытой, и он осторожно продвигался вперед, закрывая все люки за собой и держа наготове пистолет. Повсюду были пятна плесени, но ничего похожего на щупальца, распыляемые в воздухе споры и иную враждебную нечисть не обнаружилось.
Кабина пилота была заперта, что явилось одновременно и хорошей новостью, и плохой. Хорошей – потому что кабина относительно мало пострадала от воздействия венерианских организмов, а плохой – потому что Кельвин потратил пять драгоценных минут на то, чтобы обойти систему безопасности с помощью старых военных кодов, которые, как он и надеялся, сохранились в памяти судна.
Пульт управления оказался свободен от грибов. Там и тут мигали лампочки, указывая на наличие резервных генераторов и спящего режима всех систем и сигнализируя о том, что посадка прошла успешнее, чем можно было надеяться. Кельвин поспешно проскочил мимо сидений несуществующего экипажа, проверил кресло пилота на предмет неприятных неожиданностей в виде грибов и сел, привычно взявшись за штурвал. Это был самый серьезный момент.
Перед глазами возник голографический экран.
– Командир Кельвин Кельвин-21, Флот Земли, представляю аварийный экипаж в условиях потенциальной чрезвычайной ситуации, – прохрипел Кельвин. Он почувствовал легкий укол сэмплера. Экран вспыхнул желтым, потом красным и наконец загорелся зеленым цветом допуска. Зажглись другие голографические экраны, окошко авторизации исчезло, штурвал был разблокирован.
Кельвин окинул взглядом экраны. Модель была ему хорошо знакома. Имелись мелкие неисправности, пара крупных, как, например, открытый внешний шлюз, но в целом корабль на ходу. Подъемные пропеллеры на крыльях были под водой, но, поскольку корабль был подготовлен к условиям Венеры, должны были заработать. Нос зарылся в грязь, но он может наклонить крылья, сдать назад и взлететь.