и вам друг. А кто мне недруг, то и вам недруг. А не канчивати вам без мене, ни ссылатися с моим братаничем, со князем Васильем, ни с ыным ни с кем. А целование ти к нему сложыти. А быти ти со мною на него заодин. А мне, великому князю, так же не канчивати без вашего веданиа.
А в вотчину в мою в Москву, и во все великое княжение, и чим мя благословил отец мои, князь великыи, Звенигородом с волостьми, Галичем с волостьми, и что мя Бог пожаловал и царь Дмитровом с волостьми, и что к Дмитрову потягло истарины, как было за моим братом, за князем за Петром, или что мои иныи примыслы, и вам в то не вступатися, а подо мною блюсти, а не вступатися, и под моими детми.
А что ваша отчина, чим благословил отец мои, великыи князь, моего брата, вашего отца, в Москве, и Можайском с волостьми, и отьездными месты, Рощею, и Колугою, и Белымозером с волостьми, по душевной грамоте отца моего, великого князя, или что иные примыслы будут отца вашего к тому, и мне, великому князю, того блюсти, а не обидети, и под вашими детми, а не обидети ни в чем, ни моим детем.
А в Москве вам со мною… [лист порван] ли… [лист порван] по душевной грамоте отца моего, великого князя.
А по грехом, что Бог розмыслит о моем животе, и вам того всего великого княжениа и чим мя благословил отец мои, князь великыи, и чим мя Бог пожаловал и царь, и вам того блюсти под моими детми, а не вступатися, ни обидити. Или что, по грехом, Бог розмыслит о вас о котором животе, и которой ся останет, и мне, князю великому, тако же вашу отчину не вступатися, ни обидети, ни моим детем.
А что еси в наше розмирие воевал мою отчину Галич, и Галичскые волости, так же и Звенигородскые волости, и что будет у тебе того моего полону, или у твоих бояр и у детей у боярьскых, и тебе тот мои полон весь отдати, по сему целован ью. А кто будет того полону запродан за рубеж или ин-де где, и тебе тот полон выкупити весь безхытростно, да отдати мне, великому князю. Так же имана твоя отчина Белоозеро, и Белозерьскые волости, и Можаискых волостей, и отездных мест, что будет того полону у мене, и у моих детей, и у наших бояр, и детей боярьскых и нам тобе так же отдати, по целованию, безхытростно,
А где ми будет самому, великому князю, всести на конь, или ми будет вас где послати, и вам пойти без ослушанья.
А бояром и слугам межы нас волным воля. А хто имет бояр моих жыти, великого князя, или слуг в вашей отчине, и вам блюсти, как и своих. А хто имет жити у мене в великом княженьи ваших бояр и слуг, и мне их так же блюсти, как и своих. А кто которому князю служыт, где бы ни жил, а по-ехати ему с тем князем, которому служыть. А городная осада, где кто живет, тому туто и сести в осаде, опроче путных бояр.
А на сем на всем, князь Иван Андреевич, своим братом, со князем с Михаилом, целуй ко мне крест, к своему отцю, великому князю Юрью Дмитреевичю, и к моим детем, по любви, безо всякие хитрости.
А сего нам целованья промежи собе не сложити, а правит
Данная грамота датируется временем, когда Юрий Дмитриевич стал великим князем Московским, то есть между 31 марта и 5 июля 1434 года. На документе сохранилась запись, сделанная значительно позднее, по предположению Черепнина, — в XVII или даже XVIII веке: «Грамота докончалная великого князя Юрья Дмитреевича ко князю Ивану Федоровичю, чтоб быть им в дружбе, году и печати нет».
Текст сохранился лишь в виде позднего списка XV столетия. Подлинник документа хранится в РГАДЛ (Российском государственном архиве древних актов).
Божьею милостью и Пречистый его Богоматери, а на сем на всем, господине, дядя, князь велики Юрьи Дмитреевич, целуй ко мне крест, к своему братыничю, к великому князю Ивану Федоровичю, и с своими детми, со князем Васильем, и князем Дмитреем, и со князем Дмитреем.
Имети ти мене собе братаничем, а сыну твоему, князю Василью, братом, а сыну твоему, князю Дмитрею, и князю Дмитрею имети им мене себе братом старишим. А добра вы мне хотети везде, во всем, и твоим детем, где бы ни было. А что вы слышав а моем добре или о лисе от крестьянина или от иноверца, то вы поведати мне, великому князю, в правду, без примышленья. А быти ми с вами заодин везде, без хитрости. А где будете хотя послали на мое лихо, и вам тамо ототослати. А не приставати ми к татаром. Так жо ми не канчивати с твоим братыничем, со князем Васильем, ни ссылатися, ни в вотчину ми его свою не примати, ни его бояр, которые ему служат. А целованье ми к нему сложити. А быти ми с тобою на него заодин. Так жо ми не канчивати, ни ссылатися ни с-ыным ни с кем. А хто будет друг тобе, великому князю, то и мне друг. А хто тобе недруг, то и мне недруг.
А всхочет князь велики Шветригаило со мною взяти любовь, и мне с ним взяти любовь с тобою по думе. А писати ми ся с ним в докончялную грамоту, что есми с тобою один человек.
А где ты, князь велики, всядешь на конь против своего недруга, и мне, князю великому Ивану, самому пойти с тобою без ослушанья. А где пошлешь своих воевод, и мне своих воевод послати с твоими воеводами. А хто имет меня, великого князя Ивана, обидети, и тобе меня боронити.
А вотчины ми твоей и твоих детей, Москвы и Коломны, и всех волостей Московских и Коломенских, что потягло к Москве и х Коломне, по реку по Оку, и всего твоего великого княженья под тобою, и под твоим сыном, князем Васильем, и под твоим сыном Дмитреем, и под твоим сыном, князем Дмитреем, блюстими, а не обидети, ни вступатися никоторою хитростью. А тобе, великому князю Юрью Дмитреевичю, и твоему сыну, князю Василью, и князю Дмитрею, и князю Дмитрею отчины ти моей, княженья Рязанского, Переяславля и Пронска, и всех волостей Переяславских и Проньских, что потягло к Переяславлю и к Пронску, по реку по Оку, того ти под мною блюсти и твоим детем, а не обидети, ни вступатися вам никоторою хитростью.
А меж нас роздел земли по реку по Оку, что доселе потягло к Москве, Почяп, Лопастна, уезд Мстиславль, Жадено городищо, Дубок, Жадемль, Броднич с месты, как ся отступили князи тарусские Федору Святославичю, та места к Рязани. А в Туле и в Берестии тобе, великому князю, и твоим детем не вступатися. А на низ по реце по Оце по реку по Цну, от усть Цны вверх по Цне, под Володимерьское рубежье. А на Московской стороне по реку по Оку, от Коломны вверх по Оце почен Новой городок, Лужа, Верея, Боровеск, и иная места Рязанская, которая будут по той стороне, то к Москве, а на низ по реце по Оце по реку по Цну, от усть Цны вверх по Цне, что на Московской стороне, то к Москве.
А что Володимерьское порубежье по тому, как было при твоем прадеде, при великом князи Иване Даниловиче, и при твоем деде Семене Ивановиче, и при твоем деде, при великом князи Иване Ивановиче, и при твоем отци, при великом князи Дмитреи Ивановиче, и при моем прадеде, при великом князи Иване Ярославиче, и при моем прадеде, при великом князи Иване Ивановиче, и при моем прадеде, при великом князи Иване Александровиче и при моем деде, при великом князи Олге Ивановиче, и при моем отци, при великом князи Федоре Олговичи.
И тобе, великому князю Юрью Дмитреевичю, и твоим детем в землю в Рязанскую и во князи в рязанские не вступатися.
А со князем есми с проньским и с его братьею любовь взял. А что ся промеж нас учинит, ино меж нас управити тобе, великому князю, а нам тобя слушати. А что ся меж нас учинит какова обида, и нам отслати своих бояр, и они учинят исправу. А о чем ся сопрут, ино им третей отец наш, митрополит. А кого митрополит обвинит, ино ему обидное отдати. А не отдасть, ино тобе то, великому князю, отправите, а то тобе не в-ызмену. А так на обе стороны.
А с торусским князем взяти ми любовь, а жити ми с ним без обиды, занеж те князи с тобою, с великим князем Юрь-ем Дмитреевичем, один человек.
А новосилские князи добьют челом тобе, великому князю, и мне с ними взяти любовь по тому ж. А жыти ми с ними без обиды. А что ся учинит меж нас в любви, о чем ни будет слово о земли, или о воде, или обыном о чем, и нам отослати свох бояр, ини съехався, учинят исправу. А о чем ся сопрут, и они едут на третей, кого собе изберут. И на кого третей помолвит, и виноватой отдасть. А не отдасть, и правый пошлет к тобе, к великому князю Юрью Дмитреевичю, и тобе, великому князю, к виноватому послати впервые, и вдругие, и втретьи. А не послушает виноватый тобя, великого князя, и тобе то, великому князю, то отправити, а целованья не сложити, а то не вызмену. А коли позовутся на третей, кого собе изберут, а в то веремя на того будет рать, кого позовут, или будет сам ратью пошол, или будет у него посол татарьскии в земли, ин за тем не поедет на третей, в том ему вины нет. А возмут на него в то веремя грамоту, ино та грамота не в грамоту, а позовутся изнова на третей, как ся утишит, да учинят исправу изнова. А тобе, великому князю, того не правити, что ся в то веремя учинило в замятное.
А что будет покупил в Мещерьских местех дед мои, князь велики Олег Иванович, и отец мои, князь велики Федор Олгович, и яз, князь велики, или мои бояря, и в та места мне не вступатися, ни моим бояром, знати на свое серебро, а земля к Мещере по давному. А порубежье Мещерьскои земли, как было при великом князи Иоанне Ярославиче и при князи Александре Уковиче.
А что будешь ты, князь велики Юрьи Дмитреевич, отомал места Татарьская и Мордовская, а ци переменит Бог татары, та места тобе и есть. А что будет дед мои, князь великий Олег, или отец мои, князь велики Федор, отнял места Татарьская и Мордовьская, та места мне и есть.
А князи мещерьские не имут тобе, великому князю, правити, и мне их не примати, ни в вотчине ми в своей их не держати, ни моим бояром, а добывати ми их тобе без хитрости, по тому целованью.
А что будет в моей отчине Егедеева полону, коли был Егедеи у Москвы, и кто будет того твоего полону запроважан и запродан в моей отчине, и которой будет слободен, тех ми отпустити, а с купленых окуп взяти по тому ж целованью, без хитрости. Так же и царевич Махмут-Хозя был у тебя в Галиче ратью, и хто будет того твоего полону запроважен и запродан в моей отчине, и которой будет слободен, тех ми отпустити, а с купленых окуп взяти по тому ж целованью, без хитрости.