– Я понимаю, что ты, возможно, не ожидала такого скорого развития событий, но я знаю себя, и для меня в наших отношениях все кристально ясно: я люблю тебя и хочу быть с тобой все время, а не только по праздникам и выходным!
Он сделал паузу, и Лера поняла, что Алекс ждет ее ответного признания в любви. Проблема в том, что он действительно стал ей небезразличен за время знакомства, но она чувствовала, что этого недостаточно, чтобы провести вместе остаток жизни – между прочим, очень большой… Если, конечно, повезет! Лера застыла, как сталактит, язык ее будто распух во рту до невероятных размеров, и она, если бы даже захотела что-то сказать, смогла бы только промычать. Не дождавшись ее реакции, Алекс вновь заговорил, хотя уже и не так уверенно, как раньше:
– Ты только не подумай, что это тебя к чему-то обязывает – просто прими его, как знак нашей… помолвки, что ли? Сейчас вроде бы так принято, да?
– П-принять… что? – выдавила из себя Лера.
– Ах, да, прости!
Он полез за пазуху и вытащил оттуда бархатную коробочку огромных, как показалось Лере, размеров – там вполне могло поместиться ярмо, которое удобно разместится у нее на шее и станет контролировать каждое ее движение! Когда Алекс поднял крышку, Лера увидела невероятной красоты кольцо из белого золота. Оно было простым по дизайну, но большой бриллиант делал любые украшательства бесполезными, ведь взгляд каждого, кто видел это произведение ювелирного искусства, мгновенно оказался бы прикованным именно к нему. Камень был прямоугольным и сиял множеством граней, отражая свет ламп внутри помещения и отсветы уличного освещения снаружи.
– Какая красота! – выпалила Лера, не в состоянии сдержать восхищения.
Алекс просиял: ему уже начинало казаться, что он то ли выбрал неправильное время для предложения руки и сердца, то ли вообще делает его не той женщине!
– Примеришь?
Разве можно было отказаться? Она протянула руку.
– Правую, пожалуйста, – попросил он: Лера по ошибке протянула левую. Она поменяла руку, и Алекс надел ей кольцо на безымянный палец. Она ожидала услышать звон колокольчиков и ангельское пение, но ничего подобного не случилось. Зато до нее как будто донесся победный вопль матери: наконец-то дочурка удостоилась того, чего любая молодая женщина всегда ожидает с замиранием сердца!
– Я рад, что не ошибся с размером, – заметил Алекс, любуясь игрой света в гранях бриллианта. – «Малахитовая шкатулка» оказалась реально отличным выбором!
– Что? – переспросила Лера.
– Ну, это фирма так называется, где я колечко заказывал. А что?
– Да нет, ничего… Арик Эльке там тоже драгоценности покупает.
– Ну так от него я о «Шкатулке» и узнал! Это, видишь ли, не для масс-маркета изделия, они по индивидуальным заказам работают. Правда, я слышал, в последнее время они еще одну линию открыли, для тех, кто не может себе эксклюзив позволить, но мы-то можем, верно?
Лера промолчала: при своей зарплате она вряд ли имела возможность разбрасываться деньгами, а даже если бы и имела, то не стала бы разбазаривать кровные на бирюльки. Тем не менее, она вынуждена была признать, что колечко удивительно органично смотрится на ее руке, а камень так переливается и сверкает, что от него трудно оторвать взгляд!
– Что ты хочешь на второе? – буднично поинтересовался Алекс, и, если бы не приятно отягощающее безымянный палец украшение, Лера усомнилась бы в том, что ей только что сделали предложение.
Какое-то время они выбирали, потом ожидали заказ, болтая о пустяках, затем с удовольствием ели отличные, красиво сервированные блюда. Во время трапезы у Алекса зазвонил телефон. Взглянув на экран, он нахмурился и, извинившись перед девушкой, ответил на звонок.
– Алло?
Некоторое время он молча слушал, причем напряженное выражение не сходило с его лица.
– Я же сказал, что все решу в ближайшее время! – сказал он в ответ на слова невидимого собеседника. – Что значит – когда? Как смогу, так… что значит, здесь?
Алекс поднял голову и посмотрел куда-то за спину Леры. Она инстинктивно сделала то же самое, но никого не увидела. Дав отбой, ее спутник сказал:
– Слушай, ты извинишь меня – буквально на пять минут?
– Конечно, – кивнула она. – Все в порядке?
– А-а, просто бизнес! – отмахнулся он и зашагал к выходу.
Лера посидела пару минут, размышляя, а потом тоже встала и двинулась в том же направлении. Она осторожно заглянула за угол, стараясь остаться незамеченной.
В фойе народу было мало, и Лера сразу нашла взглядом своего кавалера – или теперь уже жениха? – в компании хорошо одетого невысокого мужчины средних лет. Тот был серьезным, если не сказать сердитым, а вот лица Алекса, который стоял к ней спиной, она не видела. Недолго думая, Лера, повинуясь какому-то внутреннему бессознательному позыву, достала мобильный и сфотографировала незнакомца – к счастью, в ее телефоне последней модели, подаренном зятем на прошлое Восьмое марта, отличная камера!
Лера тихонько вернулась на место и приготовилась ждать. Интересно, что за человек отыскал Алекса в таком месте в неурочное время, и что за «бизнес» настолько важен, что не может немного подождать? Но ей не пришлось долго об этом раздумывать, потому что Алекс вернулся через пять минут после того, как она «приземлилась» за их столиком.
– Все хорошо? – поинтересовалась Лера, внимательно наблюдая за выражением его лица, но ничего особенного не заметила.
– Как может быть иначе? – беззаботно пожал он плечами. – Десерт?
Может, зря она себя накручивает? Подумаешь, какой-то клиент оказался поблизости и решил поговорить с Алексом насчет какого-нибудь комода или туалетного столика – большое дело! Видимо, ей действительно нужно хотя бы иногда забывать о работе и не дергаться по пустякам. Леру немного беспокоило лишь то, что Алекс, обычно любящий рассказывать о своих делах, сейчас даже не попытался ничего объяснить, старательно делая вид, что ничего не произошло.
Алла сидела на подоконнике и занималась своим любимым делом – через стекло смотрела на Невский проспект, который, несмотря на все, что происходило, жил своей жизнью. Она не променяла бы этот вид ни на какой другой – ну разве что на Фудзияму или океанский берег! Сверкающие фарами в сумерках вереницы машин тянулись по всей длине главной артерии города, словно живое, дышащее существо. Если бы она вздумала вдруг продать свое скромное жилище, то легко смогла бы купить отличную, просторную квартиру бизнес-класса в любом из престижных районов города, однако Алла ни за что бы этого не сделала, потому что вид из ее окна стоил сотни квадратных метров! Ярко горели витрины магазинов, по тротуарам куда-то спешили люди, а Алла, сидя в своей маленькой уютной квартирке, смаковала отличное крымское вино – не то, что продается в магазинах, а домашнее, привезенное Дмитрием с его малой родины. Происшествие, имевшее место несколько дней назад, уже почти стерлось из ее памяти, оставив лишь небольшой след, размытый, словно горячий воздух вокруг набирающего скорость на взлетной полосе самолета. Как будто ничего и не было – во всяком случае, их отношения с Митей оставались прежними… Или ей это только казалось?
Мысли Аллы вернулись к тому, что занимало ее все последние недели, – к делу Фельдмана. В нем «нарисовалось» уже три трупа, включая Уткину и не считая ее нерожденного ребенка – намного больше, чем они могли себе позволить! И вполне вероятно, следующим станет Антон Гущин, а этого допустить ни в коем случае нельзя!
Вибрирующий звук прервал ее размышления: на телефон Дмитрия пришло сообщение. Он принимал душ, и она сначала снова отвернулась к окну, однако потом вскочила с подоконника, подошла и взяла сотовый в руки.
Это было совсем не в ее духе – проверять мобильный любовника, она привыкла доверять Дмитрию, но то, что случилось недавно, снова отчетливо всплыло в ее памяти. Сообщение было от некого «Виктора Иванова» – что ж, вполне безобидно… Ее палец сам нажал на кнопку, хотя все Аллино существо этому противилось и презирало ее за слабость. Послание открылось, и она прочла: «Пупсик, твоя швабра работает в выходные, как обычно? Если да, я могу снять домик в Лосево – отдохнем как следует. Там есть бассейн. Люблю, котик».
Алла едва не рассмеялась, несмотря на серьезность ситуации: сообщение было набором самых избитых клише, какие только можно себе представить, и она просто не представляла себе, что Митя, ее Митя, мог общаться с кем-то подобным «птичьим» языком! Что ж, вот все и прояснилось.
Алла прошла к гардеробу, выбрала самое красивое свое платье – черное, слегка блестящее, отлично подчеркивающее аппетитные изгибы ее тела, и, скинув домашний наряд, состоявший из брюк и футболки, облачилась в него. Оценив себя в большом зеркале шкафа, она провела щеткой по своим темным волосам и подкрасила губы блеском. Оставшись довольна своим видом, Алла снова уселась на подоконник и приготовилась ждать, пока Дмитрий, устав плескаться, выйдет наконец из ванной.
Утром Лера встала с гудящей головой, и вовсе не потому, что много выпила – просто она уснула только под утро, размышляя над предложением Алекса. Она не могла решиться рассказать обо всем матери, ведь та тут же примется планировать свадебную церемонию, а Лере даже подумать об этом страшно! В ближайшее время она вовсе не планировала замужество и рождение детей – ей еще нужно строить карьеру, пробивая себе путь среди мужчин, которые так и норовят ее затоптать, как слоны в джунглях во время гона… С другой стороны, ей уже двадцать восемь – может, пора задуматься? Примером для нее служила Алла Суркова, но начальница до сих пор не замужем и бездетна, хотя почти на десять лет старше Леры! Может, это ее собственный выбор, а может, она не сумела устроить личную жизнь именно потому, что всю себя посвящала только работе? Лере казалось, что она еще все успеет, но так ли это в действительности, не успокаивала ли себя и Суркова подобным образом?