Юноша-служка поклонился царевне, почтили правительницу Медного Царства сварогины, и пирующие обратили взоры на вошедших.
– Проходите, гости славные, да садитесь за столы! – громко проговорила царевна, махнув рукой на свободные места рядом с собой. – Отведайте кушаний да наберитесь сил!
Веслав поблагодарил хозяйку за радушие и вместе со Светозаром, Велем и Любомиром проследовал за стол. Слуги тут же поднесли хмеля, утку с яблоками и соленья.
Светозар хмуро смотрел на яства – коли он отведает пищи, то станет причастен к миру иной стороны, в горах которого прячутся души, что не желают следовать дальше. Но стоило царевне обратить на сына Леса пронзительный взор медных очей, как странные думы покинули сварогина.
Дрозд, расположившийся на плече Светозара, тихо пропел, и сын Леса приступил к трапезе. Медная царевна, удостоверившись, что гости вкусили яств, перевела взгляд на золотого, будто сокол, воеводу в оперённом плаще, сидящего по её правую руку.
– Какие вести с поля боя? – мягко спросила.
Воевода, зорко сверкая птичьими глазами, глянул на гостей, потом посмотрел на царевну.
– Ваше величество, Меднослава, вы желаете говорить об этом? – многозначительно спросил он.
– Коли б не желала, не спрашивала, – по-прежнему мягко молвила царевна. – Но прежде чем вы, Златобор, ответите мне, я представлю своих новых подданных. – Царевна указала рукой в сторону сварогинов, и все пирующие обратили взоры на детей Сварога.
К удивлению Веслава, который не помнил, когда успел познакомиться с Меднославой, царевна представила и его, и Светозара, и Любомира с Велем. Когда Меднослава умолкла, над столами пролетел взволнованный шёпот: люди, переглядываясь, с опаской смотрели на гостей.
Меднослава вновь обратилась к Златобору:
– Славный воевода, какие вести с войны? – спросила.
– Войско Серебряного Царства разбито, – положив на сердце руку, ответил Златобор, и Меднослава кивнула. – Но война не окончена, – хмурился воин. – Ваша сестра не признала поражения.
– Вновь бересту отправила? – устало спросила Меднослава, и Златобор кивнул.
– Говорит, обратится к Золотому Царству, если вы, ваше величество, не свернёте Нить или не передадите ей Слово. Говорит, пришёл её черёд, – ответил Златобор, и за столом поднялся возмущённый ропот. Меднослава разочарованно фыркнула:
– Ещё чего, – нахмурилась царевна. – Кто владеет Нитью – владеет царствами! – вздёрнула подбородок. – Да пусть хоть к самому Мору обращается, Нить я не сверну и Слово ей не передам! – заявила громко, и пирующие закивали: по трапезной прокатилось единодушное согласие.
Веслав хмуро смотрел на царевну и её поданных, и гнетущие сомнения наполняли душу князя: странные люди, похожие на птиц, вели непонятные речи, вселяющие тревогу. Веслав никак не мог взять в толк, о чём они говорят и как он оказался среди них.
– Но в Серебряном Царстве не знают того, что отныне нам будут помогать живые! – Меднослава кивнула на сварогинов, и за столами притихли: все взоры вновь обратились на гостей, что удивлённо смотрели на царевну. – На нашей стороне двое сильнейших волхвов и двое сильнейших воинов! – гордо говорила Меднослава так, будто не сомневалась в победе. По залу прокатился одобрительный шёпот.
Светозар, как и Веслав, Вель и Любомир, не понимал, что происходит. Сын Леса чувствовал ворожбу, пропитавшую мир, но не ведал её истока. Даже Дрозд – его Проводник – не говорил о том. И тем мрачнее виделось Светозару бытие – ворожба, лишившая памяти, скрыла нечто очень важное.
– Как мы должны помочь? – спросил Меднославу Веслав, и Светозар посмотрел на князя.
– Воевать за нас в будущей битве, вы же для того ко мне пришли, – вкрадчиво ответила Меднослава, и Веслав подумал, что он и вправду шёл для этого – вот то, что они все забыли – Меднослава сама открыла им правду. – Без моего Слова даже старшая сестра не снимет Нить, но пришлёт много золотых воинов. Ибо кто владеет Нитью – владеет царствами. А Нитью сейчас владею я.
– И вы полагаете, будто мы четверо устоим против такой силы? – удивился Веслав, и Вель с Любомиром переглянулись: им тоже теперь думалось, что они оказались в Медном Царстве для того, чтобы принести Меднославе победу.
Златобор, сидевший напротив детей Сварога, взглядом хищной птицы смотрел на них – воевода, в отличие от царевны, не жаловал чужаков и не разделял царившего за столами воодушевления.
– Вы, живые, обладаете силой, неподвластной нам, – мягко говорила Меднослава. – Светозар, – царевна посмотрела на сына Леса, – отвори окно на поле прошедшей битвы.
Сварогин нахмурился: Светозар чувствовал силу Меднославы, и она превосходила его. Веслав, Вель и Любомир внимательно смотрели на сына Леса, что покорно закрыл глаза и зашептал.
Сам не ведая откуда, Светозар знал, что если в Яви Врата открываются только в местах переплетения Нитей Песни, коими в Лесу являются поляны, то в Неяви Врата можно открыть где угодно, была бы Сила Звёзд у волхвующего.
Следуя Словам Светозара, что окружили сварогина золотым кружевом, Серебряный Дрозд взлетел с его плеча и, закружив над столами, под поражённые возгласы присутствующих озарил трапезную светом… Когда свет померк, птица летала под потолком, и сияние её серебряных крыльев освещало развернувшуюся над обедающими безжизненную долину, простиравшуюся среди высоких серых гор под мрачным небом Неяви. Тёмную землю устилали медные и серебряные перья – то, что оставила после себя война.
Подданные Медного Царства поражённо смотрели на представшее: такой ворожбы они прежде не встречали.
– Мы можем ступить в эти Врата и оказаться на поле битвы? – спросил Златобор, хмуро глядя на Светозара.
– Да, – кивнул сын Леса.
– Армия Медного Царства может явиться внезапно и атаковать врага с тыла, – добавил Веслав неожиданно для себя самого. Князь был уверен в том, что в Серебряном Царстве сие точно не предугадают. А ещё в том, что он вспомнил, зачем отправился в иной мир – он пришёл сюда за победой.
Слова Веслава отозвались за столами восторгом; довольная же Меднослава, гордо вскинув голову и улыбаясь, смотрела на призрачное поле битвы, над которым кружил Дрозд.
Медное Царство стало готовиться к войне: Меднослава велела разослать бересты, в которых рассказывала о волхвах из Верхнего Мира, пришедших, дабы помочь Медному Царству одержать победу, и призывала всех, кто может держать оружие, явиться ко двору.
Веслава, Светозара и Любомира с Велем царевна поселила на мужской половине царского терема, главным в которой был Златобор – похожий на сокола воевода, несмотря на волю царевны и остального двора, с крайней неохотой принял чужаков.
На следующий день Меднослава повела детей Сварога в гридницы, дабы её витязи познакомились с теми, о ком толковал уже весь Медный Град.
Веслав вновь подумал о том, что все подданные Медного Царства похожи на птиц, но эта мысль покинула князя, как только Меднослава обратилась к нему и к Любомиру с Велем с просьбой преподать её воинам несколько уроков Правосилы.
Любомир откликнулся на эту просьбу с куда большей охотой, нежели Веслав и Вель – юный богатырь думал о том, что, коли сама царица обращается к нему как к настоящему воину, то, значит, он уже стал настоящим воином – каждого научит постоять за себя, и пусть Радислав увидит это.
Веслав, искоса посмотрев на Любомира и Веля, выбрал себе самого могучего противника, которого надеялся одолеть перед взором Меднославы.
Светозар же, оставшись рядом с царевной и хмурым Златобором, который всюду сопровождал Меднославу, смотрел на то, как танцуют с мечами витязи, и улыбался. Дрозд сидел на навершии тояга.
– Что тебя так радует, волхв? – спросила царевна, заметив улыбку сварогина.
– То, что наше странствие обрело смысл в Неяви, – ответил Светозар, и Меднослава немного нахмурилась. Златобор острым взглядом смотрел на сына Леса. – Для Медного Царства – Явь – это Неявь, как ваш мир – Неявь для нас.
– Верно, – кивнула Меднослава. – Но растолкуй свои речи.
– Он хотел сказать, что мы теперь вспомнили, зачем так долго шли, – пропел Дрозд, и Меднослава с Златобором удивлённо посмотрели на птицу. – И вы тоже! – расстроенно чирикнул Дрозд. – Умею я говорить, умею!
– Я не хотела тебя обидеть, – положила на сердце руку царевна. – И я очень рада, что вы обрели смысл пути. – Меднослава посмотрела на кивнувшего ей Светозара.
Веслав, не опуская меча, видел, как Светозар о чём-то говорит с Меднославой, и странное, будто вспыхнувшее пламя, чувство опалило его – царевна должна вести беседы с ним, а не с сыном Леса. Ведь Веслав князь, что прежде был царём. Хотя, о том, что он так постыдно лишился трона, правительнице Медного Царства знать не обязательно. Но царевна улыбалась лесному юноше, у которого и бороды-то ещё не было, и сие так раздосадовало Веслава, что князь пропустил удар своего могучего противника и едва устоял на ногах. Витязь, с которым он дрался, спохватился, принялся извиняться, но Веслав остановил его: негоже ещё больше позорить его перед очами Меднославы и хищным взором Златобора.
Князь, не слушая, что лепетал в своё оправдание воин, убрал в ножны меч и, подойдя к Меднославе, Светозару и Златобору, поклонился царевне.
– Ваши воины славно владеют Правосилой, – сказал он, внимательно глядя в бездонные медные глаза – красота Меднославы пленила. – И они куда искуснее нас.
Меднослава улыбнулась и шагнула ближе. Веслав с трудом поборол желание прилюдно взять царевну за руку, а взгляд Златобора налился тьмой.
– Мне отрадно слышать подобное от вас, – учтиво говорила Меднослава. – Но моим воинам надобно познакомиться и с вашим мастерством, дабы стать ещё искуснее.
– Медное Царство одержит победу. – Веслав положил на сердце руку.
– Ведь мы для этого проделали такой долгий путь, – согласился Светозар, не обращая внимания на хмурый взор Веслава, и Меднослава кивнула.