С.В.). Известно по Новой Конституции, что комсомольская организация имеет право выставлять своих кандидатов при выборах в Верховный Совет. А в этой огромной политической, организующей силе комсомольские организации и профсоюзные организации должны включиться по выборам в Верховный Совет, и никто не сомневается в том, что это нужно, но в первую очередь нужно, чтобы парторганизация взялась за это дело обеими руками»{620}.
Характерна итоговая задача, поставленная Жаворонковым в его выступлении: проводя «большую агитационно-политическую работу по подготовке к выборам в Верховный Совет», надо «мобилизовать людей на борьбу со вражескими выходками, с которыми мы встречаемся на наших участках. Несмотря на вражеские выходки, на хитрые подходы классовых врагов, нужно будет поднять активность масс на выкорчевывание врагов, на их уничтожение без остатка. Надо уничтожить все остатки троцкистов, правых и всех агентов фашизма. Не можем мы их оставить в нашей стране. Этот вопрос стоит в центре внимания всей нашей агитационной работы при разъяснении Сталинской Конституции и в связи с этим и при разъяснении международного положения. Наше население интересуется всеми этими вопросами, особенно в бытовой обстановке. Я считаю, что [это] – серьезнейшая политическая работа, [которая] нами проводится впервые. Опыта в этой работе мы не имеем. Мы не должны медлить […]. Надо смело браться за эту работу, привлекая к [ней] партийные организации. И мне кажется, что то доверие, которое нам оказано, как первому округу в городе Москве, столице нашего Советского государства, парторганизация Ленинского района сумеет оправдать по-большевистски и сумеет доказать Центральному комитету нашей партии, Московскому комитету нашей партии и т. Сталину, что она [способна] по-большевистски драться за выполнение решений Центрального комитета партии и указаний т. Сталина и по-боевому проведет подготовку по выборам в Верховный Совет»{621}.
Еще в своем выступлении «О проекте Конституции Союза ССР» от 25 ноября 1936 г. И. В. Сталин сделал вполне прозрачный намек на необходимость политической селекции новоиспеченных граждан. В самом конце анализа поступивших поправок Хозяин заявил: «…еще одна поправка, имеющая более или менее существенный характер. Я говорю о поправке к 135-й статье проекта Конституции. Она предлагает лишить избирательных прав служителей культа, бывших белогвардейцев, всех бывших людей и лиц, не занимающихся общеполезным трудом, или же, во всяком случае, ограничить избирательные права лиц этой категории, дав им только право избирать, но не быть избранными. Я думаю, что эта поправка также должна быть отвергнута. Советская власть лишила избирательных прав нетрудовые и эксплуататорские элементы не на веки вечные, а временно, до известного периода. Было время, когда эти элементы вели открытую войну против народа и противодействовали советским законам. Советский закон о лишении их избирательного права был ответом Советской власти на это противодействие. С тех пор прошло немало времени. За истекший период мы добились того, что эксплуататорские классы уничтожены, а Советская власть превратилась в непобедимую силу. Не пришло ли время пересмотреть этот закон? Я думаю, что пришло время. Говорят, что это опасно, так как могут пролезть в верховные органы страны враждебные Советской власти элементы, кое-кто из бывших белогвардейцев, кулаков, попов и т. д. Но чего тут собственно бояться? Волков бояться, в лес не ходить. Во-первых, не все бывшие кулаки, белогвардейцы или попы враждебны Советской власти. Во-вторых, если народ кой-где и изберет враждебных людей, то это будет означать, что наша агитационная работа поставлена из рук вон плохо и мы вполне заслужили такой позор, если же наша агитационная работа будет идти по-большевистски, то народ не пропустит враждебных людей в свои верховные органы. Значит надо работать, а не хныкать, надо работать, а не дожидаться того, что все будет предоставлено в готовом виде в порядке административных распоряжений (курсив наш. – С.В.). Ленин еще в 1919 г. говорил, что недалеко то время, когда Советская власть сочтет полезным ввести всеобщее избирательное право без всяких ограничений. Обратите внимание: без всяких ограничений. Это он говорил в то время, когда иностранная военная интервенция не была еще ликвидирована, а наша промышленность и сельское хозяйство находились в отчаянном положении. С тех пор прошло уже 17 лет. Не пора ли, товарищи, выполнить указание Ленина? Я думаю, что пора»{622}. Данному пассажу на заседании сопутствовали «веселое оживление в зале, бурные аплодисменты»{623}, однако смеяться было не на чем. Сталин выполнил «указание Ленина» поистине по-ленински. НКВД СССР под его чутким руководством трудился не покладая рук.
Как справедливо заметила Т. Г. Архипова, перед выборами Верховного Совета СССР, проходившими в декабре 1937 г., власть провела «…мероприятия репрессивного характера»{624}, то есть, проще говоря, зачистку. Н. В. Петров и М. Янсен констатировали в своей книге о Н. И. Ежове: «…операции, осуществлявшиеся по приказу № 00447, предполагалось завершить в течение четырех месяцев – ко дню выборов в Верховный Совет – 12 декабря 1937 года»{625}. Из того факта, что в преамбуле к приказу № 00447 органам государственной безопасности ставилась задача «раз и навсегда» покончить с антисоветскими элементами, исследователи сделали логичный вывод: И. В. Сталин «… имел целью “окончательное решение” проблемы антисоветских элементов»{626}. На выборах в Верховный Совет СССР в декабре 1937 г. в списке кандидатов за И. В. Сталиным, В. М. Молотовым и К. Е. Ворошиловым, давно не входившим в узкую неформальную руководящую группу внутри Политбюро ЦК ВКП(б), сразу же шел Н. И. Ежов{627} – как раз входивший в узкую сталинскую руководящую группу, не будучи членом Политбюро.
В Верховный Совет СССР были избраны помимо Ежова 64 чекиста, кроме того 32 энкаведешника стали членами Совета Национальностей{628}.
Заметим, что, на наш взгляд, именно для создания обстановки, при которой большевистский режим в целом и сталинская верхушка в частности ничего не могли потерять в случае введения в нашей стране «всеобщего, прямого, равного и тайного избирательного права на основе советского строя», И. В. Сталину главным образом и понадобилась кампания по выработке текста новой Конституции СССР с его фиктивным обсуждением в ЦК ВКП(б) (под благовидным предлогом: итоговый текст вырабатывает Редакционная комиссия 8-го Чрезвычайного съезда Советов СССР) одновременно с отнюдь не формальным прологом того, что в западной историографии после выхода книги Р. Конквеста именуется Большим террором. В то время, когда Н. И. Бухарин и прочие старые оппозиционеры самозабвенно готовились к «демократизации» жизни советского общества, на них был установлен капкан в виде уже абсолютно подконтрольных и лично преданных И. В. Сталину органов НКВД СССР. Одновременно Хозяин подготовил надежный плацдарм для отступления в случае провала обсуждения в ЦК ВКП(б) того, что в порядке дня заседания скрывалось за обтекаемой формулировкой «Текущие вопросы»{629}. Если бы «стратег»{630}, по мнению И. Эренбурга, Г. Я. Сокольников просчитал ситуацию верно, то он бы отказался «каяться» на Пленуме ЦК ВКП(б), а И. В. Сталин, осознав, что зондаж не удался, поскольку высший орган ВКП(б) не готов к чистке, тут же заделался бы «демократом», лишь в очередной раз застращав Бухарина со товарищи по партийной линии. Как следует из ситуации 1946 г., когда И. С. Конев и другие маршалы и генералы категорически отказались верить в виновность Г. К. Жукова и И. В. Сталин ограничился выведением Маршала Победы из кандидатов в члены ЦК ВКП(б){631}, Хозяин бы «отскочил» (выражение Л. Д. Троцкого) и конце 1936 – начале 1937 г. Более того – то, что вошло в западную историографию как Большой террор, вполне могло начаться и в 1933 г. (органы государственной безопасности были вполне готовы к «зачистке» партии), однако к такому развитию события оказалось не готово ни высшее большевистское руководство, ни вполне дееспособное на данном этапе коммунистическое руководство ЦИК СССР и ВЦИК{632}.
Собственно, и после Декабрьского 1936 г. Пленума ЦК ВКП(б) решения о «демократизации» и «закручивании гаек» принимались большевистским руководством одновременно. 28 января 1937 г. Политбюро приняло опросом постановление «О Пленуме ЦК ВКП(б)»: признало необходимым созыв высшего партийного органа 20 февраля и утвердило следующий порядок дня Пленума: «1. Дело Бухарина и Рыкова. 2. Подготовка партийных организаций к выборам в Верховный Совет по новой избирательной системе и соответствующая перестройка партийно-политической работы. 3. Уроки вредительства, диверсии и шпионажа троцкистов»{633}. 31 января пункты второй и третий поменяли местами, докладчиками были назначены: Н. И. Ежов (по первому пункту), Г. К. Орджоникидзе по НКТП СССР, Л. М. Каганович по НКПС СССР и А. А. Андреев по парторганизациям (по теперь уже второму пункту) и А. А. Жданов (по третьему пункту){634}.
«За время пути» троцкисты «подросли» и «обросли» несуществующими «связями» с японскими и германскими шпионами, поэтому 5 февраля Политбюро ЦК ВКП(б), в рамках подготовки в Февральско-мартовскому Пленуму, пришлось переработать и дополнить порядок дня Пленума и привлечь дополнительных докладчиков. По второму пункту, который был теперь расширен – «Уроки вредительства, диверсии и шпионажа японо-немецко-троцкистских агентов» (скромно: Сталин со товарищи могли провести на эту тему мастер-класс) к Г. К. Орджоникидзе и Л. М. Кагановичу добавили Н. И. Ежова «по [линии] НКВД», вставили пункт «О политическом воспитании партийных кадров и мерах борьбы с троцкистскими и иными двурушниками в парторганизациях», докладчиком утвердили самого И. В. Сталина, и только пункт о выборах в Верховный Совет СССР оставили в первозданном виде. Очередность докладов была установлена на заседании 13 февраля: открывать «бал» выпало Н. И. Ежову, затем сразу после вредителей шел А. А. Жданов с выборами в Верховный Совет, потом высшее уставное руководство должно было извлекать «уроки» из вредительства (вернее, из ЦК выводились его члены – за это самое) и, наконец, завершать все должен был И. В. Сталин с его «воспитанием» партийцев и «мерами борьбы»