По проходу к алтарю прошла Златовласка и встала напротив Джека. Наконец в дверях во всём блеске красоты появилась Шапочка, и все встали. Она направилась к алтарю, двери за ней закрылись. Невеста ступала так легко, что будто не шла, а парила.
Когда Фрогги увидел Шапочку, ему показалось, что время замерло. Он забыл, где он и как сюда попал. Для него существовала лишь она одна. Никогда в жизни он не видел такой красоты. При взгляде на Шапочку его большие блестящие глаза заволокло слезами.
Шапочке приходилось напоминать себе дышать, пока она шагала к алтарю. Ей не верилось, что этот миг наконец настал. Церемония была безупречной, и казалось, что всё идёт как следует.
– Можете садиться, – объявил Поросёнок, когда Шапочка дошла до алтаря. Затем он произнёс вступительную речь, рассмешив гостей. Шапочка и Фрогги неотрывно смотрели друг другу в глаза и не слышали ни слова.
Джек забеспокоился: церемония шла полным ходом, а Коннер до сих пор не вернулся.
– Что такое? – шёпотом спросила Златовласка.
– У меня колец нет! – тоже шёпотом ответил Джек.
– Теперь пора обменяться кольцами, – сказал Поросёнок.
Златовласка повернулась к органу и показала на свой палец.
– Кольца! – одними губами прошептала она, надеясь, что Алекс услышит.
К облегчению Джека, на его ладони по волшебству появились два сияющих кольца. Он дал одно Фрогги, а второе – Шапочке. Эти двое не замечали ничего вокруг, кроме друг друга, поэтому даже не подозревали, что что-то не так.
Однако столь быстрая подмена не осталась незамеченной. Эмеральда смотрела на кольца с подозрением: она знала, что Алекс, скорее всего, где-то рядом. И фея оглядывала зал, ища, куда она спряталась.
– Уходи отсюда! – прошептала Златовласка в сторону органа.
Алекс хотела остаться до конца церемонии, но понимала, что лучше уйти, пока есть возможность. Она посмотрела на друзей напоследок и тихо растаяла в воздухе.
– Прими это кольцо в знак того, что отныне ты моя жена, – произнёс Фрогги, надевая кольцо Шапочке на палец.
– Прими это кольцо в знак того, что отныне ты мой муж, – сказала Шапочка, тоже надевая ему на палец кольцо.
– Король Чарли Прекрасный, согласен ли ты взять в жёны Красную Шапочку, дабы она стала королевой, и быть с ней, пока смерть не разлучит вас?
– Согласен, – ответил Фрогги. От волнения он даже тихо квакнул.
– Красная Шапочка, согласна ли ты взять Чарли Прекрасного в мужья и быть с ним, пока смерть не разлучит вас?
– Согласна, – сказала Шапочка. – Более чем.
Их сердца были так переполнены радостью, что казалось, она затопила весь зал Палаты Прогресса. У всех в глазах стояли слёзы. Все пары обняли друг друга покрепче.
– Тогда, если ни у кого нет возражений, я объявляю вас…
БА-БАХ!
Двери с грохотом распахнулись, и полыхнула ослепительная вспышка. По залу пронёсся резкий порыв ветра, опрокидывая вазы и колонны. Гости закричали и закрыли головы руками. В зал вошло какое-то рогатое чудище и не спеша направилось к алтарю. Когда оно подошло ближе, Фрогги и Шапочка поняли, что это никакой не зверь, а… женщина.
– Простите, что помешала, но возражения есть у меня, – злорадно улыбаясь, сказала Морина.
Все в зале недоумённо перешёптывались. Никто не знал эту женщину.
– Да как ты смеешь! – возмутился Фрогги. – Кто ты такая?
– А ты меня не узнаёшь, Чарли? – притворно нахмурившись, спросила Морина. – После всего, что между нами было?
Хотя у Шапочки рогов на голове не было, она едва не набросилась на незваную гостью, как бык на красную тряпку.
– Чарли, ты знаешь её?
Однако Фрогги не припоминал, чтобы когда-то с ней встречался.
– Никогда в жизни её не видел. Представься, женщина!
Морина громко расхохоталась, по залу прокатилось эхо.
– Ну что ж, я – твоя невеста, – сказала она. – Ещё одна невеста.
Все в зале возмущённо зашептались, не веря, что эта женщина посмела заявиться на свадьбу, да ещё и так бессовестно лгать.
Все были возмущены, а уж Фрогги особенно. Он будто окаменел, как статуя, и побледнел до нежно-салатового оттенка. Он всё же её знал, но даже подумать не мог, что когда-то снова с ней встретится.
– Морина… – пробормотал он. – Ты изменилась…
Ведьма обрадовалась, заметив, как его поразило её перевоплощение.
– Мы давно не виделись. А вот ты ни капельки не изменился.
Шапочка схватила Фрогги за руку, опасаясь, что случилось что-то страшное.
– Чарли, о чём она говорит?
Фрогги била дрожь, словно он увидел привидение.
– Я не встречал её много лет. Она была моей первой любовью, но я боялся, что семья осудит меня за то, что я встречаюсь с ведьмой, поэтому я с ней расстался. Она думала, что я бросил её из-за того, что она не была красавицей, хоть я и клялся, что её внешность тут ни при чём. Тогда она наложила на меня проклятие, превратив в человека-лягушку, чтобы отныне я стыдился собственного лица.
Шапочке стало дурно. Все Прекрасные короли вскочили со своих мест.
– Стража! – закричал король Ченс. – Схватите эту женщину! Она преступница!
– Ой, да сядьте вы, – сказала Морина, и по щелчку её пальцев братья Фрогги будто прилипли к стульям. – У вас нет доказательств, что это я наложила на него проклятие. Хотя это в моём духе.
– Зачем ты пришла, Морина? – спросил Фрогги. – Что тебе нужно?
– А разве не ясно? Я решила тебя вернуть. Все эти годы я очень по тебе скучала. Зачем ещё мне так грубо прерывать твою свадьбу?
– Ты его получишь только через мой труп! – в гневе вскричала Шапочка, вставая между ведьмой и Фрогги.
Морина закатила глаза.
– Это я запросто устрою, – пригрозила она. – У тебя два варианта, Чарли. Либо ты сейчас же уйдёшь со мной, и мы снова будем вместе, как много лет назад, либо ты остаёшься здесь, и я у тебя на глазах наложу на твою невесту проклятие во сто крат страшнее твоего. Выбор за тобой.
Услышав угрозы, феи из Совета поднялись со стульев.
– Если ты попытаешься наложить на кого-нибудь проклятие, мы лично сопроводим тебя в тюрьму Пиноккио, – сказала Эмеральда.
– Успокойтесь, ничего незаконного я ещё не сделала, – возразила Морина. – Решать Чарли. Так что скажешь?
Все затаили дыхание, ожидая ответа, но Фрогги не знал, что делать и сказать. В её присутствии его будто парализовало.
– Ладно, – проговорил он. – Я пойду с тобой.
Все ахнули, а Морина рассмеялась, хлопая в ладоши.
– Что?! – выкрикнула Шапочка. – Чарли, ты не можешь! Я тебя не отпущу!
– Я должен, дорогая. Я не позволю ей тронуть тебя.
Шапочка обхватила ладонями его лицо, и по щекам её покатились слёзы.
– Пускай наложит на меня проклятие, мне плевать. Нет такого проклятия, которое будет хуже жизни без тебя!
– Шапочка, она гораздо сильнее, чем кажется. Только так я могу тебя защитить.
– Она пугало с накрашенными губами! Я могу с ней потягаться! – плакала Шапочка. – Я не дам ей отнять тебя!
– Прости, любимая, – сказал Фрогги сквозь слёзы. – Я должен идти… Должен…
Шапочка вцепилась в него мёртвой хваткой, но Фрогги поцеловал её в лоб, отстранился и подошёл к Морине. Ведьма взяла его за руку, и они вместе направились к выходу из зала.
Слёзы бежали по лицу Шапочки ручьями.
– Эмеральда, сделай что-нибудь! – обратилась она к фее. – Нельзя позволять ей это!
– Она ничего не сделала, – ответила Эмеральда. – Он ушёл с ней по своей воле.
– Тогда пусть кто-нибудь их остановит! – завопила невеста. – Пожалуйста, умоляю! Остановите их!
Все в зале в отчаянии переглядывались, но не могли ничего сделать.
Поняв, что ей никто не поможет, Шапочка бросилась следом за Фрогги, но споткнулась о подол платья и упала на пол.
– ЧАРЛИ, ПОСТОЙ! ВЕРНИСЬ! ПОЖАЛУЙСТА, ВЕРНИСЬ!
Шапочка ползла по проходу и звала Фрогги, но он так и не обернулся. Они с Мориной дошли до двери и исчезли в облаке чёрного дыма.
Шапочка лежала на полу и горько плакала. К ней подбежала Златовласка и села рядом. Золушка, Белоснежка, Спящая Красавица и бабушка тоже подошли к девушкам, но Шапочка была безутешна.
Прекрасные братья встали около своих жён.
– Мы найдём его, Шапочка, – сказал Чейз.
– Мы не позволим этой ведьме снова забрать нашего брата, – поддержал его Чендлер.
– Но она его не забирала… – плача, возразила Шапочка. – Он бросил меня… Бросил на нашей свадьбе… – Шапочка была сама не своя от горя и начала бредить: – Это сон, Златовласка? Прошу, скажи, что это сон…
Златовласка не знала, как утешить подругу. Шапочка положила голову ей на колени и постепенно затихла, забывшись сном. Помочь ей было нечем, поэтому феи из Совета исчезли одна за другой. Другие гости тоже направились к выходу из зала Палаты Прогресса.
– А где же Сливочный мальчик? – спохватилась Тролбэлла, шагая к дверям с остальными.
Джек огляделся, но Коннера не нашёл.
– Пойду поищу Коннера, – сказал он Златовласке. – Наверно, с ним что-то случилось.
Джек поспешно вышел из Палаты Прогресса. Люди, ждавшие снаружи, не знали о том, что свадьба не состоялась, и радостно приветствовали всех, кто выходил из дверей; они ждали, что в любую минуту новобрачные король и королева выйдут принять поздравления от своего народа.
Джек пробрался сквозь толпу горожан и прикинул, какой дорогой мог пойти Коннер, чтобы забрать кольца. Джек дошёл до замка, но Коннера по пути не встретил. Однако, войдя в библиотеку, он сразу понял, что чутьё его не обмануло. Вся мебель была перевёрнута, картины сорваны со стен. Окна были распахнуты, а книжные полки сломаны. На полу тут и там валялись книги и осколки стекла.
– Коннер! – закричал Джек.
Он услышал стон и в углу увидел скрючившегося Коннера. Под глазом у него темнел фингал, губы были разбиты, и он обхватил живот руками. Джек осторожно поднял друга и усадил, прислонив к стене.
– Коннер, что случилось? – спросил Джек. – Кто тебя так отделал?
Коннера до сих пор трясло, и каждое слово давалось ему с трудом.