К полуночи в хижине яблоку было негде упасть. Около сотни ведьм сгрудились вокруг громадного котла в центре хижины, а опоздавшие стояли позади них.
Как водится, тёмная магия оставляет отметины на тех, кто её использует, потому внешность всех женщин изменилась до неузнаваемости. У некоторых ведьм от колдовства появились бородавки, носы раздулись, плоть начала гнить, а глазные яблоки выпадали из глазниц. Другие лишь отдалённо напоминали людей и больше походили на зверьё: у них были рога и копыта, хвосты и оперение, а у иных даже пятачки и клювы.
Приземистая тучная ведьма с окаменевшей кожей подошла к котлу и бросила в него пригоршню булыжников. Варево вспыхнуло, осветив комнату зловещим зелёным светом. Шабаш начался.
– Добро пожаловать, сёстры, – просипела ведьма. – Я Горгулья, Каменная госпожа Гномьих лесов. Полагаю, мы все собрались сегодня по общему делу, так что не будем терять времени.
Ведьмы переглянулись и кивнули. Быть может, у них каждый был сам за себя, но, если им грозила опасность, они объединялись.
Первой взяла слово Змеина, ведьма с чешуйчатой зелёной кожей и длинным раздвоенным языком.
– Мы с-с-собрались, чтобы обс-с-судить пропавш-ш-ших детиш-ш-шек, – прошипела она. – Разреш-ш-шите с-с-сказать: ведьма, которая их-х-х пох-х-хищ-щ-щает, должна перес-с-стать, пока нас-с-с вс-с-сех-х-х не убили!
Многие ведьмы возмутились её высказыванием. Уголина, ведьма, покрытая пеплом и сажей, так сильно ударила рукой по камню, на котором сидела, что от её кулака откололся кусок угля.
– Да как ты смеешь нас обвинять! – завопила она на Змеину, и изо рта у неё посыпались тлеющие угольки. Чем сильнее она распалялась, тем больше на её коже появлялось трещин, сквозь которые будто просачивалась лава. – Нас всегда обвиняют во всех бедах! Уж от одной из нас такого точно не ждёшь!
Древина, ведьма с волосами из прутьев и телом, покрытым древесной корой, поддержала Змеину:
– Двенадцать детей из Углового королевства и двенадцать детей из Прекрасного бесследно исчезли, – проскрипела она. – На такое злодеяние могла решиться только ведьма, и, скорее всего, она сейчас среди нас, в этой хижине!
Паучина, крупная ведьма с клыками, четырьмя волосатыми руками и такими же ногами, спустилась с потолка на паутине из своей слюны.
– Раз вы так уверены, что детей похитила ведьма, значит, это одна из вас! – прорычала она, тыча в них всеми четырьмя руками.
Хижину огласили громкие крики, потому что каждая ведьма желала высказать своё мнение. Горгулья швырнула в котёл ещё камней, и ослепительная зелёная вспышка приглушила вопли ведьм.
– Молчать! – выкрикнула Горгулья. – Неважно, какая ведьма это сделала, – королевства обвинят в этом всех нас! До меня дошли слухи, что в деревнях собираются устроить охоту на ведьм. Мы должны быть к этому готовы!
Вперёд вышла ведьма в бордовом одеянии.
– Можно кое-что предложить? – спокойно спросила она и сняла капюшон. Несколько ведьм ахнули: она выглядела как обычная женщина средних лет, причём весьма привлекательная.
– Агетта! – свирепо посмотрев на неё, воскликнула Горгулья. – Почтила-таки нас своим присутствием спустя столько лет.
– Ей здес-с-сь не мес-с-сто! – прошипела Змеина.
– Позор на всё сообщество настоящих ведьм, – добавила Уголина.
Все ведьмы принялись дружно порицать Агетту, но та явилась сюда не для того, чтобы устраивать склоки.
– Хоть я и занимаюсь светлой магией, я такая же ведьма, как и вы, – сказала Агетта. – И уверяю вас: если пропадёт ещё больше детей, никто не станет разбираться, какой вид магии я использую. Разъярённая толпа ринется в Гномьи леса и не остановится, пока не отловит всех ведьм до последней. Нас всех поймают и сожгут на костре. Так что, в отличие от вас, я пришла сюда предложить решение, которое поможет предотвратить охоту на ведьм.
Ведьмы заворчали и принялись осыпать Агетту бранью. Горгулья бросила ещё одну пригоршню камней в котёл, чтобы утихомирить товарок.
– Никто из нас не хочет попасть под травлю, а посему, если Агетта знает, как этого избежать и спасти нас, пускай говорит, – сказала она. – Но поживее: у меня камни заканчиваются.
Агетта обвела взглядом собравшихся, посмотрев почти на всех ведьм. Она знала, что убедить их будет непросто, но решила стоять на своём до конца.
– Давайте перестанем обвинять друг друга, а лучше постараемся найти зачинщика. Нас всех всегда винили за проступки, которые совершил кто-то один. Будь это одна из вас, вы бы сюда не пришли, так что давайте объединимся и найдём виновного. Мы докажем свою непричастность, если поможем королевствам узнать, кто похитил детей и куда они пропали.
– Мы не можем сдать одну из наших! У нас же сестринство! – вскричала Уголина.
– Ес-с-сли вс-с-сех-х-х нас-с-с убьют, не будет никакого с-с-сес-с-стринс-с-ства, – заметила Змеина.
– Очень нужна людям помощь ведьм! – заспорила Древина.
Ведьма с толстым пузом и носом-морковкой, стоявшая у стены, вдруг бурно разрыдалась, и все к ней повернулись.
– Извините, – сказала она. – Просто мне очень близко то, что сказала Агетта. Я не без греха, но меня всю жизнь обвиняли в том, чего я не делала.
– НЕВИНОВНЫХ ВЕДЬМ НЕ СУЩЕСТВУЕТ! – раздался вдруг чей-то громкий голос.
Неожиданно двери в хижину распахнулись, и все ведьмы вздрогнули. Внутрь по-хозяйски вошёл человек с мешком на голове, которого сопровождала дюжина солдат в красно-белых мундирах. Ведьмы вскочили со своих мест, возмущённые вторжением на их шабаш.
– Прошу прощения, что прерываю вас, дамы, – если вас можно так называть, – сказал Человек в маске, нахально ухмыляясь. – Я весь вечер слушал ваши споры и не могу больше молчать.
– Да как ты смеешь нам мешать! – завопила Горгулья. – Никому не дозволено лезть в наши дела и остаться при этом в живых…
Человек в маске вскинул руку, заставляя ведьму замолкнуть.
– Прежде чем вы превратите нас в мышей и скормите своим фамильярам, позвольте представиться. Меня прозвали Человеком в маске – и понятно почему. Люди, что пришли со мной, – это те, кто остался от Великой армии, которая пять месяцев назад почти захватила этот мир. Возможно, вы о нас слышали?
Хотя никто из ведьм не участвовал в сражениях, они прекрасно знали о хаосе, учинённом Великой армией.
– Этот человек – посмешище, – бросила Агетта. Она поняла, что лучше вмешаться в разговор, пока ведьмы не проявили любопытства. – Он забьёт вам головы своими байками о том, как он командовал армией и вырастил дракона, но на самом деле он сбежал с поля боя, чтобы спастись от умирающей старой феи.
Человек в маске резко повернул к ней голову.
– Значит, вы всё-таки обо мне знаете, – проговорил он, окидывая Агетту взглядом, – она показалась ему знакомой.
Он был уверен, что в прошлом их пути пересекались, но вспоминать было некогда. Человек в маске пришёл сюда с определённой целью, и времени у него было в обрез.
– Я пришёл не хвалиться своими подвигами, а заключить с вами союз, но, в первую очередь, хочу вас предупредить, – сказал Человек в маске.
– Не нужны нам никакие союзы с типами вроде тебя, – заявила Горгулья.
Несмотря на нежелание ведьм его слушать, Человек в маске продолжил:
– Вы правильно делаете, что волнуетесь. Многие уверены, что за похищениями детей стоит ведьма, и жители деревень не намерены с этим мириться. Я несколько месяцев был в бегах, но до меня всё равно дошли слухи об их планах. Они хотят не охотиться на ведьм, а совсем их истребить!
Эта новость была тяжёлым ударом для ведьм. Может, Человек в маске пытался их застращать? Или же дело и правда приняло плохой оборот?
– Вот поэтому нужно найти ведьму, которая похитила детей, пока ещё есть возможность, – сказала Агетта.
Человек в маске покачал головой.
– Боюсь, вам никак этого не избежать. Даже если вы докажете, что вы тут ни при чём, они всё равно устроят бойню. Они хотят поквитаться не только за пропавших детей, но и вообще за все ваши преступления. Эти дети – лишь повод свести с вами счёты и утолить многовековую жажду мести!
Ведьмы притихли. Люди всегда недолюбливали их, а после исчезновения детей и вовсе обозлились.
– Где бы ты ни появился, всюду стремишься развязать войну, – сказала Агетта, отчаянно пытаясь умалить его слова. – Не слушайте этого человека! Он не успокоится, пока весь мир не сгорит дотла!
Человек в маске ухмыльнулся.
– Нас ждут битвы и сражения, однако вы слишком много о себе возомнили, раз считаете, что будет война, – издевательски заметил он. – Как только вас окружат, вам конец – вас слишком мало! И оглянуться не успеете, как превратитесь в вымерший вид вроде драконов.
Ведьма-плакса, стоявшая у стены, снова разрыдалась, а потом согнулась пополам, и её обильно стошнило на пол.
– Простите, – пролепетала она. – Я очень впечатлительная.
Полковник Рамбер, который был среди солдат Великой армии, посмотрел на неё, вздёрнув брови. Что-то с этой ведьмой было не так.
– Я считаю, что за похищениями стоит Содружество «Вечно и счастливо»! – выкрикнул Человек в маске. – Феи всегда хотели избавиться от ведьм, а если спровоцировать массовое истребление, они добьются своего! Не удивлюсь, если детей похитила новая Фея-крёстная!
– Фея-крёстная ни за что не похитит две дюжины детей, – послышался голос одной из голов двуглавой ведьмы.
Крыса-Мэри, похожая на крысу ведьма с густыми лохматыми волосами и крупными передними зубами, встала на стул, чтобы привлечь внимание всех присутствующих.
– Даже если детей похитили не феи, уверена, что они этому поспособствовали! – высказалась она.
– Они хотят жить в мире без ведьмовства! – выкрикнула Древина.
– И ч-ч-чтобы только они пользовалис-с-сь магией! – вторила ей Змеина.
Ведьм легко удалось убедить в том, что пропажа детей была подстроена, чтобы свести с ними счёты, и вскоре все разразились гневными криками и проклятьями в адрес фей. Человек в маске добился, чего хотел.