, и, хотя я все еще злилась на них за обман, я дала маме крепко обнять себя.
Она плакала.
– Ох, Найла. – Мама прижалась мокрым лицом к моей щеке, гладя меня по голове. – Девочка моя. Мне так жаль.
Я едва не фыркнула. Это ей жаль? Она и представления не имеет, как жаль мне. Какую боль они с папой мне причинили, годами обманывая меня и полностью разрушив мое представление о счастливой семье. Однако, кипя от злости, ответов на вопросы я не получу, поэтому я решила держать себя в руках. Я аккуратно высвободилась из маминых объятий и посмотрела на нее.
– Думаю, нам нужно спокойно поговорить.
Папа с явным облегчением кивнул.
– Было бы неплохо.
Мамин взгляд упал на Кириана, который стоял позади, не вмешиваясь в наш разговор.
Прочистив горло, я помахала ему рукой.
– Мама, папа, это Кириан, – представила его я. – Мы вместе учимся в школе и случайно встретились в лесу.
Кириан, стоявший до этого с отстраненно-вежливым выражением лица, шагнул к нам и, чуть поколебавшись, протянул руку маме, а затем папе.
– Очень приятно.
– И нам тоже, – коротко ответила мама и сразу повернулась ко мне. – Пойдем?
Мне было неловко, что она так грубо вела себя с нашим гостем. Вероятно, у них с папой снова зазвенели тревожные звоночки, ведь я разгуливала по лесу вдвоем с совершеннолетним мужчиной.
– Иду, – ответила я. – Только попрощаюсь с Кирианом.
Я думала, что они будут возражать. К моему удивлению, родители зашли в дом, не сказав ни слова. Я озадаченно смотрела им вслед. Наверное, они размышляли о предстоящем разговоре. Иначе папа вряд ли разрешил бы мне стоять тут с парнем.
Пока они не передумали, я пошла проводить Кириана до калитки. Откинувшись назад, я посмотрела на него. И снова я увидела свое отражение в его чудесных зеленых глазах. Я никак не могла решить, стоит ли обнять его на прощание? Друзья ведь обычно так делают. Но какие между нами отношения? Мы вообще друзья? Недавно я решительно заявила это Сансе, но сейчас не была уверена. Пульс мой не бился так учащенно, когда я прощалась с Мэттом или Филемоном.
Ни одного из них я никогда не хотела поцеловать.
А Кириана очень.
Взгляд мой снова упал на его губы.
– Увидимся в школе в понедельник, – резко сказал он и распахнул садовую калитку.
Я очнулась.
– Да, конечно.
Коротко попрощавшись, он ушел, прежде чем я успела что-нибудь ответить. Потерянная, я застыла на месте, безуспешно пытаясь побороть разочарование.
Прошло еще несколько минут, прежде чем голос папы вывел меня из оцепенения.
– Найла!
– Иду.
Я по-прежнему боялась разговора с родителями, но все же прошла в дом через заднюю дверь и скинула кеды, заляпанные грязью.
– А где Виктор?
– Он ночует сегодня у Майкла, – ответил папа, терпеливо дожидаясь, пока я приведу в порядок обувь и босиком войду в комнату.
Мы вместе прошли через кухню в гостиную. Мама уже сидела за большим столом, нервно сжав руки. Папа успел приготовить горячий шоколад – посреди стола дымились три чашки, распространяя вокруг восхитительный любимый аромат какао.
Увидев, что мы идем, мама неуверенно улыбнулась.
– Ты проголодалась?
– Нет.
Я отодвинула стул и села напротив; папа устроился рядом с ней.
Я напряженно уставилась на яркую чашку.
– Итак?
Мама судорожно вдохнула.
– Валерия была моей лучшей подругой. Мы вместе с ней учились в Йеле. Там она встретила мужчину, которого звали Эрик. – Мама замолчала, ожидая, пока я посмотрю на нее. – Он и был твоим биологическим отцом.
Чем дальше, тем лучше. Я тяжело сглотнула.
– Продолжай.
Но мама никак не решалась, и тогда заговорил папа.
– Этот-то придурок все и испортил.
Брови мои взлетели вверх, мама поморщилась.
– Не выражайся так.
Но папа оставался непреклонен.
– Может, я и был резковат, но это правда. Он бросил Валерию в беде.
Мама печально улыбнулась и продолжила.
– Мы заканчивали последний семестр, когда Валерия забеременела. Я была рядом, когда она об этом узнала. Она была так счастлива! И с каждым днем любила тебя все больше. А вот Эрик…
Она запнулась и, казалось, долго не могла взять себя в руки, чтобы продолжать.
– Ему не нужна была семья. Он не хотел тебя. И он поставил Валерию перед выбором.
А вот сейчас мне было действительно больно.
Сказать по правде, больно до чертиков.
Сильный гнев вспыхнул у меня внутри, но я сумела взять над ним верх: я уже знала, какое решение приняла Валерия.
Я усмехнулась.
– Думаю, он не ожидал, что выбор будет не в его пользу?
Мама смотрела мне в глаза, взгляд ее был серьезен.
– Валерия не сомневалась ни секунды. Она выбрала тебя.
– В этом ты можешь быть уверена, – добавил папа и нервно провел рукой по волосам. Очевидно, самая трудная часть истории была впереди.
Мне стало страшно.
– А что случилось с Валерией?
Мама смотрела мимо меня невидящим взглядом.
– Когда она была на восьмом месяце беременности, на нее напали и несколько раз сильно ударили ножом. Спасти ее не удалось. А вот тебя – да.
Господи, как тяжело.
В глубине души я искренне горевала из-за потери матери, которую никогда не знала.
– Есть и еще кое-что, – продолжил папа. – Когда Эрик предал Валерию, произошло… кое-что. Мы пытались ей помочь, но было уже слишком поздно.
Ничего не понимая, я смотрела то на маму, то на папу.
– Кое-что?
– Ты должна знать, Найла, что ты – не совсем обычная девушка, – произнесла мама, сжимая чашку руками. – Ты происходишь из очень благородного и старинного рода.
Я удивленно моргнула, вспомнив диснеевский фильм с Энн Хэтэуэй в главной роли.
– Что? Я принцесса или кто-то в этом роде?
Ладно, уж лучше пропустить мимо ушей эту глупость, разговор-то серьезный. Однако родители мои явно не шутили.
От удивления я открыла рот.
– Вы меня разыгрываете?
Мама покачала головой.
– Ты не принцесса. Во всяком случае, не в общепринятом смысле. Все намного серьезнее.
– Твоим предком был Эней – троянский принц, основатель Древнего Рима и сын богини Венеры, – произнес папа. В его голосе звучала почтительность, и это было довольно забавно.
В комнате воцарилась тишина. Я в недоумении смотрела на родителей и в конце концов не выдержала.
– Чушь какая!
– Нет, Найла, это правда, – твердо возразила моя мама. – Твое генеалогическое древо тянется на тысячи лет назад. В тебе течет кровь не только богини любви Венеры, но и Марса, бога войны.
– О, еще и Марс? – Я фыркнула и сложила руки на груди. – Понятно.
– Легенду об основании Рима можно найти где угодно, – сказал папа, не обращая внимая на мой сарказм. – Но это не просто легенда. Все эти события действительно происходили. И ты – последний живой потомок той самой римской династии.
– А еще у тебя есть враги. – Мамино лицо раскраснелось от волнения. – Могущественные враги, которые дали клятву, что заставят потомков Энея искупить его грехи. Именно поэтому, когда погибла Валерия, мы инсценировали твою смерть и спрятали тебя.
Папа задумчиво смотрел вдаль.
– Когда ты родилась, мы несколько лет жили в трейлере и переезжали с места на место. Европа, Австралия, Канада, США – мы нигде не задерживались надолго. Нам было страшно, что информация о том, кто ты такая, просочится наружу. Но время шло, ничего не происходило, и мы решили, что пришла пора осесть на одном месте. Тебе нужны были нормальный дом, друзья, беззаботное детство. Соммертон показался нам идеальным городком. И мы остались тут.
– Валерия всегда знала о своем происхождении, – добавила мама. – Но не знала, кому именно можно доверять. Она мечтала, что у тебя все будет иначе. И мы пообещали ей не говорить тебе ни слова. Но потом ты попала в аварию.
Мама снова заплакала. На лице ее было написано отчаяние.
– Теперь они знают, что ты выжила. И спастись от них будет невозможно.
Папа нежно обнял ее, успокаивая.
– И еще кое-что.
Мне не хватало сил даже на сарказм. Я молча сидела, глядя на своих родителей.
– Ты обладаешь уникальными способностями. У Валерии их не было, – пояснил папа. – Мы не знаем, почему так вышло. Но ты должна быть начеку.
Мама вытерла слезы ладонью.
– Твои чувства могут быть опасными.
– Опасными, – без всякого выражения повторила я и покачала головой. Все во мне начинало кипеть. Я больше не собиралась сидеть здесь ни минуты и слушать этот бред.
Я сердито вскочила на ноги и посмотрела на родителей, которые вздрогнули от неожиданности.
– Если вы спросите мое мнение, то я скажу вам: опасность здесь одна – та чушь, которую вы несете.
Мама умоляюще посмотрела на меня. Глаза ее покраснели от слез.
– Найла, пожалуйста, поверь нам. Все это…
– Хватит твердить, что все это правда, – оборвала ее я. Больше сказать мне было нечего. Меня трясло. Я бросила на родителей испепеляющий взгляд. – Да вам самим нужна помощь.
Пока это не вылилось в отвратительную ссору – такую, когда искры летят во все стороны, – я встала и прошла в свою комнату. Не думала, что новый разговор будет еще ужаснее, чем тот, предыдущий. Но я глубоко ошибалась.
Глава XII
Еще одна бессонная ночь осталась позади. Мысли мои были странными и сумбурными – как, впрочем, и поведение родителей.
Какая-то часть меня еще могла принять тот факт, что я не их родная дочь. В конце концов, мама и папа – это не только набор генов. Аллегра и Юлиус вырастили меня, дали мне крышу над головой. Они любили меня как своего ребенка. Плохо, разумеется, что они столько лет скрывали от меня правду. Но разве я могу их в этом винить? Ведь Валерию так зверски убили.
Родители утверждали, что хотели защитить меня, и, хоть окончание истории казалось мне полным абсурдом, я в это верила. Если бы, конечно, можно было объяснить идиотизм с моим божественным происхождением. Я прокручивала в голове их рассказ и так и этак, но все равно не могла понять, какую мысль родители пытались до меня донести.