Голоса стали громче, все хотели заступиться за меня. К моему удивлению, даже Джаспер был на моей стороне.
– Я видел Найлу. Она сама делала все задания.
– И я могу это подтвердить, – громко сказала Анабель.
– Успокойтесь! – прогремел мистер Шрайвер. От удивления у Ди округлились глаза, но она промолчала.
Разгневанный учитель повернулся ко мне.
– Для вас поездка окончена.
Каким-то чудом я смогла сдержать слезы. Мне не верилось, что это происходит со мной.
– Но я…
– Уходите, – прорычал он. – Иначе вас ждут более серьезные последствия, чем плохая оценка.
Я в ужасе смотрела на мистера Шрайвера. Ни разу в жизни у меня не было конфликта с учителями, ни разу меня не выгоняли с урока. Но слова его действительно звучали устрашающе.
– Я не собираюсь повторять, – бросил он. – Ждите в автобусе.
Я открыла рот, но не смогла издать ни звука. Просто молча стояла и наблюдала за тем, как мистер Шрайвер пропустил всех в аудиторию и захлопнул дверь у меня перед носом.
Я осталась здесь.
Брошенная всеми. Униженная. И в полном одиночестве.
Я пыталась держать себя в руках, хотя отчаяние разрывало меня на части. Моя анкета и правда не могла раствориться в воздухе. Значит, кто-то ее взял? Но кто мог такое сделать? И зачем? Казалось, весь мир ополчился против меня.
Я с тоской обернулась и вздрогнула – сзади до сих пор стоял Кириан. Он смотрел на меня, однако лицо его ничего не выражало.
Круто!
Я сдержала вздох и постаралась повыше поднять голову.
– Разве тебе не надо быть в аудитории?
Он поморщился так, словно я задала абсолютно идиотский вопрос.
– Я не могу бросить тебя тут одну.
Внезапно во мне все закипело.
– Это почему же? – c нажимом спросила я. – До этого тебя совсем не заботило, как мои дела.
Лицо его смягчилось. Я узнала Кириана – того, с которым мы так замечательно гуляли по лесу.
– Ты ведь знаешь, что это не так.
– Чужие мысли я читать не умею, – процедила я и двинулась мимо него.
Не обращая внимания на мои слова, он пошел за мной.
– Куда ты?
– В одном Шрайвер прав, – сказала я, ускоряя шаг. – Моя анкета не могла просто исчезнуть. Я разыщу ее, даже если мне придется перевернуть этот идиотский музей вверх дном.
Сзади раздался звук, похожий на смех. Я резко остановилась и обернулась. И даже смогла разглядеть озорные искорки в его глазах.
– Что смешного? – надменно спросила я.
Он покачал головой.
– Ты все время делаешь то, чего я меньше всего от тебя жду.
Что ж, на такой комплимент можно и ответить.
– А что ты ждал?
Кириан сделал несколько шагов, преодолев расстояние между нами. Теперь мы стояли друг к другу совсем близко.
– Думал, ты будешь сидеть в автобусе, как велел Шрайвер, ну и… грустить.
– Я и собиралась, – нехотя призналась я. – Но злюсь я все-таки больше. – Я пожала плечами. – Вообще-то, я испытываю сейчас слишком много разных чувств.
Он едва сдержал улыбку.
– Я заметил.
– А что бы ты делал на моем месте?
Он наклонил голову, словно обдумывая мой вопрос.
– Давай сбежим отсюда?
– Что? – Я недоверчиво рассмеялась. – Но как быть с моей анкетой?
– Мы оба знаем, что поиски ни к чему не приведут, – серьезно ответил Кириан. – Если ее украли, то вряд захотят вернуть или положить в другое место. Мы можем провести эти два часа гораздо интереснее. Хочу показать тебе кое-что.
Его голос был мягким и окутал меня почти сразу. Мы взялись за руки, и по телу моему словно пробежал разряд тока. Кириан слегка улыбнулся и потянул меня за собой.
Мы вышли из музея через главный вход, повернули за угол и оказались в прекрасном саду. Вдоль классических и современных скульптур шла узкая дорожка из гравия. Некоторые из них были авангардными, эффектными и яркими, другие представляли из себя огромные металлические конструкции. Нас окружало множество разных деревьев, кустарников и растений, которые вовсю цвели и радовали глаз. Казалось, мы попали в маленькую страну чудес. Волшебный мир, где нет никаких забот, а Кириан держит меня за руку, потому что так и должно быть.
– Здесь красиво, – сказала я, с удивлением оглядываясь, пока мы шли вперед по дорожке из гравия.
Кириан выглядел довольным. Мне показалось, что сейчас он был гораздо более открыт и расслаблен, чем обычно. Он крепко держал меня за руку, словно от чего-то оберегая.
– Итак, Твити, да?
Он застонал.
– Не напоминай мне об этом.
Я усмехнулась.
– Ну уж нет.
– Давай сядем вон там. – Явно пытаясь перевести тему, Кириан махнул рукой в сторону симпатичного уголка среди высоких каштанов. Солнце ярко светило сквозь ветви и рисовало узоры на траве, усыпанной нарциссами.
Я немного расстроилась, когда Кириан выпустил мою руку. Но сразу успокоилась, увидев, как уютно он расположился прямо на траве возле деревьев. Небрежно прислонившись к могучему стволу, он сидел, положив ногу на ногу. Казалось, все тревоги были далеко. Его привычная сдержанность куда-то улетучилась, и это радовало меня больше всего. Он смотрел на меня открыто и с любопытством.
– Ты научился моим приемам, – продолжила я, усаживаясь рядом с ним.
– Ну, может, парочке. – Он усмехнулся. – К пумам я пока не подходил.
– И не надо, – ответила я и сорвала травинку, чтобы чем-то занять руки.
– У тебя всегда был твой дар?
– Это не дар, – смущенно ответила я. – Животные чувствуют тех, кто желает им добра. Вот почему они ни разу не причинили мне вреда. Они знают, что я просто хочу им помочь. Иногда мне кажется, будто свои дни я закончу в окружении пятидесяти кошек.
– Это вряд ли. – Кириан задумчиво потер подбородок. – Кстати, кое в чем ты была неправа.
– Это в чем же?
– Ты говорила, что дружишь только с Далилой и Мэттом. Но это не так. Думаю, некоторые для тебя больше, чем просто одноклассники. Анабель, например.
Я улыбнулась, вспоминая, как громко она отстаивала мои интересы. Даже Джаспер пытался меня защитить, хотя Кириан поставил его на место. На такое я совсем не рассчитывала.
– Наверное, ты и прав. Но за пределами школы мы с Анабель особо не общаемся.
– Почему ты не участвуешь ни в каких мероприятиях?
– В свободное время я ухаживаю за животными. Еще у меня есть младший брат, и мы много времени проводим вместе.
– Сколько ему?
– Виктору шесть. – Я с любопытством повернулась к нему. – А у тебя есть братья или сестры?
Выражение его лица слегка изменилось, когда он отрицательно покачал головой.
– Фил мне как брат. Мы знаем друг друга с семи лет.
– Так давно?
Кириан кивнул. Взгляд его блуждал по ярко-желтой абстрактной конструкции.
– Он пришел в школу и сразу свел всех с ума своей болтовней и энергией. – Кириан тихонько засмеялся, и звук этот прошел сквозь меня. – И днем, и ночью Фил тарахтел без умолку. Он был настоящей занозой в заднице, и большинство его избегали.
– А ты нет, – догадалась я, накручивая травинку на палец.
– Нет. – Кириан сел, упершись локтями в колени. – Честно говоря, больше всего мне нравится в нем его жизнелюбие. Только не проболтайся ему.
– Не волнуйся. Так позорно я твое доверие точно не предам, – развеселившись, ответила я. Он слегка напрягся.
О боже! Какой неуклюжий флирт с моей стороны. Я смущенно сорвала еще одну травинку.
– Значит, вы учились в школе-интернате?
– Типа того. Все мы жили на одной территории. У нас были классические занятия, рукопашный бой, фехтование, психология.
– Звучит серьезно.
– Да, было непросто, – согласился Кириан, рассеянно разглядывая свои руки. Он развел пальцы в стороны, а затем сжал их в кулаки. – Наши наставники редко давали нам поблажки. Зато мы смогли стать лучшими в своем деле.
Внезапно я подумала про Шелби, но тут же задвинула эти мысли в сторону. Мне хотелось насладиться этим моментом с Кирианом, а не терзать себя бессмысленной ревностью.
– А это твое первое задание? – с любопытством поинтересовалась я.
Кириан чуть помедлил.
– Второе. – Он сделал глубокий вдох, словно с трудом заставляя себя рассказать о чем-то важном. – Несколько месяцев мы с Филом провели на юге Франции, охраняя одного молодого человека. Его звали Орельен.
– И что случилось? – тихо спросила я.
Лицо его окаменело.
– Произошла утечка данных. Мы потеряли много хороших людей. По правде говоря, почти всех. Людей в «Секьюритас» сейчас не так уж много.
– Мне очень жаль.
Кириан поднял глаза – в них была яростная решимость.
– Больше я такого не допущу.
– Ты не виноват, – попыталась я его успокоить. Мне очень захотелось положить руку ему на плечо, чтобы поддержать. Но я не осмелилась.
– Мне надо было это предвидеть. – Он тяжело сглотнул. – Возможно, я смог бы этому помешать.
Я понимала и это сомнение, и раздирающее чувство вины. После аварии они стали моими постоянными спутниками – неважно, спала я или бодрствовала. Вот почему я знала: слова здесь бессильны, они вряд ли облегчат боль. Я могла лишь доказать, что понимаю его. На самом деле понимаю.
Было страшно, когда я решила поделиться с ним моей ужасной тайной. Но я смогла себя преодолеть. Кириан слушал мои признания молча. Мне хотелось сказать ему: я знаю, что с тобой происходит.
– Каждый день я спрашиваю себя: смогли бы эти девушки выжить, если бы я ехала медленнее или быстрее отреагировала, – тихо закончила я. – Но у меня нет ответа.
Кириан ненадолго задумался.
– Может, все-таки пришло время смотреть вперед? А не гадать, что было бы, если бы мы повели себя иначе.
Не думаю, что мне удастся это сделать. Но ради Кириана я решила быть оптимистичнее и утвердительно кивнула.
– Давай попробуем.
Он улыбнулся, и у меня перехватило дыхание, а сердце заколотилось в груди как сумасшедшее. Я снова почувствовала притяжение, которое было между нами. Мне очень хотелось его поцеловать. Я взглянула на его губы.