Пусть даже не думает об этом.
Я отчаянно нуждалась в поддержке лучшей подруги.
– Она никуда не уйдет, – сказала я, загородив собой Ди.
Квинт усмехнулся.
– Разумеется, уйдет. Она тут посторонняя.
– Ди в курсе всего, – резко сказала я, пытаясь не спасовать перед авторитетом Квинта.
Маре удивленно воскликнула:
– Ты не можешь разговаривать так с главой «Секьюритас»!
Еще как могу.
Я смерила ее надменным взглядом.
– Во-первых, Далила сделала все, чтобы меня защитить. В каком-то смысле она тоже мой страж. Во-вторых, главный здесь не Квинт, а Венера. А я ее прямой потомок.
Вот тебе, получай! Надеюсь, мои слова поставят Маре на место.
Кириан улыбнулся. Подавив чувство нежности, которое вспыхнуло во мне, я решительно посмотрела на Квинта.
– Далила останется со мной, если захочет.
– Конечно, я хочу, – весело сказала Ди и поближе придвинулась ко мне. Остальные смотрели на нас с раздражением и любопытством.
Мама очнулась первая.
– Что ж, – сказала она и оглядела присутствующих, – тогда начнем.
Все тут же заговорили.
Разумеется, кресло во главе журнального столика занял Квинт. Я вместе с мамой, Филом и Ди устроилась на диване, который стоял справа. Папа, Кириан и Маре сели напротив нас.
Сложив вместе кончики пальцев, Квинт попросил меня еще раз подробно рассказать о том, что произошло в лесу.
Думаю, он давно знал все детали. Однако, не желая вновь пререкаться, я выполнила его просьбу.
– Пять парней с поляны пошли за нами. Кириан попытался отделаться от них. Одному из преследователей удалось вырубить его, и он потерял сознание.
Квинт с неодобрением взглянул на сына, и я торопливо продолжила.
– Это произошло из-за меня. Я запаниковала и отвлекла его, когда оторвалась от Фила.
Глава «Секьюритас» снова метнул недовольный взгляд, теперь уже в сторону Фила. Тот смущенно опустил голову.
– Она гораздо сильнее, чем кажется.
– О вашей некомпетентности мы поговорим позже, – промолвил Квинт и подал мне знак, чтобы я продолжала.
– Они не виноваты, – настойчиво повторила я, сжимая руки в кулаки. – Когда упал тот факел, у меня не было времени на раздумья. Огонь распространялся так быстро. – Я тяжело сглотнула, вспоминая о том ужасном моменте. Стало полегче, и я продолжила, уже не запинаясь. Опустив ту часть, где я отважно перепрыгнула через пламя, чтобы добраться до Кириана, я продолжила рассказ. – Мы с Кирианом оказались в ловушке. Я думала, мы сгорим заживо.
Мама схватила меня за руку.
– О боже.
Я подняла глаза и увидела, что она побледнела от ужаса.
– Мне было так страшно, – прошептала я. – И я решила: будь что будет.
Мама понимающе кивнула, а Квинт подался вперед, словно мы подошли к самой важной части повествования.
– Как тебе удалось это сделать?
Я смущенно покачала головой.
– Сама не знаю. Все, что я помню, – было очень больно.
– И все? – Маре произнесла это мягко, но в самом вопросе явно была ирония.
Я не собиралась ничего ей объяснять. Хотя бы потому, что она сидела слишком близко к Кириану.
– Я услышал крик Найлы. – Фил пришел ко мне на помощь. – Сомневаюсь, что она была способна думать в тот момент о чем-то другом. Потом все вокруг взлетело в воздух, и она потеряла сознание.
Кириан не смотрел на меня. Пожалуй, это разумно. Иначе мы бы сразу себя выдали.
Квинт взглянул на меня с недоверием.
– И это все?
Я кивнула, с трудом сохраняя нейтральное выражение лица.
– Это все, что произошло.
Ди резко фыркнула.
– По-моему, этого вполне достаточно. И кто вообще эти уроды?
– Это сервы, – устало произнес папа. – Сегодня утром мы с Кирианом поймали одного из них возле нашего дома.
Мне стало страшно. Кириан с Филом уже говорили о том, что эти парни могут быть рабами Минервы. Теперь мы знали это наверняка.
– Вы с ним говорили?
Папа хмуро покачал головой.
– Нам не удалось допросить этого ублюдка – его неожиданно разорвало на части. Думаем, он хотел выяснить, вернулась ли ты домой.
– В Эллингтоне я тоже заметил двоих, – добавил Кириан. – Но они сбежали.
Я повернулась к Ди.
– Вы с Мэттом не должны теперь отходить от нас ни на шаг, ясно?
– Так не пойдет, Найла, – вмешалась в разговор Маре. – Мы должны защищать тебя, а не их.
– Если с Ди или Мэттом что-нибудь случится, моя безопасность станет меньшей из ваших проблем, – ледяным тоном ответила я.
– Эй, полегче. – Улыбнувшись, Фил посмотрел на меня. – Мы продолжаем наблюдать за школой, как и договаривались. Ди и Мэтт будут в безопасности, это я тебе гарантирую.
Его слова лишь отчасти меня успокоили. Лишь когда Ди заверила меня, что будет осторожна, я немного выдохнула.
Внезапно мне в голову пришла одна мысль.
– Вы говорили, что бог может поработить только тех, кто относится к его сфере влияния. Но чужаки в лесу были не учителями, не стратегами, а музыкантами.
– Верно. – Папа откашлялся. – Вполне возможно, что Минерве удалось переманить на свою сторону еще кого-то.
– Что? – недоверчиво выпалила я. – Но кого?
– Трудно сказать, солнышко. – Мама нервно улыбнулась. – Но подозреваем, что тут замешан кто-то из Ди Консентес.
Совет Богов. Ну конечно! Да уж, повезло мне.
Я мысленно застонала.
– Итак, если исключить Венеру и Минерву, у нас десять подозреваемых.
– Марса тоже можно не считать, – задумчиво сказала Ди. Увидев, что остальные с удивлением смотрят на нее, она пожала плечами. – Согласно легенде, он тоже предок Найлы, разве нет? Вряд ли он захочет ей навредить.
Мама согласно кивнула.
– Я тоже так думаю.
– Прекрасно. – В моем голосе прозвучал сарказм. – Тогда у нас всего девять кандидатов. И кто из них вступил в сговор с этой сумасшедшей?
– Восемь, – уточнил папа. – В архивах мы отыскали документы, датированные девяностым годом нашей эры. В свидетельствах того времени сказано, что Юпитеру принадлежали фламины.
– А кто это такие? – Ди осторожно подняла руку.
Маре улыбнулась ей – но не снисходительно, а раздражающе мило.
– Фламины, – произнесла она, – это жрецы отдельных божеств.
– Что-то вроде медиумов, – добавил Филемон. – У них особая связь с богами. Те всегда обращались к ним, чтобы услышать их пророчества и советы.
С ума сойти! Моя новая жизнь казалась мне все более безумной.
– И о чем же таком узнал Юпитер? – c любопытством спросила Ди.
Квинт демонстративно поджал губы. Ему явно не нравилось, что моя подруга, обычная смертная, расспрашивала о тайнах «Секьюритас». Даже мои родители медлили с ответом.
Я в отчаянии вскинула руки.
– Кто-нибудь может нам ответить?
Поколебавшись, папа положил ладони на колени и посмотрел на нас.
– Если в двух словах, то Юпитер провозгласил следующее: он отправляется в Элизий, загробный мир, и пробудет там до тех пор, пока его дети не осознают свои глупые ошибки и не вернутся к их истинному предназначению. Принимая во внимание время действия, под словом «ошибки» он, очевидно, имел в виду переход от многобожия к христианству.
Я удивленно вскинула брови.
– Это шутка?
– Вовсе нет, – резко возразил Квинт. – Подлинность этих документов доказана. На одном из пергаментов написано, что храмы прежних богов должны уступить новым местам поклонения. Люди перестали воздавать должное Ди Консентес, совету из двенадцати богов. Они последовали за новым Мессией, Иисусом из Назарета, и за писаниями его учеников.
Я в изумлении посмотрела на Квинта.
– Получается, Юпитер до сих пор наказывает своих детей? А сам тем временем дуется на них, отсиживаясь среди душ блаженных, и ждет, что человечество вернется к прежним верованиям?
– Ага, – сказал Фил, и я расхохоталась.
– Что тут смешного? – возмущенно произнес Квинт. Остальные, кажется, тоже не понимали.
Все, кроме Кириана. Уголок его рта дрогнул в улыбке, но вслух он ничего не произнес.
В конце концов, Далила просветила моих озадаченных стражей.
– Выглядит это так, как будто он отправился в отпуск один, без детей. А дом оставил в их полном распоряжении. – Она негромко рассмеялась. – Похоже, у этого Юпитера не все в порядке с головой.
Мои родители тяжело вздохнули, Квинт стал пунцовым от негодования.
– Следите за языком, юная леди.
Это не произвело на Ди ни малейшего впечатления. Она насмешливо выгнула бровь.
– Уж поверьте мне, сэр, я за ним слежу.
Квинт стиснул зубы. Казалось, он не прочь схватить Ди за шиворот и выставить за дверь.
Понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет, я успокаивающе похлопала Ди по руке, стараясь слегка ее утихомирить.
Повернувшись к Квинту, я спокойно продолжила.
– Получается, Юпитер никак не может быть сообщником Минервы. Но кто же это тогда?
– Я вообще не уверен, что богиня заручилась чьей-то поддержкой, – ответил он, складывая руки на груди. – Может, она просто умело выбрала рабов, чтобы запугать нас.
– Возможно. – Папа задумчиво потер подбородок. – Прекрасная тактика – дать врагу поверить, что она не одна.
– А что, если ей все же удалось перетянуть кого-то на свою сторону? – Голос мамы прозвучал нерешительно. – Минерву не стоит недооценивать.
Вопросы и сомнения повисли в комнате, как густой туман.
Папа достал какую-то папку, извлек оттуда бумаги и разложил их на журнальном столике по порядку. Получилась карта. Это было похоже на фантастический роман.
Надписи на латыни, которые я смогла разглядеть со своего места, говорили о том, что на карте – какая-то область Италии.
– Это Пейтингерова скрижаль – пергаментная копия древней карты, на которой изображены римские дороги и основные города Империи. Первоначально длина карты составляла более шести метров и не очень точно изображала Евразийский континент. – Папа достал документ с надписями на древней латыни и положил на стол. – Согласно этой стенограмме, после ухода Юпитера Совет Богов поделил территорию между собой.