ться последним аргументом.
– Зачем мне изобретать портал, которого даже не существует? – спросила я. – Это было бы чистым самоубийством.
– Действительно, – заметила Хасрет. – Я бы высосала из тебя все силы быстрее, чем ты успела бы подумать о предательстве.
Жанна снова начала говорить, но я поспешно прервала её:
– Ты многого обо мне не знаешь, – сказала я, глядя ей прямо в глаза. – И, возможно, я тоже ошибаюсь в тебе. Но я не хочу верить, что награда для тебя важнее жизни Квинна. Я думала, мы уже на пути к тому, чтобы подружиться.
По выражению лица Жанны я поняла, что, по крайней мере, заставила её задуматься.
Она тяжело вздохнула, и круг пламени исчез:
– Ладно, заноза в заднице. Я думаю, что ты совершаешь большую ошибку, но… в конце концов, если бы наш маленький избранный пострадал, всё равно обвинили бы меня.
– Спасибо, – поблагодарила я Жанну и повернулась к Хасрет. – Я готова идти.
– Я тоже, – ответила она. – Дай мне руку.
Не знаю, чего я ожидала от её прикосновения. Возможно, удара током или хотя бы приступа внезапной тошноты. Но я не почувствовала ничего.
«Может быть, у меня есть иммунитет к химерам?»
Но потом Хасрет изменила свой облик. Светлые локоны почернели, ямочки исчезли, вся моя фигура вытянулась вверх, и наконец рядом со мной встала точная копия Квинна. Его глаза сияли такой же голубизной, как небо над нами.
Я вздохнула.
– Чему ты удивляешься? – спросил фальшивый Квинн, и его голос был настолько реальным, что у меня по позвоночнику пробежала дрожь. – Я могу принимать облик лишь того, кого ты больше всего жаждешь увидеть. А теперь отправляемся к порталу. Если ты попытаешься обмануть меня, я высосу из тебя всю радость.
«Да, я это поняла».
Меня охватила безнадёжность – то ли потому, что Хасрет уже подпиталась моими эмоциями, то ли потому, что мой план был совершенно нереалистичным. Я в последний раз взглянула на Квинна. На настоящего Квинна, который лежал с закрытыми глазами, неподвижный, как кукла. И ко мне вернулась решимость. Ради него я готова на всё.
Я повернулась к Жанне:
– Обещай мне, что не позволишь ему последовать за нами, когда он придёт в себя.
К моему удивлению, она кивнула:
– Ты в долгу передо мной, человеческая девчонка.
Звук наших шагов громким эхом отражался от стен, пока мы спускались по лестнице всё глубже и глубже в подземелье. Время от времени мы проходили мимо дверей, но каждый раз, когда я направлялась к ним, Бакс шептал: «Только не туда!», и я продолжала идти вниз по лестнице. Чем ниже мы спускались, тем темнее становилось. Ступеньки уже были едва различимы. Фальшивый Квинн крепко держал меня за руку, и каждый раз, когда я смотрела на него со стороны, у меня по коже пробегали мурашки.
– Ты выглядишь очень аппетитно, – сказал он. – Если эта жалкая некс права, и ты выдумала этот портал только для того, чтобы спасти своего друга, я с удовольствием полакомлюсь тобой. Ещё далеко?
– Нет, совсем не далеко, – ответила я, снова борясь с ужасным чувством страха.
Мой план, если можно его так назвать, с самого начала был провальным, но для того, чтобы он сработал, мне нужны были сфинксы. Только в отличие от предыдущих моих вылазок на Грань, сегодня не было и намёка на их присутствие.
– Ты можешь пройти через эту дверь, – прошептал Бакс мне на ухо, а Хасрет в это время спросила:
– Ты умеешь петь?
– Да… А что? – удивилась я и открыла дверь, как велел Бакс. За ней нас ждал тёплый яркий свет. Мы снова оказались в коридорах снов с их бесчисленными дверями. Не хватало только Лиззи и Нобси.
– Спой мне песню, – приказала Хасрет. – Мне всегда нравились голоса людей. Их пение помогает скоротать время…
Я хотела было сказать, что она может засунуть свои приказы себе в глотку, но тут мне пришла мысль: «А ведь пение – не такая уж плохая идея. Если самые опасные существа в подземелье не покажутся добровольно, мне придётся просто заманить их сюда».
– «Где вы, Лиззи и Нобси?» – напевала я на мотив детской песенки «Ангел мой со мной». Не зря же я родилась в семье плохих рифмоплётов. И даже если текст был странным, мой голос ясно и громко разносился по длинным коридорам. – «Не нужно со мной оставаться, я буду петь и справлюсь здесь сама, лучше в безопасном месте спрячься ты».
А эта фраза была уже адресована Баксу.
– У тебя хороший голос, – сказал фальшивый Квинн.
«Да, хороший голос, паршивая рифма, но цель оправдывает средства».
Я начала сочинять второй куплет, затем третий, надеясь, что высокие ноты будут слышны громче:
– «Но если ты решил остаться, то придёт время, тогда я позову тебя, ты должен укусить её, и нужно действовать быстро».
– У меня плохое предчувствие, – прошептал Бакс мне на ухо, но я уже пела следующий куплет:
– «О Лисистрата, дивная, и Нофрубути, светлая и прекрасная, я скучаю по вам! Скорей, Лисистрата, милая, и Нофру-бу-ти… ясная».
– Ты с ума сошла? – прошептал он мне на ухо. – Ты правда решила вызвать этих двух машин для убийства.
«Сошла ли я с ума? Да, возможно. Но отчаянные ситуации требую отчаянных мер».
Присутствие рядом со мной Бакса немного успокаивало меня и давало силы продолжать.
– Ещё одну песню, – потребовала Хасрет, сжав мою руку. – Но на этот раз что-то побыстрее.
Такое пожелание меня вполне устраивало, так как теперь я могла выкрикивать «Лисистрата, ура, Нофрубути, ла-ла» на протяжении двух куплетов под мелодию «Happy Birthday to You», при этом я делала вид, что целенаправленно иду вперёд и просто сворачиваю куда-то, как человек, который знает дорогу. Это также позволило мне заглушить гудение и бормотание, которые становились всё громче и громче.
И тут, сама не знаю как, я поняла, что момент настал. Справа от нас коридор разветвлялся, но я сделала ещё два шага вперёд.
– Сейчас! – прошипела я Баксу, чувствуя, как он слетел с моего плеча.
Через секунду фальшивый Квинн издал удивлённый возглас и схватился за кровоточащее ухо. Я вырвалась и бросилась в коридор вместе с Баксом.
Предчувствие меня не обмануло – я увидела высокую фигуру, мчавшуюся в мою сторону прежде, чем отпрыгнуть. А затем услышала вопрос Лиззи:
– Сколько листов бумаги формата А4 может уместиться на посадочной площадке транспортного вертолёта «Чёрный ястреб»? Начни свой ответ со слов «ответ такой…».
– Сфинкс! – закричала химера, уже не голосом Квинна, а резким пронзительным и совсем нечеловеческим воплем. Как я поняла, это был её настоящий голос.
Я подумала: «Может, она вернулась в свою истинную форму?» Но постаралась не выглядывать из-за угла, а лишь плотнее прижалась к стене, едва осмеливаясь дышать. Головоломка идеально подходила для тех, кто застрял в тумане хаоса на тысячи лет. В те времена точно не было листов бумаги формата А4. Однако я тоже не имела ни малейшего представления о том, что ответить на такой вопрос.
«Может, пора начать молиться?»
– Бакс? – прошептала я как можно тише.
– Сколько листов бумаги формата А4 может уместиться на посадочной площадке транспортного вертолёта «Чёрный ястреб»? Начни свой ответ со слов «ответ такой…», – бесстрастно повторила Лиззи.
– Что такое, чёрт возьми, транспортный вертолёт? – гневно воскликнула химера. – Так нечестно!
– Как и массовые самоубийства, – прошептал Бакс, прижимаясь к моей шее своей лисьей мордочкой. – Прости меня. Иногда, когда я волнуюсь, у меня начинается икота.
– Прости, что втянула тебя в это, – прошептала я.
– По крайней мере, мы не умрём в одиночестве, – прошептал он в ответ.
– Сколько листов бумаги формата А4 может уместиться на посадочной площадке транспортного вертолёта «Чёрный ястреб»? Начни свой ответ со слов «ответ такой…», – прожужжало из-за угла.
– Эта мерзкая человеческая девчонка обманула меня! – закричала химера. – Если ты слышишь меня, девочка, будь уверена, тебе не уйти, я найду тебя, а потом тебя… А-а-а-а-а-а!
Невероятно яркий свет внезапно залил коридоры, он буквально ослеплял, поэтому мне пришлось зажмуриться. Химера испустила предсмертный крик. В следующее мгновение яркий свет исчез, но прошло ещё несколько секунд, прежде чем в бесконечных коридорах затихло эхо.
Я глубоко вздохнула, затем осторожно выглянула из-за угла. Сфинкс с химерой исчезли. А мы всё ещё были живы.
– Что, чёрт возьми, ик?.. – начал было Бакс, но к тому времени я уже подхватила его на руки и закружила.
– Мы сделали это! – радостно воскликнула я. В это трудно было поверить, но мой план сработал: Хасрет была повержена. Победа! Она больше никогда никого не будет мучить. – Спасибо, что остался со мной, Бакси. Ты настоящий друг. – Я поцеловала его в рожки, а затем снова усадила на землю. – Теперь ты просто обязан вывести нас отсюда. Я, честно говоря, совершенно не понимаю, где мы.
Но, пожалуй, я слишком рано радовалась. Когда я снова повернулась, то встретилась взглядом прямо с парой огромных глаз. Глаз сфинкса. Нобси всё-таки тоже пришла.
Я уже начала мысленно прощаться со всем, что было мне дорого в жизни, когда она напела:
– Чем заканчивается день и ночь? Начни свой ответ со слов «ответ такой…».
Бакс тихонько икнул:
– Где-то я это слышал.
– Да! – с энтузиазмом сказала я. – От меня.
Это был вопрос из дурацкого сборника шуток Леопольда, который я цитировала во время нашей первой вылазки.
«Случайно ли Нобси выбрала именно этот вопрос из всех загадок прошлого, настоящего и будущего? Вряд ли».
Я взглянула на сфинкса. Её лицо оставалось абсолютно непроницаемым.
– К сожалению, я забыл ответ, – простонал Бакс. – Помню только, что это было что-то не очень смешное.
– Чем заканчивается день и ночь? – снова хмыкнула Нобси. – Начни свой ответ со слов «ответ такой…».
– Спасибо! – искренне сказала я. – Ответ такой: мягким знаком.
– Ответ верный, – ответила Нобси, и я снова увидела улыбку сфинкса. Всего на секунду, а потом Нобси развернулась и исчезла.