— Не знаю, — честно ответил парень.
— Там все очень дёшево! — понизил голос Крис. — Очень! Учеба в университете стоит какие-то две штуки баксов!
— Так уже и дёшево? — усомнился Ник, отец постоянно говорил, что в России цены растут быстрее, чем зарплаты, а бензин стоит даже дороже, чем в США.
— Я тебе говорю, — заверил его Крис. — Мой кореш, который целый год жил в России по обмену, говорит, что у них средние зарплаты долларов пятьсот, прикинь!
— Мало, — согласился Ник, вспомнив рассказы отца. — А ты, получается, едешь в Россию поступать в университет?
— Вообще-то уже поступил, — гордо заявил Крис. — У них есть куча программ для иностранных абитуриентов.
— Молодец, — улыбнулся Ник, порадовавшись про себя за предприимчивого земляка. Спрашивать зачем Крис поменял шило на мыло он не стал. — На кого учиться будешь?
— На доктора.
— Любишь лечить?
— Не, — легкомысленно отмахнулся Крис. — Там много девчонок!
Ник понимающе ухмыльнулся и, допив оставшуюся в стаканчике воду, надел наушники и отвернулся к окошку. Ему всегда нравилось смотреть на крупные города с высоты птичьего полета, а болтовня Криса уже порядком утомила.
Раньше он терпеливо слушал всех, кого можно, давал советы, поддерживал собеседника как мог, но после того, как два года назад дядя начал учить его офицерской правке, Ник немного изменился.
Дурацкое стремление помочь всему миру растаяло как снег на солнце, и начинающий костоправ осознал, что только здоровый человек может лечить людей. Что, действительно, у каждого свой путь. Что в жизни стоит заниматься только тем, что тебе нравится. Что необязательно слушать людей, чтобы быть хорошим.
Пару раз Крис порывался начать разговор, но Ник честно ему сказал, что не хочет говорить, и будущий студент-медик от него вроде отстал. И лишь когда принесли обед, Крис сумел заинтересовать парня.
— Гляди, — он хотел было пихнуть своего странного соседа в бок, но отчего-то передумал и развернул журнал так, чтобы Ник увидел картинку. — Русские увеличили призовой фонд «Супер-таланта» до десяти миллионов рублей!
— «Супер-талант»? — заинтересовался Ник. — Что-то знакомое…
— Конечно знакомое, — фыркнул белобрысый сосед. — У нас в каждом штате отбор на это шоу идет, только называется: «Супер индиго». Победителю дают двести пятьдесят тысяч долларов и приглашают на финальный этап в Нью-Йорк!
— Точно, — вспомнил Ник. — Это же, вроде, какая-то телевизионная передача, да?
— Не какая-то передача, а самый популярный ТиВи проект, — поправил его Крис. — Я не пропускаю ни одну серию! Вчера Оливер из Нэйплз, Флорида, пододвинул к себе кастрюлю, прикинь! Как Магнето из Людей-Икс! А Рейчел из Пайн Блафф, Арканзас, по запаху определила все ингредиенты в яблочном пироге!
— Интересно, — подтвердил Ник, не став уточнять какие ингредиенты могут быть в яблочном пироге помимо яблок. — А в России тоже, говоришь, есть похожее ТиВи шоу?
— Ну, — Крис снисходительно посмотрел на своего соседа. — «Супер-талант» же! — белобрысый покосился на спящего справа соседа и, наклонившись к Нику, прошептал. — Я, кстати, тоже в нем участвую! Ни в Теннесси, ни в Нью-Йорке отбор не прошел, но в Москве, говорят, отбор проще. Главный приз, конечно поменьше, но десять миллионов рублей на наши деньги, это почти сто тридцать тысяч баксов!
— Умеешь зажигать огонь из пальца? — улыбнулся Ник.
— Ну, — Крис неожиданно смутился. — Я, это, нравлюсь людям…
«А что, очень даже может быть», — подумал Ник, прислушиваясь к себе. Несмотря на свою легкую навязчивость и развязное поведение, Крис вызывал легкую симпатию.
— Тогда удачи тебе на отборе, — пожелал он Крису и сосредоточился на принесенном стюардессой обеде.
— Спасибо, — серьезно поблагодарил белобрысый, принимаясь за еду. — У меня точно получится!
«Тоже что ли сходить на это шоу? — задумался Ник, ковыряясь пластиковой вилкой в ланчбоксе, — а что, с Котей мы там всех порвем! Пять минут и зал будет наш. Сто тридцать тысяч долларов — хорошие деньги! Хотя… у меня что, мало денег? — Ник поморщился, вспоминая, как именно ему досталась большая часть суммы, которая лежала сейчас на его счету. — Что же до Коти… А вдруг его заберут на опыты? Кот, который понимает и даже общается со своим хозяином — это же… ненормально! Точно заберут… Продать друга за сто тридцать тысяч? Ну уж нет!»
Приняв решение, он выбросил мысли о «Супер-таланте» из головы и принялся за салат.
«Во время еды думать только о еде» — первое правило, с которого началось его обучение офицерской правки у дяди. «Твёрдую еду пей, жидкую — ешь» — второе. «Никогда не торопись» — третье. Ник не просто соблюдал эти простые правила, для него они стали жизненной философией.
После вдумчивого обеда он откинул спинку кресла, надул свою подушку для полетов, накрылся выданным пледом и погрузился в медитацию, которую несведующие люди называли сном.
Перед прибытием в Москву нужно было набраться сил, а медитация, переходящая в сон, была, по его мнению, лучшим способом привести в порядок мысли и отдохнуть. К тому же, Ник улыбнулся пришедшей в голову мысли, во время полётов на самолётах ему не снились кошмары.
И в тот момент, когда он балансировал на расплывчатой границе между сном и медитацией, самолет внушительно тряхнуло, а по кабине прокатился усиленный динамиком голос пилота:
— Дамы и господа! Говорит капитан корабля. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и пристегните ваши ремни!
Глава 3
Докладная записка на имя генерала ФСБ Иванова И.И.
В связи с увеличившимся кол-вом пропавших граждан РФ и с завидной периодичностью всплывающих в Интернете видео странных воронок, предлагаю возобновить работу отдела «СТ». Первичный отбор кандидатов предлагаю проводить через ТВ-шоу «Супер-талант».
Прошу найти и привлечь к работе майора в отставке Величко Ю.Д.
Начальник аналитического отдела ФСБ РФ, Коростелев С.Г.
— Мы все умрем? — прошептал испуганный Крис, вцепившись в ремень безопасности. — Говорила мне мама, не занимайся дурью, иди в Ноксвилл!
— Расслабься, Крис, — посоветовал Ник, спокойно застегивая ремень. — Скорей всего обычная турбулентность.
В это время самолет затрясло так, что начали открываться полки, и по всему салону раздались испуганные вскрики пассажиров.
— Может не совсем обычная, — пробормотал Ник, возвращая кресло в вертикальное положение и упираясь руками в спинку переднего сидения.
— Уважаемые пассажиры, мы вошли в зону сильной турбулентности, — голос капитана был полон уверенности и спокойствия, — будьте готовы к тому, что несколько минут нас немного потрясет. Приведите спинки ваших кресел в вертикальное положение и соблюдайте спокойствие!
Голос капитана, полный выдержки и достоинства, мгновенно успокоил людей и в салоне воцарилась напряженная тишина, сменяющаяся время от времени сильнейшей тряской. И все бы ничего, только капитан забыл выключить микрофон:
— Сэм, мать твою, — только что спокойный голос пилота сейчас лихорадило от волнения и удивления, — это что за чертовщина? Откуда, чтоб его, по курсу движения появился торнадо?
— Вырубай автопилот, Росс, — посоветовал ему едва слышный голос второго пилота, — облетим эту хренотень!
— Как в Ираке, Сэм? — из голоса капитана пропало волнение и ему на смену пришло возбуждение и азарт. — Помнишь, как едва ушли от той ракеты?
— Помню, кэп, — хохотнул второй пилот, но тут же осекся. — Росс, выруби этот чертов микрофон!
— Опс…
Микрофон отключился, а Ник зажмурился, представляя, какая паника сейчас начнется на борту. Террористы, турбулентность, вышедший из строя движок — это все ерунда по сравнению с паникой толпы.
«О какой воронке он говорил? — мелькнула предательская мысль, которую парень тут же постарался загнать поглубже. — Неужели мои кошмары прорвались из снов в жизнь?! А ну соберись, Ник! Сейчас есть проблема поважнее!»
То тут, то там начали доноситься отчаянные крики испуганных пассажиров.
— О Господи! Мой малыш!
— Что за придурки управляют самолетом?!
— Да сделайте уже что-нибудь!!!
Ник расстегнул ремень безопасности, намереваясь подняться и успокоить пассажиров, как голос подала разносившая напитки стюардесса.
— А ну заткнули свои глотки! — могущий голос полной афроамериканки разнесся по всему салону. — У нас лучшие пилоты, прошедшие настоящую войну за свободу и демократию нашей великой страны! И никакому чертову торнадо с ними не сравниться! Прижали свои задницы к сиденьям и застегнули ремни безопасности! Живо!
— Мощная тётка, — донёсся с заднего сидения чей-то уважительный голос.
Салон притих, опешив от неожиданного выпада.
— Вы трусы или настоящие американцы? — добила сомневающихся стюардесса. — Через десять минут подадим освежающие напитки.
«Чалдини отдыхает», — восхищенно подумал Ник, оценив как искусно женщина перевела внимание пассажиров на другую тему. Близкую и понятную всем без исключения пассажирам — будь то русский или американец.
На краткий миг ему показалось, что угроза паники позади, но тут сидящий за ним синий воротничок истерично заголосил:
— О Боже, посмотрите в окно! Она огромна! Мы заденем её крылом! Кто-нибудь дайте мне парашют!
«Вот дебил», — с грустью подумал Ник.
— Закрыть шторки! — тут же отреагировала стюардесса. — Всё под контролем!
«А вот это она зря добавила, — отметил про себя Ник, неосознанно бросая взгляд в окошко. — Матерь божья!»
Воронка из снов мерцала среди туч всеми цветами радуги. Казалось, она тянется к самолету, чтобы поглотить его, засосать в себя.
Ник судорожно сглотнул и крепко зажмурился. Детский страх захлестнул его с новой силой, на какое-то мгновение от ужаса отнялись ноги, и парень почувствовал, как заколотило в висках, а сердце зашлось в груди.
Не обращая внимания на происходящее вокруг, он вцепился в подлокотник и сосредоточился на дыхании. Вокруг кто-то что-то кричал, доносился треск рвущейся ткани, резкими плетями хлестали чьи-то богохульствования и чертыхания, но Ник дышал.