Кстати говоря, одно из самых первых дел, что учудил проклятый Хрущев, едва только захватил власть в стране, — переименовал станцию метро «Щербаковская» в «Алексеевскую». Мелочная мстительность всегда была отличительной чертой кукурузника. Да и в дальнейшем он изрядно отыгрывался на семье Щербаковых. Самому, еще в 1945 году умершему, Александру Щербакову проклятый троцкист ничего сделать не мог, но в своих пасквильных мемуарах от всей своей подлой душонки «наградил» покойного самыми грязными эпитетами. Тут и «ядовитый, змеиный характер Щербакова», «мы все возмущались Щербаковым», «подлые задатки Щербакова», «этот злостный подхалим Щербаков», «Щербаков же продолжал свою гнусную деятельность», «Я Щербакова оцениваю по заслугам, причем с очень плохой стороны» и т. д.
Затем слово взял Берия, который был в курсе прежних проступков сына Хрущева, напомнил о них и о том, что сына Хрущева уже дважды прощали. После чего выразили свои точки зрения Молотов, Каганович, Маленков. Мнение у всех членов Политбюро было едино: оставить приговор в силе. Сталин выступил последним. Ему было отнюдь не просто принимать решение — ведь его Яков тоже находился в плену. Своим решением он тем самым подписывал приговор и собственному сыну. Удилов отмечает, что в заключение Сталин сказал: «Никите Сергеевичу надо крепиться и согласиться с мнением товарищей. Если то же самое произойдет с моим сыном, я с глубокой отцовской горечью приму этот справедливый приговор!».
Ревностно следящая за всеми публикациями о своем клане Нина Хрущева, никак не отреагировала, прочитав, как ее прадед ползал на коленях перед Сталиным, слезно умоляя его пощадить сына, бился на ковре в судорогах, но так и не смог разжалобить «тирана». Но как только узнала о мнении В. Удилова, то проявила неадекватную реакцию — версия экс-чекиста, мол, не подтверждается документами, а посему ей верить нельзя. А как она должна быть документирована, если треклятый троцкист несколько лет кряду работал не столько самозванцем — первым секретарем, сколько Джеком-потрошителем архивов.
К тому же не следует забывать, сколь подло кукурузник расправился со всеми членами Политбюро, которые приняли участие в том заседании, также с теми людьми, кто был причастен к трагическому финалу его сына-предателя. Берия был просто застрелен у себя дома. Абакумов просидел в тюрьме до 1954 года и тоже был расстрелян вопреки всем законам через час с четвертью после оглашения приговора. Сына Сталина — Василия — в буквальном смысле слова сгноил в тюрьме, выпустив лишь тогда, когда ему и жить-то оставалось совсем немного. Генерал-лейтенант госбезопасности Павел Судоплатов, чьи сотрудники участвовали в похищении Леонида Хрущева, неизвестно за что «от звонка до звонка» отсидел 15 лет в той же Владимирской тюрьме, где сидел и Василий Сталин. Там же сидел и такой выдающийся чекист-разведчик как Наум Эйтингон — ближайший соратник Судоплатова. Маленков, Молотов и Каганович были выведены из состава Политбюро и отправлены в ссылку под строжайший надзор органов МВД и КГБ. По свидетельству писателя Ивана Стаднюка, комиссия по реабилитации — так называемая комиссия Шверника — после ХХ съезда пыталась доказать в угоду троцкисту, что осужденный во время войны его сын — совершивший героический подвиг летчик, который ни в чем не виноват. Однако даже в те времена Военная коллегия Верховного Суда СССР «не нашла возможным снять с него судимость». И тем не менее в книге мемуаров Хрущева помещена фотография его сына с надписью: «Леонид Никитич Хрущев, летчик, погиб в боях за Родину»?!
С упорством, достойным лучшего применения, клан Хрущевых не желает признать очевидные факты и пытается отрицать предательство Леонида: «Слухи о том, что мой брат не погиб, выполняя свой воинский и патриотический долг, а якобы сдался в плен, выдал врагу военную тайну и что после войны он "попал в наши руки" и его ждала "заслуженная кара", — были явно выдуманы. Для чего? Это становится понятным из имевшей хождение версии о том, что, дескать, Хрущев пошел к Сталину вымолить снисхождение к преступнику, даровать сыну жизнь. И благородный вождь, дескать, с презрением отверг недостойного, говоря: "Я не стал помогать своему сыну-герою, а твой трус должен получить по заслугам"». Эти слова были произнесены Сергеем Хрущевым, доктором физико-математических наук, конструктором ракетной техники, который новой «родине» — США — был нужнее исключительно как «сын Хрущева», а посему и с самого начала он стал подвизаться на должности профессора политологии в американском университете Брауна, прославляя мировой империализм и клевеща на наше прошлое.
Члены клана Хрущевых по сию пору пыжатся доказать, что Леонид Никитович Хрущев не был предателем. Но ничего у них не получается. И не получится. В памяти народа и истории он останется таким же предателем СССР-России, как и его проклятый отец — подлый Никита Сергеевич Хрущев!
Миф № 41. Оценивая роль Сталина в Истории России, У. Черчилль сказал, что Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой.
Сколько раз в различных публикациях встречалось это высказывание. Несмотря на то что фигура самого У. Черчилля никогда не вызывала симпатий в России, особенно у патриотически настроенной части населения, тем не менее именно это выражение знаменитого «британского бульдога» стало наиболее расхожим. Однако и, увы, это миф. Один из самых безобидных и благожелательных по отношению к И. В. Сталину, но действительно миф. Сложился он следующим образом[159].
Фразу «Сталин принял Россию с сохой, а оставил с атомной бомбой» действительно обычно приписывают Черчиллю. Как интегральная характеристика со стороны результатов сталинского правления, она используется в различных дискуссиях. Увы, но Черчилль не является автором этой фразы. Но вопрос об авторстве очень важен. Ведь оно приписывается матерому вражине, патологическому русофобу и антисоветчику, который всю свою сознательную политическую жизнь только и был занят тем, чтобы как можно сильнее навредить России, а затем и Советскому Союзу. Отсюда простой вывод. Если даже он вынужден был признать сей факт, то, следовательно, размах достижений СССР скрыть было невозможно. Даже за завесой многодесятилетней клеветы.
Самое интересное в этой истории — это поиск «нити Ариадны». Проще говоря, откуда выплыла эта фраза, с чьей подачи и кто вложил ее в уста Черчилля? Впервые это произошло в нашумевшей в свое время статье «Не могу поступиться принципами»[160]. Ее автором была преподаватель химии из Санкт-Петербурга (в то время Ленинграда) Нина Андреева. В упомянутой статье приписываемая Черчиллю фраза завершает объемистый панегирик Сталину. Причем, по утверждению Нины Андреевой, Черчилль произнес эти слова в 1959 году, якобы по случаю 80-летия со дня рождения Сталина. Однако никакой точной ссылки на труды Черчилля Н. Андреева не привела.
Через три года в журнале «Армия» с 1-го по 24-й номер публиковалась книга поэта Феликса Чуева «Сто сорок бесед с Молотовым»[161]. Чуев привел в общем похожий, но в деталях отличающийся текст речи Черчилля. Кроме того, Чуев уже более конкретно указал на происхождение текста: «…Читаю короткую речь английского премьера в палате общин 21 декабря 1959 года, в день 80-летия Сталина, перевод из Британской Энциклопедии…» Таким образом, речь обрела как бы точную дату произнесения и место публикации.
Итак, в пропагандистском обороте фигурируют три варианта. Вариант № 1 — принадлежит Нине Андреевой. В настоящее время этот вариант изрядно подзабыт. Вариант № 2 — принадлежит Ф. Чуеву, часто используется. И вариант № 3 — как бы общеизвестный. Он-то и применяется широко в различных исследованиях. Если свести все три варианта в одну таблицу, то получим следующую картину.
Вариант № 1 — принадлежит Нине Андреевой:
Он был выдающейся личностью, импонирующей нашему жестокому времени того периода, в которое протекала его жизнь. Сталин был человеком необычайной энергии, эрудиции и несгибаемой силы воли, резким, жестким, беспощадным как в деле, так и в беседе, которому даже я, воспитанный в английском парламенте, не мог ничего противопоставить… В его произведениях звучала исполинская сила. Эта сила настолько велика в Сталине, что казался он неповторимым среди руководителей всех времен и народов… Его влияние на людей неотразимо. Когда он входил в зал Ялтинской конференции, все мы, словно по команде, вставали. И странное дело — держали руки по швам. Сталин обладал глубокой, лишенной всякой паники, логической и осмысленной мудростью. Он был непревзойденным мастером находить в трудную минуту путь выхода из самого безвыходного положения… Это был человек, который своего врага уничтожал руками своих врагов, заставлял и нас, которых открыто называл империалистами, воевать против империалистов… Он принял Россию с сохой, а оставил оснащенной атомным оружием.
Вариант № 2 — принадлежит Ф. Чуеву
Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь. Сталин был человеком необычайной энергии и несгибаемой силы воли, резким, жестоким, беспощадным в беседе, которому даже я, воспитанный здесь, в Британском парламенте, не мог ничего противопоставить. Сталин, прежде всего, обладал большим чувством юмора и сарказма и способностью точно воспринимать мысли. Эта сила была настолько велика в Сталине, что он казался неповторимым среди руководителей государств всех времен и народов. Сталин произвел на нас величайшее впечатление. Он обладал глубокой, лишенной всякой паники, логически осмысленной мудростью. Он был непобедимым мастером находить в трудные моменты пути выхода из самого безвыходного положения. Кроме того, Сталин в самые критические моменты, а также в моменты торжества был одинаково сдержан и никогда не поддавался иллюзиям. Он был необычайно сложной личностью. Он создал и подчинил себе огромную империю. Это был человек, который своего врага уничтожал своим же врагом.