Но даже такой человек, как Сократ, который не отрицал и не утверждал существование Бога, был отравлен. Он просто говорил: «Я еще не убедился на опыте, поэтому я не могу говорить о том, чего не знаю, — я не могу сказать, существует Бог или нет. И я бы хотел, чтобы каждый был искренним в этом вопросе. Пока вы не узнаете по опыту, не говорите "да", не говорите "нет", оставайтесь агностиками, попридержите ваши окончательные выводы».
Очень разумный человек, но и его отравили. Он не отрицал традицию, он не отрицал прошлое, он ничего не отрицал — он просто высказывался за более рациональный подход, более логичный подход. Это не преступление. И вот награда, которую он получил: его отравили; общество решило, что он — опасный человек.
Тех людей, которые могли бы направить западное общество к внутренней реальности, распинали или отравляли. Естественно, талантливые люди стали опасаться даже разговоров о внутренних вещах, о таинствах. Они стали говорить только об объективных вещах, о материи, так как материю нельзя отрицать. И нет никаких проблем с тем, чтобы углубиться в исследование материи.
Распятие Иисуса и смерть Сократа закрыли перед западным гением дверь для движения внутрь. Всякий, кто обладал какой-то разумностью, стал осознавать, что это просто игра со смертью, лучше уж использовать свои таланты и гений таким образом, чтобы общество не могло осудить это.
Поэтому весь гений западного общества стал служить созданию все больших удобств для тела — больше технологии, больше машин, больше знаний о материи — и все были счастливы.
Но если даже в этих вопросах возникало нечто, что противоречило религии, церковь была начеку и сразу же старалась пресечь это.
Например, когда Галилей написал, что Солнце не вращается вокруг Земли, как это кажется, а в действительности Земля вращается вокруг Солнца, что вовсе не кажется очевидным, папа римский вызвал его на свой суд — Галилею было тогда семьдесят пять лет, он был стар, болен и стоял почти на краю могилы — и сказал: «Ты должен переделать свою книгу, ибо она противоречит Библии. В Библии утверждается, что Солнце вращается вокруг Земли, и мы не собираемся выслушивать какие-либо аргументы. Ты просто переделаешь свою книгу, в противном случае твоим наказанием будет смерть». Такая идиотская церковь, которая даже не готова выслушивать какие-либо аргументы, которая умеет только повелевать: «Поступай так или приготовься к смерти!»
У Галилея, должно быть, было большое чувство юмора. Он сказал: «Вам нет нужды причинять себе такое беспокойство, чтобы убить меня. Я и так скоро умру. Что же касается моей книги, то я переделаю ее, но я хочу, чтобы вы запомнили, что, оттого что я переделаю мою книгу, Солнце и Земля не изменятся. Земля будет по-прежнему вращаться вокруг Солнца, так как Солнце и Земля не читают мои книги и им нет дела До того, что я пишу».
Итак, он вычеркнул это утверждение из своей книги. А в примечании он написал: «Я вычеркиваю это утверждение, прекрасно зная, что это не имеет никакого значения. Реальность остается той же самой».
Когда Коперник обнаружил, что Земля не плоская, как говорится в Библии, а круглая, у него тут же начались неприятности.
Сейчас эти вопросы не имеют никакого отношения к религии. Какое религии дело до того, круглая Земля или плоская? Она может иметь любую геометрическую форму, религия не имеет к этому никакого отношения.
Но христианство, ислам — это весьма примитивные религии. У них нет того культурного, изощренного подхода, какой есть у индуизма, джайнизма, буддизма, даосизма. Они не умеют аргументировать, они умеют только сражаться. Их единственный аргумент — меч; на острие меча должно быть решено, кто прав.
Именно церковь, как это ни странно, воспрепятствовала Западу двигаться в направлении внутреннего поиска. Она заставила Запад обратиться к материи.
Внутреннее было абсолютной монополией церкви, и она решала все вопросы, связанные с ним: не было никакой нужды в исследованиях, не было никакой нужды в открытиях, не было никакой нужды в медитации. От вас требовалось только одно: верить в Бога. Но если вы могли заниматься чем-то, связанным с материей, то никаких проблем не возникало, пока это не входило в противоречие с Библией.
Коперник сказал папе римскому: «Это же пустячное дело, и у меня есть все доказательства того, что Земля является круглой. Это работа всей моей жизни, и она не затрагивает вашу религиозность».
Папа римский сказал: «Ты не понимаешь. Дело не в том, затрагивает это нашу религиозность или нет; дело в том, что Библия — Божья книга, Священная книга. Если будет доказано, что одно утверждение в Библии является неверным, то из этого могут быть сделаны далеко идущие выводы: прежде всего, то, что Бог может ошибаться. Мы не можем принять это».
Они не могут принять даже то, что папа римский может ошибаться, что же говорить о Боге? Папа римский является далеким представителем. Иисус представляет Бога, а папа римский представляет Иисуса — и не непосредственно, а через сотни пап, которые умерли до него. Через них он связан с Иисусом, а Иисус имеет прямую телефонную, связь с Богом. Только одно утверждение, противоречащее Библии, если доказана его справедливость, лишает Бога непогрешимости. А это не может быть принято — это одно.
Во-вторых, если доказано, что одно утверждение в Библии является неверным, где гарантия в отношении других утверждений? Это порождает подозрение. Это разрушает саму основу веры — «Поэтому мы не можем признать, что в Библии что-то может быть неверным. Ты можешь делать все, что не противоречит Библии».
Естественно, остается только материя. Вы можете проводить исследования в области физики, химии, биологии, зоологии, геологии. Вы можете всем этим заниматься, вы свободны.
Церковь стала Великой китайской стеной, препятствующей людям двигаться внутрь.
Это выглядит странно, но это факт: христианская церковь оказалась величайшим врагом религии на всей земле. Другие культы тоже оказались ее врагами, но не такими сильными.
Гению оставалось работать только с материей.
На Востоке же гений в первую очередь отдавал предпочтение внутреннему путешествию. Только второсортные, посредственные люди работали ради внешнего, материальных вещей; подлинный разум всегда двигался в медитативность.
Мало-помалу расстояние становилось все большим. Запад становился материалистическим — и вся ответственность ложится на христианскую церковь, — а Восток становился все более и более спиритуалистическим. Это разделение, расщепление, которое было создано в каждом человеке, стало расщеплением в более крупном масштабе: на Восток и Запад.
Один великий поэт написал: «Запад есть Запад. Восток есть Восток, и вместе им не сойтись». А этот человек, лорд Киплинг, очень интересовался Востоком. Он много лет прожил в Индии, он был на правительственной службе.
Но видя это различие... что все восточное сознание движется внутрь, а западное сознание движется наружу — как им сойтись?
Вся моя работа состоит как раз в том, чтобы доказать, что лорд Киплинг неправ.
Я бы сказал: «И Запад не Запад, и Восток не Восток, вместе они уже сошлись».
Что вы подразумеваете под «Востоком»? В Бомбее Калькутта является востоком, в Калькутте Бомбей является западом. Это все вздор, эти слова относительны. Нельзя сказать, что определенное место является востоком и определенное место является западом; это все относительно. Для жителей Калькутты востоком является Токио — и именно так думают японцы. Они называют свою страну «страной восходящего солнца», а своего императора они называют «единственным сыном бога солнца». Истинный бог — это бог солнца, а Хирохито, император Японии, является его единственным сыном.
На самом деле, когда японцы потерпели поражение во второй мировой войне, они не могли поверить в это. Тысячи солдат покончили с собой только из-за позора: «Как могло случиться, что сын Бога потерпел поражение? Теперь нет смысла жить, все пошло прахом».
Они верят, что они и есть настоящий Восток.
Никто не является Востоком, и никто не является Западом.
Но эти позиции можно понять, они просто бросаются в глаза. И весь мой подход заключается в том, чтобы навести мост в каждом индивиде и сделать его единым целым.
Не будь против своего тела; это твой дом.
Не будь против своего сознания, ибо без сознания твой дом может быть весьма разукрашенным, но в нем не будет хозяина, он будет пустым. Вместе же они создают красоту, более полную жизнь.
Символически, я выбрал имя Зорба для тела и Будда — для души.
Твой вопрос сводится к тому, что когда я был в Греции, я говорил больше о Зорбе, а здесь в Индии атмосфера кажется более близкой к Будде. Твое наблюдение верно.
В Греции я говорил о Зорбе. Тем не менее, меня депортировали. Если бы я говорил о Будде, ты бы никогда больше меня не увидел!
Я говорил о Зорбе, ибо это — основа. Но я разъяснил, что один только Зорба — это всего лишь основание дома, но не сам дом.
В Индии я говорю о Будде, но я не забываю о Зорбе.
Каждое высказывание, которое я делаю, будь оно о Зорбе или о Будде, автоматически подразумевает другого из них, ибо для меня они неразделимы. Это только вопрос выделения. Чтобы быть понятным греческому уму, я выделял Зорбу.
Посол Шри Ланки в Америке написал мне письмо, в котором он говорил: «Ваши последователи во всем мире открывают рестораны, дискотеки и называют их "Зорба-Будда". Это весьма оскорбительно для Будды. И если вы сделаете такую вещь в такой стране, как Шри-Ланка, это может привести к насилию. Я советую вам отказаться от этого имени».
Я сказал моему секретарю написать ему следующее: «Прежде всего, никто не обладает монополией на Зорбу или на Будду. Во-вторых, мы не имеем отношения к Гаутаме Будде; «будда» — это не личное имя, а качество. Это слово означает «пробужденный». Каждого, кто пробудился, можно называть «буддой». Гаутама Будда — это только один из миллионов будд, которые уже приходили и еще будут приходить. И вы не можете помешать Зорбе стать буддой. На самом деле, вам следовало бы помогать мне превращать зорб в будд, ибо это единственная настоящая революция — материалист, зорба,