Миларепа, все мое усилие направлено на то, чтобы привести в мир цельного человека — со всеми прекрасными качествами женщины и со всеми бунтарскими качествами мужчины. И все эти качества должны составлять единое целое.
Но с самого начала мы говорим детям... Если маленькому мальчику хочется играть с куклами, мы говорим ему: «Как тебе не стыдно! Ты же мальчик, мужчина, а ведешь себя как девчонка!»
А если девочка пытается взобраться на дерево, мы сразу же останавливаем ее: «Так девочки не поступают! Это занятие для грубых мальчишек. Сейчас же слезь вниз!»
С самого начала мы разделяем мужчину и женщину.
И дети страдают... ведь в том, чтобы взобраться на дерево, есть своя радость, и ни одна женщина не должна быть лишена ее. Быть на верхушке дерева, когда дует ветер, сияет солнце, поют птицы... если вы там не бывали, то Вы нечто упустили. И только потому, что вы — женщина... Странно... Никому не следует запрещать пускаться на поиски приключений — лазать по горам, плавать в океане — ибо в этом возбуждении есть нечто духовное.
Мужчине не следует мешать, когда ему хочется плакать. Но ему мешают, ему не позволяют дать выход слезам... ведь слезы — это только для женщин: «Ты же мужчина, и ты должен вести себя по-мужски». А слезы — это такое прекрасное переживание.
В глубокой печали или в великой радости, когда человека что-то переполняет, слезы дают этому выход. А когда слезы подавляются, одновременно подавляется и то, чему они могли бы дать выход, — глубокая печаль или великая радость.
И хорошенько запомните, что природа здесь не установила различий. Она дала мужчине и женщине одинаковые слезные железы, одного размера.
Но если вы — мужчина и плачете, то все осуждают вас: «Ты ведешь себя как женщина!»
Вам следует ответить: «Что я могу поделать? Сама природа дала мне слезные железы. Природа ведет себя как женщина. В этом нет моей вины, я просто наслаждаюсь своей природой. Я имею право на слезы».
Все качества должны быть доступны каждому.
Есть мужчины, которые не способны на любовь, ибо в них воспитывались совсем другие качества: «Ты должен быть твердым. Ты должен драться за место под солнцем. Ты не должен проявлять эмоции. Ты не должен быть чувствительным».
Ну как можно ожидать от мужчины, который неэмоционален, нечувствителен, которого приучили не проявлять чувства... как можно ожидать от него любви? А когда ему недостает любви, жизнь его становится жалкой. И с женщинами делают то же самое.
Я бы хотел, чтобы все различия исчезли. Каждому следует позволять все, что является естественно возможным для человека — независимо от того, мужчина это или женщина.
И у нас был бы более богатый мир, состоящий из более богатых людей.
Возлюбленный Бхагаван,
можно мне задать Вам тибетский вопрос? Сейчас третье тело Господа Будды растворилось в Вас. Не называется ли оно ментальным телом? Означает ли это, что все ментальное наследие Будды, все его учение о медитации и посвящении — вся его система — растворилось в Вас. Означает ли это также, что Вы освобождаете земной шар от всех систем, поглощая их Вашей любовью и дружелюбием?
Пожалуйста, расскажите анекдот. Джайеш сходит с ума!
Во-первых, Джайеш, третье тело — это не ментальное тело.
Первое тело — это физическое тело. Второе тело — ментальное тело. Третье тело — астральное тело.
Человек становится просветленным, когда он превосходит ментальное тело.
Астральное тело состоит из чистого света — только пламя без дыма вокруг него.
Во-вторых, ты прав: я готов взять всю отраву в мире, которая сводит людей с ума, и выпить ее — ибо отрава эта не может сделать из меня безумца.
Я могу освободить людей от всех их ядов: теологии, религий, политических идеологий.
Это все яды, и с самого начала они постоянно сводят человечество с ума. Христиане убивают мусульман, мусульмане убивают индуистов, индуисты убивают буддистов, и это продолжается и продолжается... атеисты убивают теистов, теисты убивают атеистов. Кажется, мы не хотим, чтобы кто-нибудь в этом мире обладал свободой — по крайней мере свободой мысли.
В Советском Союзе преследуют моих санньясинов, правительство не оставляет их в покое. А они не делают ничего дурного.
Только того, что они связаны с чем-то, что не является коммунистическим, достаточно, чтобы привести коммунистов в бешенство. Коммунизм должен быть единственной религией в Советском Союзе.
Коммунисты ничего не понимают из того, что я говорю; они не понимают, что мой атеизм является гораздо более утонченным, чем атеизм их Карла Маркса, их Энгельса, их Ленина.
Они не понимают, что я за подлинный коммунизм в мире.
А в Советском Союзе никакого коммунизма нет. Да, там больше нет капиталистов и теперь нищета разделена поровну.
Я против нищеты. Я хочу, чтобы поровну делилась не нищета, а богатство.
И основной идеей в коммунизме было создание бесклассового общества, — а этого, не получилось. Там больше нет капиталистов, но люди, находящиеся там у власти, стали новым классом, новой элитой. Нигде в мире капиталисты не обладают такой властью, какой обладает новая элита в Советском Союзе.
И после революции прошло уже семьдесят лет. Страной правит одна и та же группа людей, в нее нет притока свежей крови. И они хотят установить свое господство над всем миром.
И у Америки такое же намерение: уничтожить свободу, уничтожить индивидуальность, создать во всем мире непрямой империализм. Это ей почти удалось.
Я хотел бы разрушить все эти идеологии, освободить людей из их клеток, вернуть им крылья, вернуть им небо.
Так что ты прав. Это дело всей моей жизни.
И до последнего дыхания я буду продолжать делать то же самое — освобождать людей от индуизма, от ислама, от христианства, от иудаизма, от коммунизма, от фашизма, от национальностей, от деления на мужчин и женщин, черных и белых.
Сколько бредовых идей мы несем на своих плечах? Из-за этого бремени мы не можем расти.
Я хочу, чтобы все полностью освободились от этого бремени.
Я понимаю Джайеша. Он говорит, что сходит с ума... ведь почти три месяца он был в разлуке со мной.
История его жизни необычна.
Он был преуспевающим бизнесменом, а затем это ему надоело. Он услышал обо мне, почитал обо мне и приехал из Канады, чтобы быть со мной в моей американской общине. Он приехал с большими ожиданиями: «Теперь я буду сидеть и медитировать».
А на следующий день его арестовали вместе со мной и нас бросили за решетку.
Он сказал мне: «Бхагаван, это уж слишком. Я же приехал медитировать... Но в некотором смысле мне повезло, что я с самого начала нахожусь с Вами. Неважно, что в тюрьме...»
А затем он сопровождал меня по всему миру, нас депортировали из одной страны в другую.
Его не было здесь три месяца — он работал на меня. Определенно, он должен сходить с ума, ведь он пытается найти для меня штаб-квартиру. Он делает все возможное — но в последний момент вмешивается Америка. Ведь он постоянно окружен американскими шпионами. Американской посол непрерывно следит за каждым его шагом.
Когда правительство какой-нибудь страны уже готово подписать соглашение о предоставлении мне права создать общину в этой стране, в последний момент раздается телефонный звонок и сам американский президент начинает шантаж. Он угрожает: «Если вы позволите Бхагавану оставаться в вашей стране более тридцати шести часов, тогда вам придется вернуть нам все займы, которые вы получили от нас в прошлом, — а речь идет о миллиардах долларов. А если вы не можете вернуть их, тогда процентная ставка будет удвоена. Во-вторых, немедленно будут аннулированы все соглашения о займах на будущее, — а это опять миллиарды долларов. Вы можете выбирать, вы свободны; вы можете выбирать между Бхагаваном и американскими займами».
Естественно, ни одна страна не может позволить себе... Им приходится давать мне отказ.
Джайеш работал, работал и работал... почти целый год. На переговоры с политиками уходит один или два месяца, а когда окончательное решение вот-вот должно быть принято, Америка начинает оказывать давление. И это не давление, это просто шантаж. Америка угрожает другим странам: «Мы задушим вас».
И, несомненно, страна будет задушена — она не может вернуть займы, а все ее будущие программы основаны на займах, которые должна предоставить Америка. Все эти программы... останутся недостроенными мосты, больницы, и безработица возрастет настолько, что вся экономика страны просто лопнет. Это экономический империализм: внешне вы обладаете политической свободой, но глубоко внутри вы не свободны, никто не свободен.
Естественно, после трех таких месяцев ему нужен анекдот, чтобы просто посмеяться.
Джайеш, я слышал, что некий человек по имени Рейги — никакого отношения к Рональду Рейгану — работал в цирке дрессировщиком слонов.
Он выдрессировал слона по приказу поднимать одну ногу. Затем он выдрессировал его поднимать две ноги, затем — три. Рейги во всем стремился к совершенству, поэтому он предпринял попытку выдрессировать беднягу-слона поднимать все четыре ноги одновременно. В конце концов он пришел к выводу, что это невозможно.
Но ему в голову пришла великолепная идея — он дал в газетах объявление: «Любой, кто сможет заставить моего слона поднять все четыре ноги одновременно, получит от меня десять тысяч долларов. Плата за попытку — сто долларов».
Многие люди пытались сделать это, но все они потеряли по сотне долларов. Как может слон поднять... Они прибегали к убеждению, гипнозу, медитации, — но ничего не получалось.
И Рейги был счастлив, он собирал денежки.
Но в один прекрасный день к цирку подъехал голубой автомобиль с откидывающимся верхом и из него вышел человек очень маленького роста. Он спросил у Рейги: «Ты — тот человек, который заплатит мне десять тысяч долларов, если я заставлю слона поднять все четыре ноги одновременно?»
Рейги сказал: «Да. Но за право попытки ты должен дать мне сто долларов».