Вере она обрадовалась, это было заметно.
– Ну наконец-то! А я уж думала, не придешь.
– Хорошо, что ты не уехала, – улыбнулась Вера. Подумала и села в гамак рядом с подругой.
– В Москве одной совсем тоскливо. Здесь как-то легче. – Ксения толкнула гамак ногой. – Денис на гастролях… А работать я могу и на удаленке. У нас в фирме все так делают, в этом смысле мне с работой повезло. Я в офис чаще всех хожу, чтобы Денису не мешать.
Кроме плодовых деревьев, на участке у Ксении не росло ничего, даже цветов. Только трава была аккуратно пострижена. Вера сомневалась, что Ксения сделала это сама, наняла кого-нибудь.
– Твои родители здесь не живут? – спросила Вера.
– Они никогда здесь по-настоящему не жили, – засмеялась подруга. – Они дачной жизни не любят. Когда я маленькая была, жила здесь с бабушкой. А теперь бабушки нет, и я одна.
– Я твою маму помню, ты на нее очень похожа, – вспомнила Вера.
– Иногда родители, конечно, приезжают, но им дача в тягость. Если бы не я, продали бы. Ты не зябнешь? А то в дом пойдем.
– Нет, – отказалась Вера. – Хороший вечер, теплый.
Где-то близко тихо прожужжал жук.
– Вера… – Ксения снова качнула гамак. – Ты всерьез думаешь, что Илону кто-то столкнул?
– Я не знаю.
Ненависть к шутнику ненадолго отступила, а теперь вернулась снова.
– Но как ты думаешь? Такое могло быть?
– Не знаю.
– Мне это в голову не приходило до того, как ты об этом заговорила, – вздохнула Ксения. – А теперь я только об этом и думаю.
– И до чего додумалась? – улыбнулась Вера.
– Ни до чего! – Ксения покусала губы. – Мне кажется, я тем утром, ну… когда это случилось с Илоной… Мне кажется, я видела Влада. Около станции. Я за молоком в очереди стояла, а он в толпе с электрички прошел. Но я не уверена, – быстро поправилась Ксения. – Высоких мужиков много.
Кажется, она пожалела, что затронула эту тему. Вера ее понимала, вольно или невольно подруга бросала на Влада тень нехороших подозрений.
– Я не знала, что они развелись.
– Я тоже не знала, – кивнула Вера. – Во сколько это было? Когда ты его видела?
– Утром, – Ксения пожала плечами. – Когда молоко привезли.
Машина с фермерским молоком приезжала к станции часов в десять.
– Вера, я не уверена, что это был он, – торопливо напомнила подруга.
– Я поняла. – Вера снова качнула гамак.
– Кстати, – встрепенулась Ксения. – Как тебе фотки, которые я прислала? Ты не ответила.
– Ты прислала? – Вера притормозила гамак ногой.
– Я. – Ксения с удивлением к ней повернулась. – Сидела в поле, снимала лес. А ты по дорожке шла. Когда домой приехала, стала рассматривать фотки. Ты так отлично получилась! Правда?
Вера кивнула. Она сошла с ума, считая, что кто-то хочет ее шантажировать.
Ксения сняла ее около леса. Никто не строит против нее козни.
– Я хотела тебя окликнуть, но ты уже ушла.
– Я не знала, что это ты, – призналась Вера. – Всю голову изломала.
– Но я же тебе раньше свои шедевры посылала, – укоризненно напомнила подруга. – С того же адреса.
Раньше Ксения увлекалась фотографией, пропускала пейзажи через какие-то мудреные фоторедакторы. Пейзажи получались необычные, иногда поразительно красивые.
Лучшие подруга вешала в доме.
– Это давно было, – смеркалось, Вера встала. – Для меня как будто в прошлой жизни.
– Кончала бы ты дурить! – вздохнула Ксения. – У тебя все есть для счастья. Федька тебя любит.
– Федька меня жалеет! Жалость – не любовь!
– С жиру ты бесишься!
– Я?! – поразилась Вера. – Ты меня точно ни с кем не путаешь?
– Не путаю! У тебя отличная специальность, у тебя любящий парень, а ты строишь из себя отшельницу убогую! От мира удалилась!
– У меня в ноге протез, Ксюша. Его не видно, но я-то знаю.
– Кончай! – поморщилась Ксения. – Если нравится себя жалеть, валяй! Только потом жизнь пройдет, не вернешь.
– Пока, Ксюша, – вздохнула Вера.
– Не обижайся!
– Я не обижаюсь.
– Приходи почаще! Пока.
Ксения снова легла в гамаке.
Небо еще не стало окончательно темным, большая желтая луна на нем казалась бледной.
Проходя мимо дачи Федора, Вера снова посмотрела на окна. Они по-прежнему не горели.
Неожиданно Вере мучительно захотелось забыть эти долгие четыре года, когда она говорила Федору, чтобы он уходил, и мечтала, чтобы он остался.
Она и без Ксении знала, что Федька ее любит, но зачем-то убеждала себя в обратном.
Мучила и себя, и его.
Только подходя к деревне, она поняла, что плачет.
Платка у нее не было, и она вытерла глаза и нос подолом топика.
Номер Марка Владислав набрал, сев в машину.
Машин вдоль паркового забора было припарковано много. Впереди какая-то дама копалась в багажнике, почти упираясь задом Владиславу в капот. Дама была массивная, создавалось впечатление, что она способна подвинуть задом его машину, если это ей потребуется.
– Марк Семенович, – стараясь не замечать спину перед капотом, сразу спросил Владислав. – Вы приезжали на дачу в четверг?
– Двадцать третьего? – уточнил Марк.
– Двадцать третьего, – поторопил Владислав.
– Не приезжал. Я там был на следующий день после… происшествия. И дачу осмотрел, и место, где нашли Илону.
– Соседи видели свет в окнах. Сам я с соседями не разговаривал, Федор Варнеев выяснил. Я ему запасные ключи отдал. Вы не возражаете?
– Не возражаю! – недовольно отмахнулся Марк. – Кто-то должен за дачей присматривать.
– Марк Семенович, что могли искать на даче?
Дама наконец-то отошла от багажника, села за руль, уехала, освободила перед Владиславом парковочное место.
– Запасные ключи есть у участкового. Больше я ключей никому не давал, – Марк помолчал. – Я там редко бывал, ты же знаешь. Но Федю помню. Хороший был мальчишка, серьезный такой. Даже странно, что они с Илоной дружили, они мало похожи.
На освободившееся место въехал темный джип.
– Вы ничего нового не узнали? – решился Владислав.
– Не узнал, – помедлив, ответил Марк. – Но сделаю все, чтобы узнать.
Теоретически возможность что-то узнать у Марка была, он когда-то работал не то в прокуратуре, не то в полиции. Но это было очень давно.
– Узнать бы, с кем она разговаривала в последнее время, – помечтал Владислав.
– С кем разговаривала, известно. Я взял у участкового списки – и вызовов, и контактов. Ее телефон остался целым, это проблемой не было.
– Пришлите мне!
– Сейчас сброшу. Спасибо, что позвонил. Любопытно, кто мог наведаться в запертый дом. Соседи в поселке не похожи на домушников.
– Вот и мне так казалось, – подтвердил Владислав.
Эсэмэски пришли через несколько секунд.
Контактов у бывшей жены было много, но задуматься заставил один. Илона зачем-то хранила телефон его заместителя.
Петр Бардин был для Владислава не меньшей находкой, чем Инна. Инна брала на себя всю бумажную волокиту, Петр – техническую сторону дела. Владиславу оставалось только контролировать и определять стратегию.
Из джипа выбралась семья, мама, папа и две девочки лет двух-трех. Одного ребенка за руку взял отец, другого мать. Семья чинно прошествовала к калитке.
Пару раз Илона заставала Петра в кабинете Владислава, когда врывалась в фирму, и только. Жена никогда не расспрашивала его о заместителе. Владислав не был уверен, что она помнит, как Петра зовут.
Черт!.. Выходит, что помнила.
Владислав сжал руль.
Решение пришло сразу. Помочь может только Инна.
Он еще немного посидел, сжимая руль.
Он будет зависеть от Инны всю жизнь, если решится рассказать ей правду.
Всего не скажу, успокоил он себя. Она умненькая, но я вовремя ее отодвину.
Полного успокоения мысль не принесла, но другого выхода у него не было, и он тронул машину.
Инна так обрадовалась и засияла, когда его увидела, что он искренне ее пожалел.
Даже любовь нельзя превращать в зависимость, учил дед. Умей контролировать свои чувства.
Инна не знала, что нельзя ни от кого зависеть. Ей никто не объяснил.
Владислав молча ее обнял, не решаясь сразу перейти к делу.
– У меня ничего вкусного нет, – прошептала она. – Хочешь, закажем ужин?
– Потом. – Он потряс головой, мягко ее отодвинул, прошел в комнату.
В квартире была абсолютная чистота, ни пылинки. Но что-то выдавало, что свою квартиру Инна не любит. Наверное, отсутствие безделушек, которые обычно нравятся женщинам.
Впрочем, квартира была съемная, и любить ее было бы довольно странно.
– Инна, у меня неприятности, – прошептал он.
Она молча подскочила. Испуга в черных глазах еще не было, только внимание и легкое беспокойство.
– У тебя есть что-нибудь выпить? – Отчего-то он оттягивал момент, когда нужно будет объяснить ей, что от нее требуется.
Оттягивал, вопреки совету деда все неприятное делать сразу. Отложенные неприятные дела давят на психику.
– Нет, – виновато пролепетала она.
– Ну и ладно! Обойдусь. – Он сел на диван, который она по вечерам превращала в постель, и на секунду закрыл глаза. – Еще до женитьбы я влез в одну авантюру…
Инна остановилась перед ним, внимательно слушая.
– Если это вскроется, меня можно будет притянуть по старому коррупционному делу. – Он говорил все правильно, в черных глазах появился страх. – Надежда Антоновна тогда меня выручила.
– Ты поэтому женился на Илоне? – быстро спросила Инна.
– Ну конечно! – поморщился он, чтобы сделать ей приятное. – Иди сюда!
Она села рядом, он притянул ее одной рукой.
Она все схватывала на лету. Ему потребовалось несколько минут, чтобы описать проблему.
– Сегодня я разговаривал с бухгалтером, который тогда у меня работал. То есть работала. К ней никто не обращался.
Инна со страхом заглядывала ему в глаза.
– Марк прислал мне список контактов из телефона Илоны.
– Он в курсе?
– Нет. – Владислав потерся щекой о черные волосы и поправился. – Думаю, что нет. В контактах я нашел телефон Бардина. Я думал, Илона разговаривала с ним только в моем присутствии. Я вообще не помню, чтобы она с ним разговаривала, только здоровалась.