Вера включила чайник, достала чашки, блюдца.
– Настоящая «Прага», – похвалила торт мама.
– Здорово! Мам, машина с молоком по определенным дням приезжает?
– Вторник, четверг, воскресенье.
– Да? – удивилась Вера.
Чайник закипел, она заварила чай, разрезала торт.
– И давно так?
– С месяц уже. С мая. Ужасно глупо! Летом могли бы на дачниках зарабатывать.
Торт оказался чудесный, но Вера съела его, не замечая вкуса. Наспех вымыла посуду.
– Я прогуляюсь.
– Ты же собиралась работать!
– Прогуляюсь и поработаю.
Ксению она застала за компьютером в саду. Рабочее место подруга организовала уютное: столик, лавочка, над ней тент. Вере тоже иногда хотелось поработать на свежем воздухе, но она ни разу так и не вынесла из дома коробки с фурнитурой.
Ксения подняла на Веру удивленные глаза.
Они у Ксении светло-карие, почти желтые. Почему-то раньше Вера не замечала, какие необычные и красивые у подруги глаза.
– Ксюша, где ты видела Влада? – выпалила Вера. – По субботам молоко не привозят!
Ксения растерялась, переложила ноутбук с колен на столик.
– Ксюша!
Подруга посмотрела куда-то мимо Веры. Круглое конопатое личико внезапно показалось Вере осунувшимся, бледным.
Ксения вздохнула, обреченно посмотрела на Веру.
– Около леса? – спросила Вера.
Ксения кивнула.
Вера переступила ногами.
– Когда возвращалась в поселок. – Ксения смотрела мимо Веры. – Он шел по боковой тропинке, которая от твоей деревни ведет к лесу. Я отметила, что мужик вроде на Влада похож. Но сомневалась, я к тому времени его больше года не видела. Послушай, я не подтвержу Ивану!
– Да я не собираюсь ему говорить!
– Во-первых, я действительно не уверена, что это был он. До сих пор не уверена! А во‐вторых… Если бы он хотел убить Илону, выбрал бы способ понадежнее. Сразу разбиться насмерть… Это Илоне сильно не повезло. Я еще могу допустить, что он ее ненамеренно толкнул. Ну… поссорились… Но убить жену там, где постоянно кто-то ходит, ездит… Нет, не верю! Он не идиот!
– Она уже не была ему женой, – машинально поправила подругу Вера.
– Я не подтвержу Ивану! – решительно повторила Ксения. К удивлению Веры, она чуть не плакала.
– Я не собираюсь ему говорить, – повторила Вера.
Умный убийца не стал бы убивать Илону в относительно людном месте. Он сделал бы это тайком.
Например, отравив бутилированную воду, которую Илона когда-нибудь обязательно выпила бы.
– Марк Семенович отравился бутилированной водой, – вздохнула Вера. – Знаешь?
– Не-ет. – Ксения похлопала желтыми глазами. – Откуда же мне знать!
– Бутылки с водой хранились у них на даче.
– О господи! Кошмар какой-то! Он сейчас в больнице, да?
– В больнице. Мама надеется, что все обойдется.
Домой она вернулась под соловьиные трели. Но, когда Вера разложила фурнитуру у открытого окна, соловей умолк.
На работу Инна опоздала, но ненамного. Надела утром шелковые брюки с очень подходящей по цвету блузкой, которые с удовольствием носила прошлым летом, и внезапно показалась себе старомодной бабкой. Не хватало только берета на голове.
Инна бросила брюки и блузку на стул, достала из шкафа короткое платье, которое купила осенью с большой скидкой, срезала с него ярлычки, погладила и с удовольствием покрутилась в нем перед зеркалом. К платью подошли бы какие-нибудь оригинальные бусы, вроде тех, что были на девушке, которая недавно приходила к Владиславу, но и с голой шеей платье смотрелось неплохо.
По дороге она смотрела на свое отражение в окнах магазинов и очень себе нравилась. Такое с ней редко случалось. Обычно она в окна магазинов вообще не заглядывала.
Владислава еще не было, и она помечтала, чтобы все его неприятности поскорее закончились.
Чтобы он опять стал сильным и непохожим на ее бывших однокурсников.
Петр ворвался в офис, когда она включила компьютер.
– Кто уничтожил архив? – со злой усмешкой навис он над Инной. – Ты или?.. – Он кивнул на дверь кабинета Владислава.
Веселиться оснований не было, но ей стало смешно, и она с трудом сдержалась, чтобы глупо не хихикнуть. Грозного Петра она не боялась.
– Понятия не имею. – Инна пожала плечами и постаралась показаться озабоченной. – Пропало что-то важное, да?
Он с еле заметной усмешкой на нее посмотрел и вдруг перестал быть грозным. Потер подбородок и сел на стул рядом с ней.
– Скажи ему, – он дернул головой в сторону кабинета, – чтобы не переживал. У меня всегда было правило в чужие дела не лезть, и я его не нарушу. Пусть спит спокойно.
Он подвинул стул, вытянул ноги. Обувь у него была размера сорок пятого, не меньше.
– У меня есть несколько предложений. Насчет работы. Прямо сейчас увольняться не буду, сначала подумаю. Но уйду обязательно.
– Это тоже ему сказать? – Инна кивнула на кабинет.
– На твое усмотрение. – Он устроился на стуле поудобнее, закинул руки за голову. – Обычно я советов не даю, но тебе дам. Отлипни от него. Найди нормальную работу, по специальности. И держись подальше от всего незаконного.
– Меня еще мама учила закон не нарушать, – согласно кивнула Инна. – Я так и делаю.
– Инка, я серьезно.
И опять, когда он назвал ее Инкой, ей показалось, что их связывает что-то вроде давней доброй дружбы. Хотя нет, другом она приходится Владиславу. С Петром у нее что-то другое.
Инна вздохнула. Ничего у нее с Петром нет. Просто он хороший парень и Инну жалеет.
Она и сама себя жалела.
– Знаешь, я давно понял, что в жизни плохих людей больше. Это грустно осознавать, но это так. И я стараюсь держаться от них подальше.
– Влад честный и порядочный! – вырвалось у Инны.
– Честные и порядочные не участвуют в коррупционных схемах. – Петр усмехнулся. – Это сейчас вроде как норма, но не для меня. Я свою репутацию ценю.
– Цени. – Инна пожала плечами.
Петр поднялся, посмотрел на Инну с высоты своего немаленького роста.
– Если хочешь, возьму тебя с собой на другую работу. Фирму я постараюсь выбрать хорошую, не прогадаешь.
– Зачем я тебе? – серьезно поинтересовалась Инна.
Он подумал и улыбнулся.
– Ты похожа на щенка. Не хочу оставлять тебя в плохих руках.
– Кончай, Петр, – поморщилась Инна. – Не смешно.
– Инка… – Петр над ней наклонился. – А ведь не факт, что шеф женушку не пришиб.
– Петр! – взвизгнула Инна. – Прекрати!
Щеки запылали. Она прижала к ним тыльные стороны ладоней.
Петр посмотрел на нее с любопытством и вздохнул.
– Успокой его. И сама не психуй. Я никому ничего не скажу.
Он пошел к двери.
– Я стерла архив, – не поворачиваясь к нему, сказала Инна.
Несколько секунд в офисе стояла тишина.
Повернуться к Петру Инна не успела, дверь негромко хлопнула.
Через пару минут дверь снова хлопнула. Инна повернулась.
– Инночка, у Лены компьютер к принтеру не подсоединяется. Помоги, пожалуйста, – попросила главный бухгалтер.
– Извините, Вероника Сергеевна, – Инна виновато улыбнулась. – Позвоните программистам. У меня много работы.
Ехать в больницу не имело смысла, ему вчера сказали, что быстрого выздоровления ждать не стоит, но Владислав поехал. С трудом пробился к врачу из реанимации, опять выслушал, что яд действует на все органы, а сердце у Марка Семеновича слабое.
Надо было позвонить Инне, она изо всех сил старается ему помочь, а он о ней почти не вспоминает. И вообще, он совсем перестал думать о работе, а это в наши нелегкие времена недопустимо. По инерции фирма может работать очень недолго.
Разговаривать с Инной не хотелось, ему сейчас ни с кем не хотелось разговаривать, кроме какого-нибудь врача, который пообещает, что Марк вот-вот придет в себя.
На солнце было жарко. Пока шел к машине, неожиданно подумал искупаться. Илона воду не любила, изнывала от скуки, пока он переплывал пруд. Пруд Владислав переплывал несколько раз – и потому, что это доставляло удовольствие, и чтобы насолить жене. Он не приглашал ее составлять ему компанию!
Черт возьми, зачем он на ней женился! Это было не нужно ни ему, ни ей.
Ксения позвонила, когда он подошел к машине. Владислав с тоской посмотрел на экран, отгоняя противное предчувствие новых проблем.
Предчувствие себя оправдало.
– Влад, я хочу тебе кое-что сказать, – быстро выпалила Илонина подруга. – Я тебя видела! Я в тот день видела тебя, когда ехала от леса в поселок.
– Ксюша, ты где? – как можно спокойнее спросил он.
– На даче.
– Я сейчас подъеду. Какой у тебя участок? Я забыл.
Голос звучал вроде бы обычно, а пальцы сделались слабыми.
– Возьми себя в руки! – брезгливо сказал бы сейчас дед.
Взять себя в руки удалось. Когда он подъехал к калитке Ксении, с пальцами все было в порядке.
Она увидела его машину, еще когда он подъезжал. Не дожидаясь, пока он выйдет, дернула дверь и села рядом.
– Ксюша, я Илону не убивал! – Владислав пытался поймать ее взгляд, но у него не получалось. Она сидела к нему в профиль и смотрела в окно.
Профиль у нее был красивый, его не портил даже немного неправильный нос.
У Илоны в лице изъянов не было, но он почему-то никогда не заглядывался на лицо жены.
– И я ничем не мог ей помочь! Поверь мне…
– Влад, мне все равно! – Она повернулась, подняла на него глаза.
– Я ее не убивал! Я ее даже не видел!
Надо было сказать, что там, на крутом склоне, он не видел ее живой, но говорить это было бессмысленно, ему никто не поверит.
– Влад, я просто хочу тебя предупредить. Так получилось, что я сказала об этом Вере. Сначала врала, что видела тебя около станции, но Вера поймала меня на лжи. – Ксения грустно усмехнулась. – Я предупредила, что в полиции ничего не подтвержу. Я не подтвержу, Влад, в этом можешь не сомневаться.
– Послушай, Ксюша…
– Я не любила Илону. Я ее терпеть не могла. Она была бессердечная стерва, никогда никого не жалела и не любила. Я рада за тебя, что ты ее бросил!