Солнце обмануло: воздух на улице был холодный, а ветер резкий. Вера поежилась в тонкой футболке, вернулась в дом. Заварила себе чай, поднялась в спальню за телефоном и набрала Ксению. Телефон у подруги по-прежнему был отключен.
Надо было накинуть что-то на плечи, но она помчалась к Ксении, не обращая внимания на холодный ветер. Дом по-прежнему был заперт, гамак и тент колыхались на ветру.
Забыв про больную ногу, она побежала назад, взлетела на второй этаж.
– Федя!
Федор потянулся, открыл глаза.
– Ты уже встала?
– Федя, Ксюши нет дома, и у нее не отвечает телефон! – Вера прислонилась к косяку двери.
Раньше, в прошлой жизни, Федина мама хотела покрасить косяки и двери и советовалась с Верой, какой цвет краски выбрать. Подразумевалось, что Вера с ее художественным образованием разбирается в дизайне интерьера лучше хозяйки.
Косяки так и остались некрашеными.
Натуральное дерево Вере нравилось больше. Наверное, Фединой маме тоже.
Федор снова потянулся, но уже без удовольствия. Отбросил одеяло, встал.
– Нужно узнать, где велосипед! – лихорадочно соображала Вера.
– Залезть в дом? – сердито уточнил Федор, натягивая джинсы. – Окно разбить или дверь взломать?
Он злился и имел на это право. Ситуация была идиотская.
Ксения не обязана перед ними отчитываться. Они ей никто.
– На улице холодно, – предупредила Вера.
Федор на предупреждение внимания не обратил, вышел на улицу в одной футболке. Вера, схватив ветровку, еле за ним поспевала.
Ничего нового они узнать не могли. Федор так же, как она несколько минут назад, подергал дверь. Потянувшись на цыпочках, заглянул в окно. Подошел к стоявшему около ворот гаражу. Тот оказался не заперт, он заглянул внутрь. Вера, отодвинув его, тоже заглянула.
В гараже стояли два велосипеда. Один с маленькими колесами, для города, и тот, на котором Ксения обычно каталась – приметный, с желтыми полосками на руле.
Еще в гараже стояли два ящика с инструментами и в углу лопаты и грабли.
Из соседнего дома вышла женщина, поежилась.
– Здрасьте, – крикнул ей Федор.
– Федя? – женщина их заметила, засмеялась. – Привет!
– Ксюша уехала? – Федор подошел к разделявшему участки забору. – Дом заперт, а велосипед в гараже стоит.
– Раз велосипед стоит, значит, уехала. Она без велосипеда с участка не выходит. – Женщина поежилась, обняла себя руками. Вообще-то, сильно мерзнуть она не могла, на ней был вязаный кардиган. – Опять холодает! Мало нам майских заморозков было!
– А вчера вы ее видели? – не отставал Федор.
– Видела днем. Она в машину садилась, когда я из магазина шла.
– В свою машину? – быстро спросил Федор.
– В машине мужчина сидел. Молодой. А кому машина принадлежит, откуда же мне знать… – Женщина засмеялась. – Ближе к вечеру Денис приезжал. Ты Дениса знаешь, Федя?
– Знаю. Он вчера ко мне заходил.
– С гонором парень. Не здоровается. – Она вздохнула. – Говорят, в модной группе играет. Ходили на его концерты?
– Нет.
– Мой внук ходил как-то. Говорит, ничего особенного. Но самомнения у этих музыкантов!..
Мужской голос из дома позвал женщину.
Федор отошел от забора.
– Пойдем, – кивнул он Вере, на ходу доставая телефон из кармана джинсов.
Вера тоскливо оглянулась на запертый дом.
– Мам, ты случайно не знаешь телефон Ксюшиных родителей? Домашний, мобильный не надо… Да так, Ксении дозвониться не можем… – заговорил Федор в трубку. – Жалко! У нас все нормально, да. Пока!
Он сунул телефон в карман и отрицательно покачал головой. Его родители по-соседски общались с родителями Ксении много лет. Наверное, когда-то знали и их городской номер, но тем, конечно, уже давно никто не пользовался.
– Ксюша собиралась уехать ненадолго, – тихо сказала Вера. – Если бы она уехала в Москву, заперла бы гараж.
Федор не ответил.
Холодный ветер колыхал листья деревьев.
Сегодня Инна не опоздала, пришла, как обычно, раньше всех. Владислав не появился и не позвонил.
В половине одиннадцатого она не выдержала, позвонила ему сама.
– Влад, ты придешь на работу? – робко спросила Инна.
– Сегодня вряд ли, – неохотно ответил он. – Там что-нибудь срочное?
– Нет. Просто… – Она хотела сказать, что беспокоится о нем, но сдержалась. Вспомнила, что обещала никогда ему не навязываться. – Мне нужно с тобой поговорить, Влад.
– Слушай, мне сейчас неудобно разговаривать. – В трубке слышался шум. – Я в машине. Минут через двадцать перезвоню.
Он отключился. Перезвонил не через двадцать минут, через полчаса.
– Что случилось? – Беседовать с ней ему не хотелось.
– Мне нужно с тобой поговорить! – Инна зачем-то оглянулась на дверь. Как будто кто-то мог войти в офис совершенно бесшумно.
– Инна, я тороплюсь! Не тяни!
– Влад, тебя видели около леса, – выдохнула Инна.
Он молчал, не стал делать вид, что не понимает, о чем она говорит.
– Мне было страшно за тебя. – Инна не отрывала взгляд от двери. – И я поехала туда, к Илониной даче. Ты несколько раз говорил, как называется остановка… В общем… Я поехала, поговорила с местными подростками. Выдала себя за журналистку. Они показали, где женщина разбилась…
Владислав молчал.
– Они видели тебя около леса. Сначала сказали, что какой-то мужик им навстречу шел, а потом я показала твою фотку, и они тебя узнали. Я не хотела тебе об этом говорить, но все-таки решила сказать. Влад!
– Я слушаю! – откликнулся он.
Больше ей сказать было нечего, и теперь молчала она.
– Пока, Инна. Мне сейчас действительно неудобно разговаривать.
Он не стал ни объяснять, ни оправдываться, ни ругать ее за то, что полезла не в свое дело.
Она отвернулась от двери, сжала в руке телефон.
С трудом заставила себя просмотреть служебную почту.
Очень хотелось снова ему позвонить и сказать наконец правду. Та заключалась в том, что она не хотела больше ждать в одиночестве и бояться за него. Она хотела быть рядом с ним в горе и радости. Она бы постаралась ему совсем не мешать и не быть в тягость.
Дверь хлопнула, но оборачиваться Инна не стала.
Петр протопал к ее столу, сел напротив, кивнул на кабинет Влада.
– Не появлялся?
– Его сегодня не будет, – сказала Инна.
– Я хочу со следующего понедельника в отпуск пойти. – Петр устроился поудобнее, вытянул ноги. – За оставшиеся дни хвосты подчищу и уйду. И сразу после этого уволюсь.
– Напиши заявление.
– Напишу. – Он немножко покачался и наклонился к Инне. – Мое предложение остается в силе. Пойдем со мной! Пойдем, не теряй квалификацию в секретаршах.
– Спасибо, я подумаю.
Уйти с Петром было заманчиво. Почувствовать себя свободной, забыть Владислава…
– Работу я тебе подыщу интересную.
– Это вряд ли, – улыбнулась Инна. – Мне неинтересно программировать, скучно.
– А в секретарях весело?
– Тоже скучно. Но жить на что-то надо.
Петр с интересом на нее посмотрел.
– Ты поэтому такая несчастная? Не нашла места в жизни?
– Петр, давай меня не обсуждать!
– Давай не обсуждать, – согласился он. – Обедать пойдем?
Петр прав, ей нужно отцепиться от Владислава, который вспоминает о ней, только когда ему что-то от нее нужно.
Начать отцепляться можно прямо сейчас. Пообедать с веселым Петром, у которого нет и быть не может неприятностей, потому что он старается все плохое обходить стороной.
Едва ли Петр внезапно в нее влюбился, но… Ему приятно провести время с красивой женщиной, а ей с умным ироничным мужчиной. Почему нет?
– Не пойдем! Я сейчас домой поеду. – Инна наклонилась, выключила компьютер.
– Тоже вариант! – похвалил он, поднимаясь. – Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на скуку.
Дома скуки было не меньше, но там Инне не нужно было никому улыбаться и ни с кем разговаривать. Дома она прямо в офисной одежде легла на диван, уставилась в потолок и заплакала.
Больше всего Федору хотелось начать нормальную жизнь. Отвезти Веру в его квартиру, которую родители приобрели, когда он оканчивал университет, а на дачу приезжать изредка, когда захочется.
Он доел приготовленную Верой яичницу с колбасой, сунул тарелку в мойку.
Вера молча пила чай, уставившись в стол.
– Давай прогуляемся до конторы, – вздохнул Федор.
Вера послушно поднялась, схватила ветровку.
Ветер уже не казался таким резким, а солнце начало припекать. Он мало обращал внимания на погоду, но нового похолодания не хотелось.
– Денис Ксюшкиным родителям ужасно не нравился, – неожиданно сказал он, сворачивая на центральную улицу.
Она так и называлась – Центральная. Таблички с названиями улиц повесили, когда жители начали массово заказывать продукты в онлайн-магазинах.
– Она за него выскочила, еще когда училась. Ее мама приходила к моей, жаловалась. – Федор усмехнулся. – Если бы он классическую музыку исполнял, они бы так не переживали. А рок у них ассоциировался со всякими опасностями вроде наркотиков и случайных связей.
Солнце припекало, он распахнул ветровку.
– Мне он тоже не нравился. – Вера быстро улыбнулась. – Соседка подходящее выражение нашла – с гонором. Федя, может, позвонить Ивану?
– Да кончай ты! – Федор поморщился. – Можно сразу «112» позвонить! Сказать, что у соседки сутки телефон не отвечает и мы сильно беспокоимся. Вообще-то мы о ней мало что знаем, но вы ее поищите, пожалуйста!
Злиться нужно было не на Веру, а на себя. Он понимал, что твердых оснований для паники нет, а от нехороших предчувствий тоже избавиться не мог.
Им сильно повезло, обычно контора работала только по выходным, но на этот раз поселковая председательша оказалась на месте. Она была всего лет на пять старше Федора и приобрела участок несколько лет назад, но отличалась такой активной общественной деятельностью, что поселок дружно проголосовал за нее, когда старый председатель отказался от надоевшей работы.