– Мне рассказывали, что бандиты между собой не очень ладят и иногда друг дружку грабят, если никого рядом нет… – А сам задумался, вспоминая, как меня самого по лесу словно зайца гоняли: действительно несколько боевых групп там работало, да и координации совместных действий можно даже позавидовать.
– Такое тоже иногда случается, – хмыкнул Кабан. – Иногда бандитские отряды за ценную добычу или пленников друг с другом дерутся. Но если обнаруживается опасность со стороны, то действуют всегда сообща, в этом их главная сила. Искатели же очень разобщены, и даже сейчас нам, клановым лидерам, стоит огромных усилий собрать достаточно народу. Проще на наемников денег собрать, чем упросить искателей выступить за общий интерес. Зато потом те начнут кричать о своих личных подвигах и требовать большей доли в захваченных трофеях, предъявляя к оплате каждую мелкую царапину, полученную ими при штурме. А если погибнет кто – так его друзья вообще с меня и других лидеров не слезут, пока не вытрясут все, что им покажется ценным, наплевав на все предварительные договоры.
– Тут я вам хорошо помогаю, накладывая на большую часть трофеев свою волосатую лапу, – злорадно оскалился я, внимательно глядя на реакцию своего собеседника. – У вас имеется весомый повод для отказа с отсылкой на меня. Могу и остальное попросить, дабы никто там не заглядывался лишний раз…
– Ты в своем праве, авторитет Вит, – развел руками Кабан, не поддавшись на мою провокацию. – Свои требования сразу озвучил, мы с ними согласились, теперь уже нечего менять, иначе получится существенный урон престижу.
– Ладно, – смахнул я ухмылку с губ, – у меня на родине говорят: «Не делите шкуру неубитого зверя». Когда возьмем Поселок, тогда и окончательный разговор будет, кому, что и сколько причитается. По личным заслугам и только за реальное дело, никак иначе. Если у вас возникнут сложности с дележом трофеев, могу выступить посредником как судья.
– Дельное предложение, обязательно воспользуемся. – Торопыга Кабан позволил себе улыбнуться, хотя сумел отметить у него на лице проскочившие мельком и какие-то другие эмоции, явно не так чтобы радостные.
В его душу лезть не стал, хотя и очень хотелось. Все эти мелкие недосказанности и недоговоренности, сомнительные интонации и тонкие намеки вызывали тягучее раздражение и возбуждали чувство скрытой опасности. Но если сейчас спросить в лоб, что планируют искатели в дальнейшем, до кучи высказав свои подозрения, игра мгновенно разрушится. Искатели теперь запросто обойдутся и без меня, раз процесс подготовки штурма вышел в завершающую стадию, а я останусь не у дел. Уточнив еще некоторые мелкие детали, обговорив способы связи, мы расстались. Мой легкий намек на наличие каких-либо связных амулетов вызвал настоящее удивление и предложение не искать того, чего нет, а пользоваться тем, что есть. То есть мысленной связью на небольшом расстоянии, если я весьма продвинутый буси, в чем нет никаких сомнений, и гонцами, если мысль, направленная с силой, не пробивает дальнее расстояние. Если случайно возникнет что-то срочное, можно всегда встретиться в этом трактире или передать весточку через его хозяина. Пришлось согласиться, ибо показывать свои недавно обретенные амулеты категорически не хотелось.
Обратный путь никаких сюрпризов и неожиданностей не преподнес. Место кровавой резни уже успели очистить от кусков разрубленных тел, и даже пятна крови засыпали песком. Лишь несколько кровавых потеков на недостроенном заборе еще показывали, что недавно здесь кто-то умер, причем далеко не своей смертью.
Дома меня порадовали относительно хорошими известиями, ибо никаких происшествий мои люди не заметили. Повелевающий мудростью Питс успешно перевез все свои ценные вещи и двоих слуг, всячески желая пообщаться со мной по некоторым важным вопросам. Но первой, чуть ли не у самого порога, меня успела перехватить жрица Аэль и утянула для приватного разговора на третий этаж, в «господские покои». Там к нам попыталась присоединиться Марина, но Аэль показала ей знак – мол, пока не стоит. И та понятливо отступила, немало удивляя таким покладистым поведением.
– Не вздумай сегодня опять полностью выжаться и уснуть… – шипящим голосом, с явной угрозой сразу прижала меня к стенке жрица, едва мы оказались наедине. – Если не хочешь потерять свою Ведьму от скорого разрушения внутренней гармонии. Если она пойдет вразнос, пострадает весь город, а ее самое придется уничтожить. Я не могу долго ей помогать со своей стороны, для этого обязательно нужен подходящий мужчина-адепт. Если ты смог остаться живым во время полной инициации стихийной женской силы, то доводи начатое дело до конца сам, не останавливаясь на полпути!
– Ничего не понял, Аэль, чего ты от меня требуешь? – помотал головой, показывая свое настоящее отношение к ее словам.
– Чтобы ты срочно совершил близость со своей женщиной! – бескомпромиссно заявила та.
– Скажи, ты тоже срочно в ней сильно нуждаешься и жить дальше уже не можешь? – стремительно завелся от таких грубых попыток лезть в мою интимную жизнь.
Вернее, завелся не от самой попытки и вполне понятных аргументов, а от весьма грубого тона, не терпящего никаких возражений, которым все это было высказано. И еще сказались не самые приятные воспоминания, чем едва не закончилась та первая попытка близости.
– Обо мне речь пока не идет. – Жрица немного снизила эмоциональный напор, явно пытаясь задействовать свое скрытое влияние, дабы сломить сопротивление.
Перейдя на магический взор, заметил, как выходящие из нее множественные тонкие жгуты пытаются проникнуть в мое тело, но у них ничего не получается. Они натыкаются на невидимую преграду в нескольких сантиметрах от меня, не в состоянии пройти дальше. И по изменению эмоциональной реакции на лице девушки видно: такое дело ее явно пугает. Решив, что прямой конфликт вряд ли сейчас станет полезным для всех нас, решил немного поддаться и убрал эмоциональный барьер со своей стороны, сняв возникшее раздражение и мысленно втянув в себя защиту. Почувствовав отсутствие сопротивления, жрица немного успокоилась, решив продолжать настаивать на своем мнении:
– До того момента, когда ты познаешь меня, а через меня и кое-что еще, тебе потребуется собрать полный круг концентрации жизненной силы из близких к тебе женщин. Четверых для начала вполне хватит, если их хорошо подготовить. Однако, дабы соответствовать своему статусу, нужна полная дюжина плюс еще одна. Но ты пока слишком неопытен, чтобы даже попытаться. Получить опыт сможешь через регулярную близость со своей Ведьмой, она готова тебе в этом помочь.
– А ты разве не знаешь, что это немножко… небезопасно? – вкрадчивым голосом спросил я ее.
– Знаю, – спокойно ответила она, продолжая опутывать мое тело своими тонкими жгутами жизненной силы.
Опять возникло сильное возбуждение, но при этом ясность мысли вполне сохранилась. Впрочем, жрица этого явно не замечала, удовлетворенно посматривая на мои штаны, продолжив свой рассказ-наставление:
– При инициализации стихийной женской силы первый адепт всегда приносится в жертву. Второй и третий обычно тоже. Случаев, когда первый адепт остается жив, лично я не знаю. Ваш случай крайне редок, но не уникален, о подобном писали в храмовых свитках. Если со своей Ведьмой вы сможете постоянно поднимать друг другу жизненную силу, можно пробовать достигать высот, о которых писали в тайных свитках древние. Там вскользь говорится о полной замене тела жизненной силой, что все разумные буси отрицали даже тогда, но я верю, а вы можете попытаться. Если ничего подобного не получится – просто станете сильнее и проживете три-четыре дюжины дюжин лет. Главное – сейчас вам регулярно соединять себя в близости.
– Ты догадываешься, что с тобой может произойти, если я или Марина в процессе той близости случайно погибнем? – задал я вопрос с небольшой, но явной угрозой в своем голосе.
Жрица рассказывала совершенно невероятные вещи, которым, с одной стороны, хотелось верить, а с другой – ее упоминание о том, что мне потребуется непременно завести себе большой гарем, вызывало стойкое неприятие. И еще опять сквозило что-то знакомое, похожее на то, как вел дела авторитет Сом. Тихо, исподволь давая совершенно невыполнимые задания тому, кто не понимает их реальной опасности, и скрывая при этом свои истинные цели. Однако в настоящий момент от них видится прямая польза – значит, можно немного поиграть, все равно как-то «половой вопрос» решать придется. Не в бордель же за этим делом идти – оно хоть и просто, но как-то совсем несолидно для авторитета. Жрица же поспешила немного развеять проявившиеся на моем лице сомнения:
– Если вам с Ведьмой удалось выжить в первый раз, то обязательно получится и во второй. Я буду рядом и вовремя помогу, если вы сами случайно не справитесь. Или ты с тех пор так ослаб и сильно сомневаешься в своих силах? – ехидно улыбнулась она напоследок, еще больше окутав меня своими зелеными жгутами, от мельтешения которых стало щекотно.
Последние слова жрицы смогли меня реально зацепить, пробудив жажду немедленных действий. Возможно, сказалось и ее скрытое влияние, которое сейчас почти не чувствовалось на уровне головы, но тем не менее действовало на остальное тело. Гормоны пробудились или что-то другое – теперь уже не столь важно, главное – появилось сильное желание, правда, не к самой жрице. Временно отложив все другие дела, позвал Ведьму, и мы втроем отправились в «господскую» купальню. Аэль вкратце рассказала мне, как примерно нужно действовать, чтобы в процессе не убить друг друга, я пересказал ее слова Марине, которая сильно обрадовалась, сразу после того как узнала, чем планируется сейчас заниматься. Впрочем, о моем настроении можно было легко догадаться по одному внешнему виду даже в одежде. Присутствия забравшейся к нам в теплую воду жрицы Марина совершенно не стеснялась. Зато начал стесняться я, отметив общую неправильность возникшей ситуации, и в результате чуть не случился настоящий конфуз. Помогла Маринина нежность, растопившая мою проявившуюся телесную недоверчивость. А дальше пошла совместная работа взаимного познания – иначе нашу близость трудно назвать. Приходилось мысленно управлять потоками жизненной силы, которые перетекали от меня к Ведьме, затем от нее ко мне, и так много раз подряд. Один раз мы чуть не сорвались в совершенно неуправляемый односторонний поток, как это случилось с нами в первый раз, но Аэль действительно вовремя подстраховала. Когда все стало получаться немного легче, сумел случайно заметить, как жрица что-то вплетает в наши слившиеся друг с другом потоки мужской и женской жизненной силы со своей стороны. Никакой опасности не ощущалось – наоборот, приходила мысль расслабиться и довериться происходящему, перестав вмешиваться своим разумом. Однако идти на поводу возникавших желаний я не стал и продолжил активно управлять идущими процессами. В конце Марина сумела расслабиться, полностью доверившись мне, и через несколько мгновений забилась в конвульсии сильнейшего оргазма, пробившего ее тело. При этом она не тянула жизненную силу, а, наоборот, толчками отдавала ее, пробивая своим сладострастием все защитные барьеры моего разума. В итоге сладостной волной накрыло и меня, хотя внутренний наблюдатель продолжал бесстрастно держать руку на рычаге экстренного тормоза. И все равно, несмотря на присутствие сознательного контроля, получилось очень приятно и немного необычно, так как оргазм был, а семяизвержения не было. После возникло чувство невероятного переполнения силой, а не томной усталости, как это происходило со мной прежде после хорошего секса. Марина тоже буквально светилась от удовольствия, и только жрица спокойно улыбалась, хотя «запах» тихой зависти от нее явно тянулся. Быстро выбравшись из воды и одевшись, я оставил девушек наедине, перейдя к другим, не менее важным делам, которые непременно требовалось сегодня сделать, ибо завтра рано утром выходить в дальний поход.