– Просто интересуюсь, – спокойно ответил ему, продолжая упражнения с грузом. – У искательских групп тут приняты свои условия раздела добытого добра, у торгашей они, к примеру, сильно отличаются от искательских. Потому хочется узнать, какие условия считаете правильными вы.
– Понял тебя, – улыбнулся Тук – мои объяснения вполне удовлетворили его, – после чего скомандовал своим людям подниматься. – Итак, у нас в отряде ты сейчас являешься ведущим буси, – начал он рассказывать уже на ходу, немного пригибаясь под тяжестью своей ноши. – Потому все трофейное имущество других буси по праву принадлежит тебе без какого-либо разбора. Естественно, мы не брали их одежду, только амулеты, деньги и ценное оружие, если оно у них было. Ты сейчас можешь отдать часть своих трофеев ведомым буси отряда по своему усмотрению. То есть можешь поделиться с мастером Бокком, но это совсем не обязательно, у него своего добра сейчас хватает. Кроме того, ты сейчас наш наниматель, а значит – получаешь законную треть от общей доли остальных трофеев. Мы собрали для тебя самое ценное и малое по объему, дабы имелась возможность все это унести.
– А оставленное в тайниках добро как считается? – У меня появились некоторые интересные догадки на тему переданного мне груза, и хотелось их проверить.
– Никак не считается, – капитан посмотрел на меня с довольным видом, несмотря на всю тяжесть его заплечного мешка. – Кто трофей донес – тому он и принадлежит! Если сможем вскоре вернуться за оставленным добром – тогда и поделим.
Моя догадка оказалась верной. С трофеями меня не обманули, все собрали именно так, как рассказал Тук. Но если бы я захотел переложить их вес на чужие плечи, то пришлось бы с ними расстаться навсегда. Хитро, но вполне справедливо и позволяет укоротить аппетиты командного состава в случае обретения отрядом большой добычи. Сможешь утащить на своем горбу – оно твое, не сможешь – отдай другим или брось там, где взял. Для гвардии вполне здравый подход.
Устроившись в пещере, сделали пару ходок к ближайшему лесу за дровами. Можно было и обойтись, но после всех приключений мечталось посидеть у живого огонька и тихо помедитировать на пляшущие язычки пламени. А нашим мастерам хотелось воспользоваться энергией пламени для каких-то собственных дел.
Расположившись снаружи пещеры, вновь глядел в быстро темнеющие небеса, где уже проявились самые яркие звезды. Разбирать трофеи, чем сейчас занимались бывшие гвардейцы, совершенно не хотелось. В городе, если появится лишнее время, займусь, а пока пусть лежат в мешке, дожидаясь своего часа. Кстати, чего-либо особенного гвардейцы не нашли. Только у капитана Тука имелась на теле кольчуга из зеленоватой насыщенной силой стали, у остальных они обычные серые. Сильно сомневаюсь, что, найди они что-то подобное в сегодняшних трофеях, положили бы в заплечный мешок. Эти люди на собственной безопасности никогда не экономят. Тем более что кольчугу куда легче тащить на своем теле, чем в мешке за спиной. С оружием та же история – гвардейским мечом, судя по серебряной рукоятке с отделением для боевого амулета, опять же мог похвастаться только капитан, но у него все это оружейное богатство имелось при себе сразу. Все же именно он активно приторговывал военным барахлом на Большом Базаре, потому и оброс качественными вещами. У остальных его людей мечи длинные, для этих краев подобное оружие несколько нетипично, но все равно самые обыкновенные. И среди трофеев не нашлось чего-либо для их замены. А вот гвардейскими арбалетами ребята запаслись, напихав их в свои мешки по дюжине штук, благо те легко разбирались для удобства массовой транспортировки. Меня не очень интересовало, кто чего себе насобирал и как планирует распорядиться своей добычей дальше. В последнее время материальная часть как-то немного отошла на второй план, уступив дорогу многочисленным проблемам, возникающим от самого себя. Нынешний день отдыха не прибавил запаса жизненной энергии, которой не хватало даже на продолжительное ускорение одного потока сознания, по-прежнему все тратилось на нужды тела.
– Можно поговорить? – спросил мастер Бокк немного виноватым голосом, подсев ко мне сбоку.
– Говори, раз пришел, – обратил я свой взор на него, оторвавшись от созерцания небес.
– Во сколько ты оцениваешь мой долг жизни перед тобой? – огорошил он меня своим вторым вопросом.
– Откуда ты взял, что мне интересен какой-то там твой долг жизни, и почему решился его отдавать, раз о нем спрашиваешь? – Мои вопросы заставили мастера удивиться и ненадолго задуматься.
Он явно хотел обойти в разговоре неудобные для себя моменты, но не находил возможности мне врать. Да и не хотел этого делать, а потому все же решился на откровенный разговор.
– Как только стало ясно, что нам удалось выбраться, я все время думаю о своей дальнейшей судьбе, – нехотя начал он говорить. – Несмотря на мою прежнюю жизнь на самой границе Смертных Земель, мне слишком хорошо известны здешние порядки, потому уже сейчас придется делать весьма непростой выбор, к кому пойти в услужение.
– Почему не думаешь устроить свою собственную частную практику? – опять сумел слегка удивить меня он своим пессимизмом. – Ты же весьма известный амулетный мастер, у тебя здесь нет прямых конкурентов.
– Именно потому и не думаю, – грустно вздохнул он. – Не дадут мне самостоятельно развернуться – Слуги Истинного не дали, и здешние авторитеты не дадут. Ты думаешь, мне очень хотелось сидеть на этом проклятом Перевале после столичной жизни?
– Тебя тоже кто-то специально подставил и отправил в ссылку? – догадался я.
– Нет, сам уехал, заключив договор со Слугами, – еще раз вздохнул мастер. – Просто не стал доводить дело именно до такого варианта, как ты сказал. В столице простому человеку нельзя слишком выделяться на общем фоне, не имея надежной защиты среди Лордов или Слуг.
– Так почему ты этой защитой не озаботился? – Мне уже становилось интересно.
– Характер помешал. – Он улыбнулся каким-то своим мыслям, добавив: – Лорды берут таких, как я, к себе только в статусе рабов. Со Слугами Истинного немного проще, однако тоже приходится клясться огнем на всю остальную жизнь.
– Хочешь сказать, ты и сейчас находишься под клятвой?
– Нет, перед казнью все клятвы снимают, дабы они случайно не помешали очистительному пламени изгнать Скверну, – хмыкнул мастер Бокк, вспоминая недавние события со своим непосредственным участием.
– Хорошо, – кивнул ему, показав свое понимание его ситуации, – чего тогда от меня хочешь?
– Вот… – Мастер опять немного погрустнел. – Едва получив иллюзию свободы, мне приходится выбрать, под кого сейчас лечь. Гвардейцы Тука говорили – ты обещал пристроить их в дружину к местному новому авторитету.
– Да, обещал, – подтвердил для него некогда данное другому человеку слово, из которого совершенно не делал какого-либо секрета.
– Возможно, тому авторитету пригодится и свой амулетный мастер, дабы он обеспечивал его людей всем необходимым по этой части, – высказал наконец он свое главное предложение. – Потому и спрашиваю про свой долг жизни, рассчитывая когда-либо вернуть его тебе, отработав на службе у того авторитета, если поможешь и мне добиться его расположения.
– Сейчас обещать ничего не стану и о долге тоже не готов говорить, деньги для меня не имеют особого значения, своих достаточно. – Я решил пока ничего не обещать, но и не отказывать сразу. – Завтра достигнем города – там все и решится. Ты пока подумай еще раз над своим предложением, с которым будешь проситься под крыло авторитета, мне несложно его передать.
Время для признаний еще не пришло, но такая полезная инициатива снизу оказалась весьма к месту. Ибо уже пару раз прикидывал, как затащить этого полезного человека в свою команду. Одной благодарности за спасение тут совсем недостаточно – требуется личное желание. Иначе есть риск получить «итальянскую забастовку», когда служащие досконально выполняют все имеющиеся должностные инструкции, а действительная работа благополучно саботируется. И потому можно формально получить работника, который ничего полезного для меня делать не будет, считая себя оскорбленным и униженным жизненными обстоятельствами в моем персональном лице.
Получив свою порцию надежды, мастер отправился ко всем остальным, оставив меня в одиночестве. Через полчаса мне захотелось чего-либо перекусить, несмотря на недавний плотный ужин. Телесная перестройка требовала строительного материала, заставляя что-либо кидать в рот каждые полчаса. Народ в пещере уже укладывался спать. Перетряхнув свои мешки, гвардейцы устроились кучкой в дальнем углу, и только зельевар Актиус продолжал что-то мудрить с закрытыми глазами, сидя у костра, над которым висел парящий котелок с обычной водой. Уже давно успел выяснить – местные мастера не могут напрямую работать с силой горящего пламени. Им для работы нужны более низкие температуры и большой объем тепловой энергии одновременно. Проблема решалась очень просто – нагреванием в пламени емкости с какой-либо теплоемкой жидкостью. Мастер брал нужную ему энергию именно из этой емкости и не притрагивался к самому пламени. Печи мягкого тепла обычно состояли из топливного бака, горелок, бака с жидкостью и специального регулирующего пламя амулета, призванного поддерживать постоянную температуру основного теплоносителя. Если такой печи нет, котелок над костром вполне способен ее заменить для не очень энергоемких операций.
Подсел к Актиусу поближе, решив немного понаблюдать за его работой. Однако он сразу ощутил мое присутствие и открыл глаза.
– Сильно интересуешься зельеварением? – спросил он меня после продолжительной молчаливой паузы.
– Немного, – в ответ я лишь пожал плечами. – Только в самых общих чертах представляю основные принципы.
– Хочешь попробовать самостоятельно сделать какой-либо простой эликсир? – подзадорил он мое любопытство, так как ему одному тут сидеть уже явно наскучило. – Ты очень мощный буси, хотя и строишь из себя почему-то глупого меч