Поначалу подумывал распустить ее на эликсиры, но стало откровенно жалко ее убивать. Даже в отрыве от самого дерева она излучала на небольшом расстоянии неизвестные волны измененной силы, которые действовали на меня весьма благотворно. То есть ветка являлась самым настоящим маленьким деревом-стражем и воздействовала на оказавшихся рядом с ней людей. Никто, кроме меня, пока не подозревал об ее присутствии в чехлах с ценными травами и потому скорее разделяли мое умиротворение, а не впадали в панику. Особого удивления от появления прямо на моих глазах первых корней даже не возникло. Воспринималось это как нечто само собой разумеющееся. Достаточно было смочить водой кору ветки и поднести ее к кадке с землей. Место в условном центре будущей композиции, где всегда достаточно лучей солнца, определил заранее, растащив в стороны несколько тяжелых валунов. Затем точно так же рассадил вокруг практически весь свой травяной сбор, провозившись с ним до самого вечера. Мог бы закончить и раньше, но захотелось автоматизировать полив. Проконсультировавшись с мастером Бокком, пожелавшим оказать мне посильную помощь, самостоятельно сделал простейшие амулеты из имеющейся в наличии зеленоватой железной проволоки, скрутив по три жилы вместе. Теперь вода сама скользила по их поверхностям, прилегающим друг к другу, следуя от бассейна ко всем кадкам и ящикам с землей. Энергия для движения воды бралась проволокой из окружающего воздуха, но ее требовалось совсем мало, так как я задействовал капиллярный эффект, реализовав его своим простейшим плетением. Бокк же встроил свои дополнительные узлы подчиненных сил в концы отрезков проволоки, обеспечивающие необходимую реакцию водопроводных амулетов на высыхание почвы. Возможно, реализация капельного орошения гораздо проще всей этой хитрой магии, но делать тонкие трубки из имеющейся проволоки я еще не умел. Тут требовалось умение хорошо работать с металлом, перенасыщенным магией, которым никто из моих людей не обладал, а звать мастера Толиса сюда категорически не хотелось. Помогавший мне монтировать водопровод мастер Бокк так и не узнал в посаженной ветке дерева-стража, посчитав его очередной редкой травой из-за небольших размеров, чем опять подтвердил мои догадки об особенности его воздействия на людей. Чем ближе мастер подходил к ветке, тем заметнее проявлялся его рабочий энтузиазм. Благодаря этому хорошему чувству с трудной работой мы справились относительно быстро, надежно запрятав водоводы среди камней, дабы случайно их не повредить при посещении комнаты отдыха. И все равно закончили, только когда ужин третий раз разогревали специально для нас.
К вечеру начали сбываться некоторые из утренних пророчеств авторитета Сома.
– Господин, тут в твою дружину хорошие люди сильно хотят вступить, – отвлек меня от еды чем-то очень довольный капитан Тук.
– Ты с ними, похоже, уже обо всем договорился? – поднял я на него взгляд, оторвав его от содержимого своей тарелки.
– Не совсем. – Капитан присел напротив меня, нагло утащив со стола мой фужер с ягодным компотом. – Им с тобой лично говорить требуется, дабы окончательно подтвердить сложившееся у них впечатление от моих рассказов. – Нахал попытался было стащить еще и полную тарелку, но я ему этого не позволил, подвинув ее к себе ближе, когда заметил движение его голодного взгляда.
– Тогда приглашай их сюда, – прожевав кусок жареного мяса, сделал я приглашающий жест рукой, символически обводя стол раскрытой ладонью.
– Есть некоторые проблемы… – Тук немного замялся, не решаясь говорить прямо о том, что меня может явно расстроить.
– Говори, говори, – подбодрил его, откинувшись на спинку стула и прекратив жевать.
– Тебе, господин, тогда переодеться бы стоило, – огорошил он меня весьма странным предложением.
До этого вопросов с одеждой как-то даже не возникало. Все тут носят одежду исключительно по собственной необходимости или своим представлениям о ней.
– От меня так плохо пахнет? – удивился я его неявно высказанной претензии.
– Нет. – Капитан все же умыкнул полную тарелку и достал откуда-то снизу свою собственную ложку. – Я-то видел тебя в деле, и меня все устраивает. Но незнакомые люди часто теряются, когда впервые начинают общаться с тобой, так как невозможно определить твой формальный и реальный статус. По надетому на тебя сейчас тряпью – ты самый обычный разбогатевший искатель, причем странный. Это лишь отпугивает одних людей и привлекает ненужное внимание других. Если ты буси – требуется носить балахон с признаками умений и отображением заслуг, если воин – то видимые всем доспехи и оружие или же, если нет ни того ни другого, – специальный воинский плащ с символикой отрядной принадлежности. – Закончив говорить, капитан стал быстро истреблять содержимое тарелки, а я крепко задумался.
Посему выходило – недавние попытки нападений на меня в трущобах вызваны исключительно внешним видом. Выглядишь как богатый лох, позабывший нанять серьезную охрану, – давай делись добром с правильными пацанами! Не хочешь делиться – получи, фашист, гранату, вернее, арбалетный болт в печень. Все правильно, традиции здесь такие, веками освященные. Да и общаются со мной по большей части как с простым искателем, причем даже знающие мой реальный статус и боевые возможности. К примеру, капитан Тук не стесняется утаскивать еду прямо из-под носа. Еды-то не жалко, но сложившееся положение негативно влияет на общую безопасность, а вот к ней стоит отнестись уже вполне серьезно.
– Давай сюда свои рекомендации… – внимательно посмотрел я на собеседника, вновь приступая к поглощению содержимого своей тарелки.
– Понимаю, ты хочешь скрывать свои умения в деле подчинения сил, а потому принципиально не носишь балахонов буси, но тогда хотя бы кольчугу хорошую надень. – Тук пытался говорить с набитым ртом, и мне не всегда удавалось сразу понимать сказанные им слова. – Еще стоит кинжал на поясе впереди держать, одного меча для придания должного вида воина мало, а на высокостатусную личность с большим престижем ты пока не очень тянешь.
– Мне всегда именно в таком виде придется ходить, дабы удовлетворять чьи-то представления и ожидания? – Всякие подобные «обязательства» далеко не лучшим образом отзывались на моем настроении.
– Нет, – Тук покачал головой, развеивая выразившееся на моем лице явное недовольство. – Только когда один ходишь в городе или принимаешь новых людей, – добавил он, прожевав.
– Хорошо, я тебя услышал – приглашай людей, когда переоденусь и спущусь. – Я встал из-за стола и, отобрав свой фужер обратно, пошел переодеваться к себе наверх.
Особо выбирать мне не из чего, балахона магов попугайской расцветки на себе даже представить не мог, плюс требовалось разобраться в сочетании цветов и полос, так как это, оказывается, что-то реально значит, о чем пока даже самых общих представлений не озаботился собрать. Оставался образ воина, для создания которого придется надевать кольчугу. Можно надеть кольчугу Марины, благо она сейчас ходит даже по городу исключительно в легком платье, сильно смущая своим видом случайных прохожих, используя в качестве внешней защиты свою репутацию Ведьмы. Именно потому, что ее видели в той кольчуге раньше, мне надевать ту кольчугу и не стоит – больно приметная вещица, подобных кольчуг тут пока больше ни у кого не видел. Остается недавний подарок мертвого воина, нашедшего свой вечный покой у корней дерева-стража.
Золотистая практически невесомая броня повисла на мне самым обыкновенным мешком, а не подобралась, плотно обтягивая тело, как это делали иные кольчуги на телах других воинов. Даже самые обыкновенные серые кольчуги, судя по всему, имели встроенный механизм плотного обтягивания, действующий за счет подчиненных сил в нескольких рядах своих колец. Тут же ничего подобного не наблюдалось. Пришлось разбираться, привлекая к делу магические способности. Первое впечатление меня не подвело: эта броня оказалась очередным амулетом с узнаваемым авторством древних мастеров. Привязка пользователя тут полностью отсутствовала, зато требовалось напитать систему своей жизненной силой. Да-да, ничего подобного мне раньше не попадалось, и выяснилось это свойство чисто случайно, когда пытался просмотреть вязь подчиненных сил взглядом силы. Обычный взгляд кольчуга полностью выталкивала и размывала, делая это гораздо эффективнее сети для ловли опытных магов, но не мешая мне впитывать Дыхание Мира через себя. Когда же вложил в свой взгляд частичку себя, он сразу же провалился в золотистый металл. Ощутив нечто знакомое, влил в него еще небольшую порцию, отметив, как энергия мгновенно растекается сразу по всем кольцам. Кольца стали слегка скользить друг относительно друга, обеспечивая тот самый эффект обтягивания тела, но для полного соответствия энергии пока не хватало. Поняв основную идею, влил в металл добрую половину имеющегося в моем теле ночного подарка от «девушек престижа», придерживая свой собственный запас. Судя по всему, кольчуга способна впитать значительно бо́льшие объемы жизненной энергии, но и влитого в нее хватило, чтобы она сразу сформировала вокруг моего тела силовой каркас какой-то невидимой энергетической брони. Втянул жизненную силу из металла в себя, и кольчуга опять безвольно обвисла, превратившись в обычный мешок. Благодаря такому эффекту ее можно легко снимать, как обычный свитер, в отличие от иных подобных изделий, для избавления от которых приходится приложить немало сил.
Придав себе самый подобающий вид, опоясавшись широким ремнем с мечом и кинжалом, спустился вниз встречать вечерних посетителей, пожелавших влиться в наш дружный коллектив.
Мой новый прикид вызвал совершенно неоднозначную реакцию у капитана Тука, благополучно уничтожившего все оставленные запасы готовой еды методом самого обыкновенного пожирания за время моего недолгого отсутствия.
– Ничего получше у тебя явно не нашлось? – Судя по направленному в мою сторону взгляду, кольчуга на мне ему совсем не понравилась.
– Что тебя не устраивает? – Я окинул себя взглядом сверху вниз, выискивая какой-то невидимый изъян.