– Неа. Если человек твой, ты сразу это понимаешь. Как-то так, да? – Долли икнула и рассмеялась. – Моим родителям потребовалось всего пара горячих секунд, чтобы принять решение о женитьбе. У меня было также. Мне и в самом деле кажется, что у Дженнингсов это в крови.
– Но ты не замужем, – заметила я и захихикала. Смех показался мне больше похожим на похрюкивание, отчего я рассмеялась еще громче.
– Я была бы, если бы папочка малыша так не тормозил, – Долли драматично закатила глаза. Вскоре «папочка малыша» подвинулся к ней еще немного. Время от времени он подбирался все ближе и, думаю, вряд ли осознавал, что уже почти прижался к Долли. Весь его вид показывал яснее некуда, что никто из посетителей бара не сможет даже попытаться с ней заговорить. Сам он к ней не приближался, однако, судя по всему, не собирался никого подпускать.
Долли сдула с лица волосы, и я не смогла сдержать смех. Такими темпами с утра мой живот будет ужасно болеть. И от смеха, и от выпивки.
– Я думаю, Блэйк удивительный. Как бы мне хотелось его объездить.
– Притормози. Слишком много подробностей, Лучи, – заявила Долли и жестом велела мне остановиться. – Скажу только одно: я ни разу не видела, чтобы он за кем-нибудь ухаживал. Не то чтобы женщины не пытались, однако он никогда не отвечал взаимностью. Но ты, ох, к тебе он, похоже, испытывает нечто большее.
Начав что-то говорить, я выпрямилась, но из-за выпитой текилы и чересчур резкого движения в голове все поплыло. Когда я попыталась встать со стула, кто-то крепко схватил меня за руку и удержал от падения на пол.
Почувствовав, как в моем животе что-то сжалось, я подняла глаза на незнакомца.
– Я держу тебя, детка, – мужчина притянул меня еще ближе. – Давай потанцуем.
Его дыхание с явным запахом виски ударило мне в нос, вызывая тошноту. Следом я ощутила зловоние табака, и мне оставалось лишь гадать, сколько еще я смогу удерживать в себе выпитый алкоголь. Мужчина встал напротив меня, и я попыталась отстраниться, желая оказаться от него как можно дальше. Но он обхватил ладонями мои руки.
– Убери от меня свои руки...
Прежде чем мне удалось закончить предложение, мужчина освободил меня, и я оказалась в полной безопасности около Долли. Передо мной стоял Блэйк, и я услышала глухие стуки удара и последующего падения тела на пол. Незнакомец потерял сознание. Группа перестала играть, и я заметила, как Блэйк пытается отдышаться. Его плечи поднимались и опадали, пока он смотрел вниз на то, что сотворил.
– Святое дерьмо. Никогда не видела, чтобы Блэйк настолько выходил из себя, – услышала я слова Долли. – Хорошо же ты его зацепила, – на последних словах она захихикала. Но я даже не посмотрела на нее, будучи не в силах отвести взгляд от Блэйка.
В комнате стояла гробовая тишина, и все посетители смотрели на Дженнингса. Когда он повернулся ко мне лицом, я увидела в его глазах следы ярости, но она была направлена не на меня. Когда он протянул руку, я без тени сомнения шагнула ему навстречу, зная, что он поможет мне почувствовать себя лучше. Одно лишь его присутствие успокаивало меня, сродни чувству, когда приходишь домой, и тебе сразу становится хорошо. Может, я и выпила больше, чем следовало, но мое тело явно знало, где ему безопаснее всего.
– Джимми. О том, что ты их обслуживал, мы поговорим позже, – произнес Блэйк поверх моей головы.
Я оглянулась на Долли и заметила, что рядом с ней стоит парень, к которому она подходила ранее.
– Я довезу Долли до дома, Блэйк. И удостоверюсь, что она в безопасности.
– Спасибо, Брэндон. Буду признателен, – ответил Блэйк, и я заметила, как Долли скрестила руки. – Уверен, что тебе по пути?
– Да, все в порядке. Что угодно, лишь бы отвлечься от ранчо Джонсонов. Ты же знаешь, какая она, эта Джун, – Брэндон закатил глаза, а Долли поморщилась при упоминании девушки – Джун. Мужчина приобнял ее, и они пошли прочь.
– Позволь мне отвезти тебя домой, – произнес Блэйк, заставив меня вновь сосредоточить на нем.
– Ага. Думаю, я уже достаточно повеселилась на сегодня, – я бросила взгляд на валяющегося на полу парня. Он так и не очнулся. Никто не подошел помочь ему, и не сказать, что я его жалела. Группа, как ни в чем не бывало, вновь начала играть. Слава богу, Блэйк подоспел вовремя.
К моему удивлению, он подхватил меня на руки и прижал к своей груди, отчего я окунулась в родной запах кожи и солнца. Он остановил головокружение, и я почувствовала такую усталость, что просто не могла и дальше удерживать глаза открытыми.
На самом деле, я не смогла их открыть, пока не почувствовала, как Блэйк опять подхватил меня и поднял на руки. Тогда я осознала, что мы вернулись на ранчо, и он аккуратно вносит меня в дом.
– Я чувствую себя не очень хорошо, Блэйк. Ты можешь немного полежать со мной? – я не знала, откуда взялась эта дерзость, но каждое произнесенное слово было правдой. Текила ударила мне в голову, и я не желала оставаться в одиночестве. Кроме того, я не сомневалась, что Блэйк хотел того же.
Я напивалась всего раз в жизни, когда мы с Фернандой украли бутылку джина из винного погреба отца, и тогда после целого дня тошноты поклялась, что больше не возьму в рот ни капли спиртного. Но, кажется, я не слишком-то хорошо усвоила урок.
– Я и не планировал оставлять тебя одну этой ночью, Лучи, – то, как Блэйк произнес мое прозвище, вызвало у меня улыбку. Его сегодняшняя ревность сказала мне кое-что наверняка. Он хотел меня. Все утверждали, что Блэйк самый спокойный и веселый из братьев Дженнингс, но сегодня он сорвался. Ему явно не понравилось, что другой мужчина прикасался ко мне, и в глубине души я это оценила. Я пробуждала в нем страсть, и Блэйк влиял на меня точно так же. Он заставлял испытывать то, чего я никогда в своей жизни не чувствовала.
– Никто кроме тебя не смеет называть меня Лучи, – пробормотала я ему в грудь. Мои веки отяжелели, и я позволила Блэйку позаботиться обо мне.
Но прежде чем меня окончательно сморило, я успела почувствовать прикосновение его губ к моему лбу.
– Очень скоро я назову тебя не только так.
ГЛАВА 9
Блэйк
– О Боже, ты обнажена?
Я закрыл глаза, а затем опять открыл их в попытке убедиться, что не сплю. Раньше у меня уже бывали проблемные сны такого рода. Ее кожа сияла в льющемся из окна лунном свете. Волосы Лучианы были распущенны, обрамляя ее лицо. Она залилась нежным гортанным смехом, а затем наклонилась и прижалась ко мне нагим телом. Я мысленно проклял себя за то, что ложась в постель прошлой ночью, не догадался снять рубашку. В тот момент я думал лишь о том, как бы забраться на кровать и обнять Лучиану.
Я считал, что чем больше слоев ткани будет разделять нас, тем лучше. Но теперь засомневался в своих решениях. Черт возьми, было полнейшей неожиданностью проснуться и увидеть, как моя женщина меня оседлала. Обнаженная. На самом деле я ожидал проснуться рядом с ведьмой, взбесившейся от того, что я ворвался в бар и подрался с тем, кто осмелился к ней прикоснуться.
Будто прочитав мои мысли, Лучиана скользнула руками под мою рубашку и приподняла ее. За ладонями последовали губы, начавшие прокладывать дорожку из нежных поцелуев вверх по моему телу. Сначала они были робкими, но с каждым следующим касанием все дольше задерживались на коже, а язык Лучианы принялся пробовать меня на вкус. Я протянул руку и попытался собрать в ладонь как можно больше ее густых волос. Ведь я мечтал об этом с того момента, как только увидел Лучи.
– Скажи, что я не сплю, – в моих словах прозвучала боль. В ответ Лучи слегка укусила меня за грудь, заставив немного дернуться. Я крепко зажмурился, сдерживая свою разрядку. Честно говоря, мне не впервой просыпаться из-за фантазий об объезжающей меня Лучи и обнаруживать на своем животе следы спермы.
– Разве это столь же хорошо, как сон? – она взглянула на меня, и я возненавидел темноту комнаты за невозможность как следует разглядеть смотрящие на меня глаза. Обхватив второй рукой остальные пряди Лучи, я потянул ее на себя. Я приподнялся ей навстречу, и наши губы встретились на полпути, словно мы целовали друг друга всю нашу жизнь.
Лучиана застонала, и я совершенно потерял контроль. Я перевернул ее на спину и подмял под себя прежде, чем смог осознать движения собственного тела. Я просто не мог остановиться. Углубив поцелуй, я желал оказаться внутри нее настолько глубоко, насколько смогу. Хотел попробовать на вкус каждый ее дюйм. Нуждался в ней больше, чем когда-либо в ком-либо.
Лучиана прижалась ко мне всем телом, ясно давая понять, чего жаждет. Я отстранился и окинул ее взглядом. Она лежала с широко распахнутыми глазами, а когда я увидел под собой ее наготу, то понял, что погиб.
– Más6, – пробормотала она, умоляя о большем. Затем Лучиана, постанывая, стала извиваться подо мной. Я задумался, была ли она до сих пор немного пьяна. Ведь мы проспали всего несколько часов. А мне хотелось, чтобы она навсегда запомнила наш первый раз, однако даже сейчас я мог подарить Лучи то, чего жаждало ее тело.
– Я нашел тебя, mi alma7, – она ахнула, когда я назвал ее своей душой. – Я знаю, что тебе нужно, и более чем готов тебе это дать.
Я обхватил губами сосок Лучианы, и она запустила пальцы мне в волосы. Пососав и лизнув твердую вершину, я перешел ко второй груди. Мои ладони путешествовали по всему ее телу, желая коснуться каждого миллиметра восхитительной плоти.
От звука моего имени, вырвавшегося у Лучианы вместе со стоном, на головке проступила капля семени. Член молил разрешить ему наполнить Лучи, но время еще не пришло. Моя сладкая Лучиана. Ее счастье стояло для меня на первом месте, и я бы подарил ей что угодно, лишь бы она нуждалась во мне. Я хотел, чтобы Лучиана жаждала моих прикосновений. Хотел привязать к себе так крепко, чтобы она никогда не пожелала уехать.
Спускаясь по ее телу, я проложил дорожку из поцелуев такую же, как она подарила мне. Ноги Лучи были ш