– Мне плохо, мне не хватает мамы, – плакала девочка.
«Бедная… Ей не хватает не только мамы, но и друзей», – гладила ее по голове Снежанна.
– Успокойся, а то я теряюсь, у меня же нет детей, чтобы я их так хорошо знала и могла успокаивать.
– Вы же педагог! – сквозь слезы проговорила Злата.
– Вот именно! Педагог. И ученики не рыдали у меня на плече. Я вот что хочу сказать тебе, Злата. Если ты хочешь чем-то поделиться, то я всегда готова тебя выслушать.
– Вы же всего лишь педагог! – заупрямилась девочка, но слезы уже стали высыхать на ее щеках.
– Я могу быть твоим другом, – предложила Снежанна, причем абсолютно искренне.
– А если отец прекратит платить тебе деньги, ты останешься моим другом? – невзначай спросила девочка.
– Так вот что тебя коробило, когда ты все время напоминала, что твой отец платит мне деньги. Ты думаешь, что с тобой можно общаться только за деньги? Дурочка! Ты очень умная и интересная девочка, и я бы с удовольствием продолжила с тобой общение, даже после того как перестану быть твоим учителем.
– Честно?
– Хоть на детекторе лжи проверяй! – кивнула Снежанна.
Девочка улыбнулась, но тут же улыбка слетела с лица, словно ее сдули легким ветерком.
– Отец не даст мне и с вами общаться, все равно не даст… Он ни с кем не разрешает мне общаться… – снова завелась девочка.
– Хватит об этом! – прервала ее Снежанна, безумно ее жалея и понимая, что ничем не может ей помочь.
«А я ведь тоже поступаю если не подло, то уж точно нечестно, – подумала Снежанна, – внушаю девочке, что ее отец – молодец, а сама уж пустилась в какую-то авантюру, явно намеченную против Всеволода Владимировича».
– Отец хочет меня в скором времени отправить за границу, вы знаете? – спросила Злата.
– Он сказал мне.
– Он хочет избавиться от меня, – снова заплакала девочка.
– А если посмотреть на этот отъезд с другой точки зрения? Нельзя быть такой пессимисткой!
– Это с какой такой точки зрения? – Злата исподлобья посмотрела на свою учительницу.
– Ты получишь хорошее образование, сможешь быть самостоятельной, прилично зарабатывать. Сейчас ты еще маленькая, но поверь мне, это очень важно. А потом, – подмигнула ей Снежанна, – ты же уедешь из этого дома, вырвешься из-под такой сверхопеки и сможешь завести друзей.
Девочка покачала головой.
– Папа убил маму.
Снежанна оторопела.
– Что ты говоришь? Зачем ты так?
– Мама ушла, потому что не смогла с ним жить, – пояснила девочка.
– Дорогая моя Злата, нельзя бросаться такими словами. Ты не можешь знать до конца, что произошло между твоими родителями, это сугубо их личное дело.
– Если бы я была большая, я бы обязательно ушла от отца, что мама и сделала. Я не пойму одного – почему она не взяла меня? Она же знала, что мне будет плохо!
По большому счету Снежанна не знала, что ответить девочке, но она все же постаралась ее успокоить.
– Даже если это и так, твоя мама уходила в никуда, я тебе как взрослая женщина говорю, нереально взять с собой ребенка из обеспеченного дома туда, сама не знаешь куда.
– А почему, когда она уже устроилась на новом месте, она не вернулась за мной? – задала вполне справедливый вопрос девочка.
– Я не знаю… – честно ответила Снежанна. Она подошла к большому окну и посмотрела на улицу.
Большой двор дома Всеволода Владимировича был полностью укрыт белым снегом. Сугробы поражали своей чистотой. Один-единственный мужчина в джинсах и куртке-аляске темно-оливкового цвета расчищал дорожки большой лопатой. Снежанна сразу же узнала Дмитрия.
– А что, ваш садовник работает по совместительству и дворником? – перевела она разговор в другое русло.
Злата рассмеялась.
– Что тебя так рассмешило? – покраснела Снежанна.
– Вы уже пятая женщина, кто спрашивает меня о нем. Правда, он очень красивый?
– Ну…
– Он похож на принца? Вы обещали говорить мне правду! Мы же друзья! – напомнила девочка.
– Похож… – согласилась Снежанна, – только настоящий принц прекрасен не только снаружи, но и внутри.
– Дима хороший, я знаю. У него добрые глаза, и он единственный, кто ко мне хорошо относится!
– Ты общаешься с ним? – удивилась Снежанна.
– Иногда мы разговариваем, когда никто не видит.
– Но это не совсем хорошо… ты понимаешь? Маленькая девочка и взрослый мужчина общаются тайком! – возмутилась Снежанна.
– Я не маленькая, и я понимаю, что ты имеешь в виду! Дима никогда не приставал ко мне!
– Ну хорошо, Злата, успокойся. Я могу доверить тебе один секрет?
– Конечно, мы же друзья! – ожила девочка.
– Ты сможешь сегодня тайком передать Дмитрию записку от меня?
– Вы назначаете ему свидание?! – зажглись огнем глаза девочки.
– Почти, – уклончиво ответила Снежанна, прекрасно понимая, что девочка в лепешку разобьется, но выполнит ее просьбу.
Снежанна села за письменный стол Златы, взяла красную ручку, лист бумаги и широким, размашистым почерком написала следующее послание:
«Уважаемый Дмитрий! Ваше обаяние безгранично, и все же я требую объяснений. Если сегодня ровно в восемь Вы не придете в кафе “Минутка” и я не узнаю, в чем будет заключаться наша ответственная миссия, завтра я не выполню Вашу просьбу. Итак, ровно в восемь часов я буду Вас ждать. Нам надо серьезно поговорить. Снежанна».
– Вот. – Снежанна сложила бумагу и передала ее Злате. – Я надеюсь на тебя.
– Я передам, – кивнула девочка, лукаво смотря на Снежанну. – А вы знаете, что Дмитрий два месяца работал в доме напротив, я видела его там. Потом супружеская пара, жившая там, уехала на полгода в Австрию, а Дима устроился к нам. Он не сказал отцу, что работал напротив, а я не выдала его. – Девочка светилась своей важностью.
Снежанна не знала, что ей дает эта информация, но то, что происходит что-то странное и нехорошее, она уже поняла.
Стрелка часов неумолимо приближалась к восьми часам, и Снежанна начинала нервничать все больше и больше. Она сидела в кафе «Минутка» и ждала этого странного свидания, которое было призвано прояснить многие возникшие у нее вопросы.
Кафе находилось недалеко от ее дома, поэтому она и назначила в нем встречу. Снежанна иногда сюда забегала перекусить, когда не готовила дома. Ее уже знали в кафе и принимали, как постоянного клиента, очень радушно.
Обстановка в «Минутке» была очень домашняя, уютная, и не последнюю роль в этом играл настоящий камин, в котором и сейчас потрескивали дровишки. Снежанна сидела за одним из столиков, располагающихся в нише, где царила атмосфера тишины и где можно было спокойно поговорить.
Оделась она в удобные полушерстяные брюки оранжевого цвета, идущие под ее короткий полушубок из рыжей лисы, и светло-кремовый джемпер с золотым рисунком.
Дмитрий вошел в кафе ровно в восемь часов. Он снял куртку и остался в черной водолазке и джинсах. На ногах у него были очень дорогие черные ботинки. Снежанна отметила, что черный цвет абсолютно не убивает его, а чертовски идет. На волнистых волосах поблескивали снежинки.
«Принц… Как есть принц…» – вздохнула она.
– Добрый вечер, Снежанна. Я получил ваше секретное послание и понял, что не могу не прийти. Вы умеете вести дела. Другого выбора вы мне не оставили.
– Да, на свидание со мной можно ходить только под дулом пистолета, – усмехнулась Снежанна.
– Я не это имел в виду, – несколько смутился Дмитрий.
– Что будете заказывать? – подошла к ним официантка и уставилась на Дмитрия.
– Мне фри с киевской котлетой, греческий салат и ноль пять вашего пива, – разошлась Снежанна, сама себя не узнавая.
– Ого! – поднял брови Дмитрий. – Я-то думал леди Пинкертон закажет кофе.
– Я есть хочу, да и разговор у нас будет долгий, – прищурила глаза Снежанна.
– Тогда доверяю вашему выбору, принесите и мне то же самое, – ослепительно улыбнулся официантке Дмитрий.
Девушка удалилась. Дима перевел взгляд на Снежанну.
– Люблю женщин, не заботящихся о своей талии.
– А я люблю ясность в отношениях. Кто вы, мистер?
– Дмитрий, садовник, – улыбнулся он.
– А я вот сейчас этим пальчиком наберу на телефоне ноль два и сообщу определенным органам, что один мужчина два месяца наблюдал за одной маленькой девочкой, а потом обманом устроился в дом ее отца и стал с ней тайно встречаться. Что? Поняли, что запертую в четырех стенах девочку легко обвести вокруг пальца? – в лоб спросила она его.
Дима рассмеялся.
– Так вы подозреваете меня в педофилии? Считаете обманщиком? Можно узнать почему.
– Вы такой же садовник, как я киллер. То, что вы два месяца жили в доме напротив, мне сказала Злата.
– Два с половиной, – поправил ее Дима. – Моя беда – запоминающаяся внешность.
– Вот именно. Мужчина с такой внешностью скорее пристроится в жиголо, чем возьмет в руки лопату дворника.
– Может, у меня высокие моральные принципы?
– Бросьте! А то, как вы профессионально сервировали стол? Вряд ли обычный садовник разбирается в таких тонкостях.
– Вас не проведешь… Вы чертовски умная и наблюдательная женщина, – ответил Дима и внезапно посерьезнел. – Хотите знать правду? Я расскажу вам все. Только сначала скажите, как вы относитесь к Шубину. Мне показалось, что он вам неприятен.
– Омерзительный тип.
– Но и мне вы не доверяете?
– Нисколько, – согласилась Снежанна.
– Почему тогда согласились на мою просьбу?
– Слишком убедительны вы были и все то же чертовское обаяние, – ответила она. – И еще, я горой встану за Злату.
– Я тоже. Не бойтесь, я не совращаю ее. Она – единственный мой родственник. Ее мать, Марика, была моей родной сестрой, я – дядя Златы.
Снежанна во все глаза смотрела на него, потеряв дар речи. Тысячи вопросов крутились у нее в голове, но в это время официантка принесла заказ, и Снежанна ждала, пока та уйдет и они останутся с Дмитрием вдвоем.
– Так вы следили за Шубиным…