чинает отбиваться и теперь он спиной к Илаю. Нейман буквально седлает его. Он в ярости. Он на изломе. Его удары четкие, они бьют прямо в лицо, которое пытается закрыть Скала. Лицо, ребра, лицо. Ему больно. Но Илай не останавливается. Кровь заливает его лицо и глаза, но Илай не чувствует боли. Сейчас не чувствует. Она во мне. И ее так много – меня бросает то в озноб, то в жар. Я жадно удерживаю ее. Она не должна тормозить его. Ни за что не должна.
Скала падает овощем. Он бьет по татами рукой и это невыносимо… это слишком сильно и громко для меня. Мой сосуд полон и я не могу чувствовать ничего. А они могут. Они кричат имя Илая, они воют, поют, ревут! В клеть влетает Потап и Лука, я вижу Остапа. Они берут под руки Илая, потому что стоять ровно ему сложно. Нейман-младший отталкивает их.
Кто-то скажет, что он на адреналине. Кто-то назовет его монстром и машиной для убийства. Он – чемпион. И это самое главное. А я чувствую, что меня накрывает. Не могу ни секундой больше.
– Прости… – встаю на дрожащие от боли ноги, голос хриплый и сиплый. Я иду по проходу, меня толкают, но мне нужен воздух. Мне нужно быть там.
Выбегаю на задний двор. Легкие со свистом вдыхают кислород и меня выворачивает. Прямо на газон у здания. Снова и снова накатывает волной и все выходит наружу. Прислоняюсь к стене, пытаясь прийти в себя. Дотрагиваюсь до лба – ледяной. Она уходит. Боль. Отпускает медленно, нехотя. Словно не хочет расставаться со мной. А я дезориентированная остаюсь стоять у здания.
Что это было? Сама не могу объяснить. Из дверей выходит Остап. Осмотревшись по сторонам, замечает меня.
– Там Илай тебя ищет. Ты в порядке?
Он смотрит на безобразное пятно на газоне. Я кривлюсь.
– Воды бы, – хриплый голос. Горло будто наждачкой подранное.
Мужчина протягивает бутылку. Делаю жадный глоток, попускает.
– Выиграл?
– Выиграл. Но сейчас убьет кого-нибудь и сядет, если ты не придешь.
Киваю.
– Идем.
***
В раздевалке снова не протолкнуться. Незнакомые мне мужчины и девушки. Уровень тревожности поднимается до предела, но я старательно давлю в себе порывы убежать отсюда.
Остап заходит первым и я не успеваю сделать и шаг, как меня практически ловит Лука.
– Эй, цыпленок, ты это видела?!
Я не знаю, что меня больше вводит в смущение: то, что мужчина буквально держит меня в руках, или его наполненный счастьем взгляд. Лука так смотрит на меня, будто это и моя победа тоже.
– Конечно видела, – смеюсь, хлопая ему по плечу. Мужчина словно в себя приходит. Кивает, ставя меня обратно на пол.
– Там Катя уже во дворе. Если не поспешишь, уедет.
Лука задумчиво трет затылок. А потом, будто собственным мыслям кивает.
– Окей. Но я скоро буду. Никуда чемпиона не отпускай.
Как только Лука исчезает из комнаты, я осматриваюсь по сторонам. Замечаю Палача возле той же лавочки, где сидел Илай до боя. Рядом с ним на столе восседает Юля. Когда она видит меня, досадно закатывает глаза. Но сейчас мне плевать на нее. Я иду прямо к нему, окруженному врачами.
Док зашивает ему рану на лбу. Илай молчит, но я вижу, как его пальцы вжимаются в бедра.
Первое, что я делаю – накрываю его плечо ладонью. Оно горячее и мокрое. От Илая пахнет адреналином и злостью. Ни с чем не спутаешь этот запах – от него лихорадит.
Нейман вздрагивает от моих пальцев, а в следующую секунду его каменно-напряженное тело вдруг расслабляется. Он поднимает голову, видит меня. Молчит. Его рука оплетает мою талию и прижимает к себе. И пока док дошивает его рану, он просто смотрит на меня, растворяясь в моих глазах.
– Все, завтра на перевязку подъедешь, – врач заклеивает шов пластырем и убирает свои инструменты в чемоданчик.
– Ты как? – слетает хриплое с его губ. Я киваю, улыбнувшись. Хотя чувствую себя в шаге от катастрофы.
Он тянется ладонью, подцепляет мой подбородок.
– Иди сюда, – Илай хочет поцеловать меня. Но здесь так много людей! Его губы касаются меня. Обнимаю его, понимая, что сейчас расплачусь. Просто взорвусь от того, как много эмоций внутри.
– Эй, голубки, выдвигаемся! – раздается за спиной голос Луки. И когда он успел вернуться?
– Брат. Жду вас у себя на даче.
Я отстраняюсь, чувствуя себя смущенно.
– Илай, ты молодец, – Палач протягивает ему руку, а Нейман пожимает ее, так и не выпуская меня из рук. Все это время Потап не сводит с нас напряженного взгляда. И мне не нравится то, как много внимания он уделяет нам.
– Юль, ты идешь? – спрашивает Нейман старший. Девушка кивает, забирая сумочку со стола. Но от меня не ускользает тот холод, с которым она смотрит на Палача.
– Я сейчас подойду.
Потап растерян. Но не давит на нее.
– Илай, завтра выходной. А в среду жду тебя в зале как обычно.
Потап выходит из раздевалки. И когда мы остаемся одни, Юля приближается к нам.
– Мы можем поговорить? Наедине? – она смотрит на меня со злостью.
Я киваю. У меня начинает звонит телефон.
– Говори так, Юль… – Илай удерживает меня. – Она никуда не уйдет.
– Все нормально, я поговорю и приду, хорошо? – показываю ему на телефон. Он хмурится.
– Две секунды, цыпленок. Не больше…
Когда Илай наконец-то выпускает меня из рук, я направляюсь к дверям. Сердце выдает под сто сорок. Я принимаю вызов и даже вздохнуть боюсь от волнения.
– Алло… – подношу телефон к уху и от услышанного в груди леденеет все.
Глава 24. Когда твоя девушка ушла
Она выходит, а я места себе не могу найти. Все тело – долбанный фарш, перекрученный на мясорубке. Но когда она рядом – ничего не болит.
– Что у тебя, Юль? Говори быстрее, меня ждут, – кривлюсь, сползая со стола. Этот ублюдок хорошо меня отделал. В какой-то момент даже я потерял надежу. Думал, уже все… Когда лежал на татами в захвате, когда в глазах темнело, зацепился за глаза ее синие… Только их видел среди океана ненужных лиц, только к ней тянулся. После того, как нокаутировал Скалу, столько сил появилось. Было такое ощущение, что еще несколько боев могу простоять.
Эта победа – как глоток свежего воздуха после долгих лет нахождения в затхлом пространстве. Я все еще могу. Все еще в строю. И это, мать его, лучший мотиватор.
– Илай, помоги мне помириться с Потапом.
Я усмехнулся. Запихнул наушники с плеером в сумку, посмотрел на нее. Волосы на пальцы крутит, строит из себя пай девочку. Уверенная в себе на двести процентов. Считает, что весь мир перед ней на коленях должен быть.
– Насколько я понял, вы и так прекрасно разговариваете. Я то тебе зачем?
– Мы разговариваем. Но мне нужно, чтобы он с ребенком смирился. Я хочу, чтобы ты позвал его на тусовку сегодняшнюю. И напоил.
– Я сам не пью, как его напою? Да и все равно не пойму, нахрена такие сложности?
Она злится. Вижу это по тому, как недовольно губы дует, как взгляд в сторону отводит. Изучил ее за это время «от» и «до». Кого угодно проведет, но не меня.
– Потому что трезвым он не станет нормально говорить. Все сойдется к скандалу. Потап уверен, что я на аборт пойду.
– А ты не хочешь?
– Нет. Я хочу родить этого ребенка.
Я потянулся к дверце. Слишком долго нет цыпленка. Юля перегородила путь.
– Ну так что, ты поможешь?
Сжал пальцами переносицу. Ей богу, она достала уже.
– Только для того, чтобы ты отвалила.
Не стал дожидаться ответа. Вышел в коридор и осмотрелся. Он был пустым. В груди стянуло от тревожного предчувствия. Направился к выходу.
На улице у входа была припаркована тачка Луки.
– Эй, брат. Цыпленка не видел?
Подошел к его Роверу. Лука нахмурился, зажав в зубах сигарету.
– Так она уехала на такси. Сказала, ты в курсе, – друг пожал плечами.
Пеленой застилает. Набираю ее номер. Сбрасывает.
– Какого хрена?!
Перед глазами плывет все. Мне приходится сжать глазницы пальцами, чтобы немного прийти в себя.
– Брат… – слышу голос Луки.
В этот момент на телефон приходит сообщение.
Цыпленок.
«Прости, пришлось срочно уехать. Еще раз поздравляю с победой! На вечеринку вернуться не успею. Увидимся завтра. Нинель»
Она издевается?! Пишет так, будто мы просто знакомые и я, бл*ть, не имею права знать, куда она уехала?! Ушла, даже не попрощавшись! Если бы подошла и сказала, что уйти хочет – х*р бы куда отпустил ее одну…
Поднимаю глаза к Луке.
– Где Катя?
Он косится в сторону тачку. Цепляю взглядом в машине ее подругу. Срываюсь туда.
– Эй, ты аккуратнее! – кричит Лука.
– Где она?! – из горла вырывается рык. Катя замирает, напряженно смотрит на меня.
– Ты о ком?
– Не строй из себя дуру! Подруга твоя где?
Ее удивленное выражение лица бесит меня.
– Здесь была…
– Уехала. Срочно. Куда могла уехать? У нее есть кто-то?
Догадки, одна дерьмовее другой, лезут в голову. Я сейчас так зол, готов просто нахр*н поубивать всех.
– Да не знаю я ничего. Приедет, сам у нее спроси. Я то тут при чем?!
– Ты глухая или тупая?! Я спросил, куда она могла уехать?!
– Эй, бро! – за плечо дергает Лука. Разворачиваюсь, а дальше все происходит само собой. Рука взлетает в воздух, а Лука не успевает увернуться.
– Твою мать! Ты совсем с катушек съехал?! – ревет, держась за ушибленную скулу. Поднимается с асфальта, трясет головой, а у меня только сейчас пелена спадает.
– Бл*ть…
Он делает резкий рывок и берет меня в захват. Пытаюсь вырваться, но гаденыш крепко держит меня.
– Короче так, едем, бухаем, – рычит на ухо, сдавливая горло. – Никаких драк и подобного дерьма, все понял?
Я пытаюсь освободиться, но не выходит. Чувствую себя никчемным овощем.
– Тебе нужно сбросить пар.
Лука отпускает, а я отталкиваю его. Забираю с земли сумку и телефон.
***
Я не пил несколько недель, а кажется, что с последней пьянки прошло не меньше года. Развезло знатно – даже взгляд не особо могу сфокусировать. По телу разливается тяжесть, мышцы тяжелые, слабые. Но это и к лучшему. Вместе с напряженностью ушла боль и злость.