— Оборотни не пользуются парфюмом, ведьмочка, у нас слишком чувствительное обоняние. А пахну я для тебя приятно, потому что когда мой зверь выбрал тебя в качестве пары, то он не только указал на самую лучшую самку, способную дать самое сильное потомство. Он указал на женщину, которой я подхожу. Которая сама может выбрать меня.
— И теперь что? Будем нюхать друг друга? — улыбнулась я.
— Ммм, нюхать, трогать, гладить, целовать… там большой список, если хочешь, скину тебе в сообщении полный перечень.
— Пожалуй, хочу. Артур, сколько времени?
— У нас ещё двадцать минут.
— Двадцать? — удивилась я. — Мне казалось, что прошло только полчаса.
— Если бы. Завтра я приеду в это же время, постарайся прийти.
— Я постараюсь. С понедельника начнутся занятия, мне дали расписание, там вообще ни минутки свободной нет.
— Скорее всего, мне никто и не даст приезжать каждый день. Эти два остолопа машиной даже не поинтересовались, но, возможно, на следующем дежурстве будет кто-то поумнее. Лейла, в любом случае я буду рядом. На расстоянии телефонного звонка. И ты сможешь поговорить со мной обо всём. Даже о том, что кажется стыдным, обидным, болезненным.
— Линия психологической помощи?
— Персональная.
— Почему ты думаешь, что всё будет так плохо? И откуда тебе вообще известно, как оно бывает?
— Что-то из рассказов некоторых ведьм, что-то из процессов в Трибунале, что-то из допросов. Наша жизнь как секрет в секрете, Лейла. Мы все живём втайне от людей, но, сверх того, у каждого втайне от своего вида есть и другая жизнь. Есть некоторые ведьмы, которые иногда имеют связи с оборотнями. По разным причинам. Кто-то пытается так выведать информацию, кто-то делает это назло, ведь нет большего протеста в ведьминском обществе, чем иметь связь с кем-то из нас, а кто-то просто любит острые ощущения. И истории, которые иногда до меня доходят, бывают разными.
— И что мне делать?
— Держаться. Три месяца, обретение контроля над даром — и ты свободна. Кстати, я хотел предложить оплатить твою учёбу. Вернее, даже попросить тебя об этом.
— Нет, Артур. У меня есть деньги, хватит даже на два семестра, потом что-то придумаю, если будет нужно. На данный момент я не хочу быть связанной ни трудовой отработкой, ни долгом. Пусть у меня останется хоть немного свободы. Завтра я позвоню Лене и попрошу забрать мои вещи со съёмной квартиры. Уволюсь с работы.
Он откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза.
— Знаешь, я всегда думал, что когда встречу пару, то я смогу дать ей всё. Деньги, любовь, нежность, секс, безопасность, прекрасный дом, детей, положение в нашей стае. Мне казалось, что я сильный оборотень, предводитель, лидер, что я обеспечен и смогу сделать свою женщину счастливой. И в итоге моя пара грустит у меня на груди, потому что из-за связи со мной её уже начали травить в школе, за которую я даже заплатить не могу. И, чтобы увидеть меня, она прячется в тонированной машине, добираясь до неё перебежками. И получается, что я не могу дать ничего, кроме телефона и чемодана её же вещей. Хороший щелчок по носу для самоуверенного оборотня, как ты считаешь?
— Я считаю, что ты даёшь ощущение, что я у меня есть поддержка. Это важно. Важнее всего остального на данном этапе, а потом мы посмотрим.
— Лейла, я привёз тебе кое-что, не знаю, поможет ли тебе это, но надеюсь, что да. Мне привезли это утренним рейсом. Смотри, во-первых, вот этот браслет — это защитный артефакт, сделанный вашими мастерами. Но просто так его нельзя надеть, нужно каким-то образом настроиться. Думаю, что тебе больше объяснят в школе, только лучше узнавай в теории, сам браслет не показывай, пока не активируешь. Возможно, среди преподавателей будет кто-то, у кого ты сможешь узнать достоверно. Дальше, вот эта книга, — он буквально впихнул мне в руки довольно потрёпанный томик в кожаной обложке, — старая, но довольно ценная. По ней учились ведьмы до революции, читать непросто со всеми этими ятями, но ты же филолог, разберёшься. И ещё, в чемодане сверху есть вещи, которые тебе могут понадобиться. Я покупал на свой вкус, надеюсь, что тебе понравится. Если понадобится что-то ещё, то скажи, и я постараюсь организовать. Посылку пришлю. Зарядка от телефона в кармане чемодана. Я приеду завтра, если меня пропустят.
— Хорошо. Спасибо, — я прижалась к его груди и чуть не разревелась, настолько сильно не хотелось уходить.
— Не за что, ведьмочка. Иди, если хочешь, я отвлеку провожатых, спрошу про то, выйдешь ты или нет. Пусть думают, что ты так и не пришла. Пусть потешатся. Может, завтра тоже захотят взглянуть на то, как оборотень волочится за ведьмой.
— Если ты думаешь, что так лучше.
Он переложил мой чемодан с пассажирского сиденья на заднее, засунул браслет и книгу во внешний карман, помог одеться, нежно поцеловал в губы и вышел из машины, направившись к часовым у входа.
Дождавшись, пока они обратят на него внимание, я вылезла наружу, оставив дверь машины приоткрытой, и припустила к зданию под прикрытие ближайшего угла. Только около своего окна перевела дух, заглянула в комнату, перекинула чемодан через подоконник и с трудом забралась сама, оцарапав коленки. Чёрт, придётся ходить в длинном, пока не заживут, а у меня только бриджи, одна длинная юбка и одни льняные штаны. Ладно, разберёмся. Оказавшись внутри, я быстро обработала ссадины, заклеила ранки пластырем, натянула штаны, захватила сумочку, умяла туда книжку с браслетом и кинулась к комнате, где должна была проходить моя практика. Успела в самый последний момент.
Глава 10О сомнительных методах обучения
На этот раз Злата со мной не разговаривала, лишь открыла дверь, неласково пихнула в спину, а затем заперла на ключ. И что, мне теперь тут до восьми вечера сидеть? А в туалет? В горшок, семечки удобрять?
Вот мразь! Наверное, хочет позабавиться, думает, что я буду тут биться в истерике. Не дождётся. Если ситуация станет критической, то воспользуюсь учительским комодом. Почувствовав солидарность со всеми запираемыми в квартирах кошками, я с трудом уняла желание наделать ведьме в тапки прямо сейчас. Остановило отсутствие тапок.
Вместо этого достала книжку и внимательно рассмотрела. Старая. Я бы даже сказала — древняя. Кожаный переплёт, металлические уголки, потёртые канты и корешок. Открыв первую страницу, я нашла список ведьм, которые по ней учились. Ведьмаков было только четверо, а ещё два десятка имён — женские. Почерки красивые, старинные, чуть расплывшиеся чернила, имена странные: Альбат, Вилард, Веда, Гела, Лада, Ирия… Даже странно видеть такие имена в дореволюционной книжке, скорей уж в современном столичном роддоме. Никаких тебе Илларионов или Платонов, хотя так называли только дворян. Архипов, Ермолаев, Агафий и Акулин тоже не было, видимо, именные разграничения касались не только привычных сословий мещан, дворян и крестьян[1].
Текст читался тяжело. Приходилось по несколько раз перечитывать предложение, а потом обдумывать, что в нём сказано. Но неожиданно книжка увлекла. Если я правильно поняла смысл и не ошиблась в том, что вежды — это веки, а выя — шея, то получалось, что колдовать нужно с открытыми глазами, фокусируясь на желании или нужде, обозначенной словом нужа. Представлять результат, как я пыталась сделать со свечкой, не нужно. Необходимо просто хотеть — очень сильно и концентрированно — определённого результата. Этот процесс красноречиво обозначили в тексте словом алкать.
Не очень понятно было, что за поза баженая[2], возможно блаженная? Но по смыслу не очень-то подходило. Не ясно, какая именно блаженная поза имелась в виду. Я мучительно вспоминала, что такое рамена[3] и зачем их нужно опускать при ворожбе, как тут называли колдовство. Попадались ещё такие словечки, как вскую[4], выну[5], денница[6], долонь[7] и многие другие, поэтому понимала я смысл процентов на восемьдесят, но даже это было большим подспорьем. Телефон тут не ловил, так что я планировала посмотреть перевод позже, когда окажусь в комнате.
Сосредоточившись на алкании, я таки смогла зажечь фитилёк у свечки. Было это уже в восьмом часу вечера, голова трещала от обилия событий и усилий. Остальное время я посвятила лежанию на коврике и приятным воспоминаниям о времени, проведённом с Артуром. Вот хоть что пусть говорят другие, но я чувствовала, что со мной он искренен.
Пришли за мной уже после восьми, когда я чуть не отрубилась прямо на коврике. Свечка уже прилично оплавилась, но я гасить её не стала из гордости.
— Как успехи? — поинтересовалась завуч.
— Свечку зажгла, — сонно ответила я.
— Только свечку? — цокнула Анжела.
Остальные реплики я просто проигнорировала, хотелось в туалет и есть, поэтому их токсичные комментарии на этот раз прошли мимо моего сознания.
Добравшись до комнаты, я сделала свои дела и поспешила в столовую только для того, чтобы поцеловать закрытую дверь. Видимо, спать мне придётся ложиться голодной. Хорошо хоть пообедала. Найдя кулер, напилась до бульканья в животе, набрала воды в два стаканчика и двинулась к своей комнате, встретившей тишиной и едва уловимым запахом помойки.
Написав длинное письмо с извинениями и нелепыми объяснениями на работу, я оплатила учёбу, скопировала самые нужные номера из своего телефона, отключила, заблокировала ноутбук и понесла сдавать технику. Мне же было велено, вот я и делаю. Встретив Юлю в приёмной, я внутренне содрогнулась. Неужели она работает без выходных с шести утра до одиннадцати вечера? Спасибо, но такой ценой обучение мне точно не нужно. Я лучше в лотерею выиграю в девятый раз.
— Добрый вечер. Мне было сказано сдать ноутбук и телефон.