— А почему им опасно использовать эти ножи?
Артур рассмеялся.
— Да Миша блефовал! Он любит такие штуки проворачивать. Их от него никто обычно и не ждёт. Мы про эти ножи толком ничего не знаем. Вот он и решил страху нагнать на всякий случай, чтобы ведьмаки поменьше за них хватались, пока мы не разберёмся, что к чему.
— У вас есть кладбище?
— Есть. И поверь, оно уже охраняется получше многих сокровищниц. Охрану мы выставили, как только нашли тот нож. На экспертизу его нам отдали ненадолго. Тимея смотрела, но тут артефактор нужен, чтобы понять, что там наколдовано и накручено, а артефактора у нас нет, — хмыкнул Артур.
— Можно отдать браслет Таверию Равичу. Возможно, он захочет помочь в обмен на него, — предложила я.
— Пока ещё рано разбрасываться ценностями. Да и у нас есть что предложить. Элейские клинки от ушедших оборотней, некоторые разработки. А браслет — это мой подарок тебе, Лейла. Согласись, было бы как-то странно его забрать, — хмыкнул Артур. — Всё будет хорошо, моя ведьмочка.
Я прижалась лбом к его плечу и постаралась успокоиться. Тревожное предчувствие никак не хотело отпускать.
Глава 16Об окончательном решении
Допросы шли ещё три дня. И с каждым разом становилось всё сложнее возвращаться в ненавистный зал. Сегодня должны вынести решение. Стыдно признаться, но мне уже стало всё равно, каким оно будет. Я слишком устала слушать всю эту ложь, слишком устала видеть все эти лица. Никогда не думала, что защищать правду в суде может быть настолько мерзко и неприятно. Но вчера допросы закончились, выступили следователи. Не нужно угадывать, к каким выводам пришёл каждый из них.
Собиралась с тяжёлым сердцем. Натянула любимое офисное платье, но даже в нём не ощутила себя лучше. Артур помог застегнуть молнию и поцеловал в плечо. Вчера он был молчалив, и это только усиливало предчувствие беды.
— Что будет, если мы проиграем?
— Те, кто вас обидел, всё равно понесут наказание. Возможно, даже более суровое. Что бы ни случилось — я буду рядом. Всё будет хорошо, Лейла.
Меня это не успокаивало. Как и радостное попискивание Ленки в трубке. Мы созванивались всего дважды. Последний раз связь была не ахти, поэтому я так и не поняла, что у неё там — крабы вкусные, скрабы гнусные или грабли грустные. Говорит, что отправила заявление на увольнение заказным письмом прямо из аэропорта.
Бедный комдир, как он теперь без неё? Кто будет расшифровывать алкописьменность древнесинячного периода? Кто отправится на раскопки невнятных пометок на эскизах? Кто по фото реконструирует условия соглашения, заключённого в эпоху забухания?
По-хорошему оборотни должны теперь «ЛегСнабРесурсу» выплатить какую-то компенсацию. Увели двух ключевых сотрудниц и смотрят бессовестными глазами. И даже приглашение на свадьбу не выслали. Одно слово — нелюди.
Артур порывисто меня приобнял, чем вернул из офиса в реальность.
— Пойду завтрак готовить, спускайся поскорее.
Вместо того, чтобы поторопиться, села на пуфик и уткнулась лицом в ладони. Как же я устала! Устала оттого, что себе больше не принадлежу, что все мои дни наполнены каким-то гадостным липким враньём, что будущее сулит если не войну, то противостояние. А мне хотелось мира, спокойствия и не вылезать из постели. Режим уже настолько сбился, что я то отрубалась в девять вечера и вставала в четыре утра, то лежала без сна почти до самого будильника.
Последние месяцы сильно ударили по нервам, но я старалась держаться. И старалась поддерживать Артура. Неужели сегодня всё закончится? А что если мы проиграем? Это будет страшно… я боялась этого с самого начала, потому что точно знала — оборотни не отступятся. Они уже закусили удила. Артур убил пятерых, и это не конец. В спальне пиликнул телефон.
Со вздохом поднялась и вышла из гардеробной. Мы ещё не проиграли, поэтому рано наматывать сопли на кулак. Может, это всё кончится благополучно. Арских отправят на принудительные работы на луну, а Ивсоревых обратно туда, откуда они вылезли — в Преисподнюю.
Нашарила аппарат, а потом посмотрела на экран. Моргнула. Посмотрела ещё раз. Нет, мне не показалось.
«Эрлен сегодня вечером возвращается в Питер. Рейс EK175. Позвони, если есть вопросы. Юнона».
Я бросилась на кухню. Там вовсю хозяйничали Эльвира и Артур, он поджаривал медальоны из куриного филе, а она нарезала свежие огурцы аккуратными тонкими овалами. На накрытом столе красовался маленький букетик свежей мяты в стаканчике с водой. Мяту оборотни вообще очень уважали, даром что не коты.
— Артур! Смотри!
Сунула ему под нос телефон.
— Это ловушка? Что ты думаешь об этом? — с тревогой спросила я.
— Думаю, что тебе стоит перезвонить и сказать спасибо. А ловушка это или нет, мы разберёмся. Любопытно… а ведь Аглаевы не приехали на процесс. Только одна ведьма заглянула на один день. Понятно, что все протоколы транслировались в сети, но тем не менее. Даже Завьялова присутствовала, а у неё-то точно есть чем заняться. От Виденеевых только Женевьева. От Ведуновых какая-то девчонка. А остальные — из средних или слабых родов, как Яхно. Из Рамазановых никто не приехал Мадину с Эльвирой поддержать. Почему? Как-то я об этом не думал… А не темнят ли ведьмы?
Пожала плечами. Откуда мне знать, темнят они или светлят?
— Позвонить?
— Пожалуй.
Я набрала номер и сглотнула.
— Алло, — голос Юноны показался бархатным.
— Доброе утро.
— Доброе, Лейла. Как ты справляешься?
— Всё хорошо…
— Лейла, я передам тебе подарок. К Новому году, конечно, просто как-то припозднилась я со всеми этими делами. Тебе его Вильна сегодня на суде передаст. Очень важно — открывай его только в стае, только в безопасном месте. И никому не показывай.
— Что это за подарок? — сипло спросила я.
Юнона помолчала мгновение.
— Поймёшь.
— А Ольга Петровна?
Повисла пауза.
— Откуда ты… А, впрочем, неважно. Она отлично справилась с задачей, Лейла, — уверенно ответила Юнона. — Как и Марайя. Она всегда умницей была, жаль, что с даром не сложилось.
— Вы… вы знаете, кто мой настоящий отец?
В трубке повисла ещё одна пауза, на этот раз длиннее.
— Имя тебе ничего не даст, его уже нет в живых.
— Тем не менее я бы хотела знать.
— Всему своё время, Лейла. Наберись терпения, думаю, что осталось недолго. Развязка близка, все это чувствуют.
— Какая развязка? Приговор?
— Не разочаровывай меня, Лейла. Весь этот суд — такая же профанация, как и многое другое, что делают ведьмаки. Спасибо, что помогла понять, чего стоит это их Слово. У нас были подозрения и раньше, не первый раз они обманывают ведьм. Но ты помогла расставить точки над «и», за что мы все тебе благодарны, — голос Юноны зазвучал мягче. Сегодня она вообще разговаривала со мной совершенно иначе.
Я собрала всю волю в кулак и спросила, медленно проговаривая такие сложные слова:
— Юнона, скажите, это мама… мама меня родила?
— Умничка, — рассмеялась она. — Не бойся доверять Артуру и стае. Про подарок не забудь. И удачи, девочка. Мы подстрахуем, насколько сможем.
Связь оборвалась. Я набрала номер ещё раз, но он теперь был недоступен.
Да что за издевательство⁈ Нельзя, что ли, сказать прямо⁈
Артур и Эльвира смотрели сочувственно.
— Значит, ты тоже… интересное совпадение, — подвела итог подруга. — Пойду позову Мадинку и Игоря.
Когда она вышла, я беспомощно посмотрела на возлюбленного. Он обнял меня и шепнул на ухо:
— Всегда знал, что ты особенная.
— Что за подарок? Это может быть проклятие или яд?
— Вряд ли, но мы проверим. Обнюхаем, просканируем. Открою сам, меня гораздо тяжелее убить. Я бы скорее предположил, что там будет что-то полезное. Выше нос, любовь моя. Я тоже думаю, что развязка близко.
— Расскажи мне! Ты же знаешь намного больше, чем говоришь!
— Лейла, смысла нет. У нас одних только сценариев развития событий целых семь. А ты и так смотришь затравленно, плохо спишь и вздрагиваешь во сне. Просто доверяй мне чуточку больше, ладно?
— Дело только в этом?
— Нет, не только, — пришлось признать ему. — Это военные планы, Лейла. Чем меньше народу о них знает, тем лучше. В курсе этих планов лишь те, кто их разрабатывает и кого они касаются непосредственно.
— То есть в твоих планах для меня места нет?
— Почему же? Есть. Рядом со мной для тебя всегда есть место, — он посмотрел ласково и поцеловал меня в висок. — Но старейшины на нервах, многие тебе пока не доверяют, и я не хочу выяснять, где заканчивается их терпение. Ты в стае меньше месяца, Лейла. Дай всем время привыкнуть, что ты на нашей стороне.
Я встала у него за спиной, обняла и уткнулась лбом между лопаток, пока он переворачивал курицу. Не знала, как реагировать на его слова. Всё логично, понятно, но обидно.
— Если бы это была только моя тайна, то ты первая, кому я бы её доверил, — он словно прочитал мои мысли.
Ладно. Он прав. Да и зачем мне их военные планы? Если потребуется моя помощь, то придут и попросят. Зелья же попросили сделать, ингредиенты притащили, в словах не захлебнулись. Так и нечего за здоровенными мужиками бегать с сопливчиком. Мы ещё даже не проиграли этот чёртов суд.
Когда закончили с завтраком, то быстро убрали со стола и разошлись по машинам. Разговора о погоде не получилось, а все остальные слова были давно сказаны.
— Всё время забываю спросить, почему они ездят отдельно. У нас же полно места на заднем сиденье, — спросила я, пристёгивая ремень.
— Так у нас есть время поговорить и побыть вдвоём. Я это время очень ценю, — спокойно ответил Артур, заводя мощный мотор.
— Какие у тебя планы на завтра?
— Штаб в любом случае. Это на целый день. А ты отдохни, отоспись, с девочками поболтай. Только с территории стаи ни ногой. Мы усилили патрулирование и демонтировали пентаграмму. На всякий случай.
— Как?
— Рисунок разобрали, делов-то. Она же не на цельной плите высечена, специально состоит из нескольких частей.