Оба оборотня посмотрели на меня с подозрением. Тимея встала рядом и просияла улыбкой. Мол, у нас, ведьм, принято делать такие сюрпризы. И не такие тоже!
— Тогда пойдёмте в библиотеку, подпишем документы. И можете к работам приступать, — подвёл итог Натан Ефимович.
До библиотеки доехали на машине. Натан Ефимович усадил меня за стол и протянул документы, куда я вписала свои данные. Всё это время меня не оставляло ощущение некой нереальности. И договор мне дали идеальный, без мелкого шрифта и подвохов. Напротив, продавец нёс всевозможные риски и отдавал здание в беспроцентную рассрочку без элементарного графика платежей, но с правом заключить доп.соглашение о продлении сроков.
Тимея договор тоже прочитала и кивнула, одобряя. Мадина сделала всем чаю. Мирослав на наше повторное появление отреагировал спокойно и даже робко улыбнулся Эльвире.
В общем, договор мы подписали, и я стала хозяйкой Ведьминой лавки.
Глава 19О гостях из прошлого и письмах о будущем
Артур пропадал целыми днями. Игорь вместе с ним. Оба приходили домой поздно, ели и падали каждый в свою постель. И ведь не рассказывали, чем занимались. Я, конечно, спрашивала. Но мой оборотень отмалчивался, и я решила, что навязываться не стану. На дежурные вопросы о том, как у меня дела, отвечала с неизменной приветливостью. Хорошо у меня дела.
Савелий оказался толковым специалистом, но совершенно несгибаемым. Вкусы заказчика его интересовали так же мало, как снег под ногами. Делал, как считал нужным, а мне разве что цвет плитки разрешал выбрать. И как-то так умудрялся ситуацию обставить, что я и за это была благодарна.
Работы велись, несмотря на мороз и стужу. Савелий, конечно, использовал более дорогие материалы и противоморозные добавки, но иной раз нам с подругами приходилось подключаться и «обогревать улицу». В такие моменты ведущую роль на себя брала Мадина, а мы выпадали из круга обессиленные и позеленевшие от потери энергии. Эльвиру с собой даже не ставили — боялись, что Мадина переборщит.
За пару недель дом утеплили, проверили крышу и даже подключили отопление, правда, только электрическое. Газа в посёлке не было. Сейчас приступили к внутренней отделке. Вторая бригада Савелия строила теплицы для Тимеи, и часть времени мы проводили там. С ней бригадир тоже особо не церемонился, слушал с отсутствующим видом, а потом говорил:
— Значится, сделаем так.
И делал так, как считал нужным. Тимея немного бесилась, но скорее из принципа и чисто женского желания поспорить. Да и потом, если бы не Савелий, чем бы мы занимались? Зелья, конечно, варили. И свитера, конечно, вязали. Но деятельная ведьминская натура требовала событий и приключений, и мы их себе активно устраивали.
Самое забавное, что про теплицы знали все, а вот про мою стройку — нет. Не сказать, что я специально её скрывала от Артура. Просто как-то само так получалось. Если он спрашивал, где я провела день, то честно отвечала, что на стройке. И других вопросов он не задавал. А я и не навязывалась. Признаю, затаила небольшую обиду. Решил, что у меня не может быть дел? Трижды ха!
Я всегда считала, что ремонт — это когда есть некогда, но это не проблема, потому что всё равно не на что. Но при этом ремонтируемое помещение становится лучше. Ошибалась! Лавка каким-то чудом с каждым днём выглядела всё более захламлённой, грязной и нежилой, но это нас мало смущало. Мы воодушевлённо выбирали плитку, обои, ламинат для второго этажа, а также кухонное оборудование и столы из нержавейки. Лабораторию решили выложить полированным известняком, чтобы можно было без последствий колдовать внутри, в торговом зале (или, вернее сказать, зальчике) на пол положить плитку, а на стены — обои под покраску.
Строители хорошо утеплили стены, подвели все коммуникации, даже слив конденсата для кондиционера продумали и вообще работали на совесть. В бригаде трудились совсем молодые оборотни, и Тимея безбожно с ними флиртовала и называла мохнатыми пусями. Мохнатые пуси в ответ смотрели затравленно и шарахались в стороны, опасаясь не столько её, сколько Давида.
И всё шло хорошо и гладко ровно до того дня, когда вечером девочки высадили меня у дома пораньше, чтобы я успела приготовить ужин, а сами поехали отбирать семена. Мой талант к растениеводству так и не проснулся, поэтому на такие мероприятия меня и не приглашали.
Я как раз селёдку разделывала для салата «Под шубой», когда в дверь позвонили. И это настолько удивило, что я аж порезалась. Засунув солёный палец в рот, я на все лады проклинала свою неловкость. Быстро сполоснула руки и пошла открывать в чём была — в старом спортивном костюме не по размеру. Не в приличной же одежде готовить? А переодеваться и купаться после селёдки всё равно придётся, иначе Артур будет фырчать весь вечер и называть «русалкой с душком». Плавали, знаем.
Но я Игорю вчера пообещала, так что деваться некуда, салат надо готовить.
Идя к двери, подумала, что это Савелий заехал что-то уточнить. Остальные-то знали код от двери, а Ленка с Александром только завтра прилетают.
Открыв входную дверь, я с удивлением обнаружила на пороге девицу в полном боевом раскрасе. Она даже шубу распахнула и сейчас с томным видом морозила свои выпирающие из декольте верхние девяносто. Не знаю, кто из нас удивился сильнее. Девица сначала растерялась и захлопала глазами, а потом воинственно посмотрела на меня.
— Извините, я к Артуру. По делу. Он дома?
— Нет, — я развела руками и заметила, что к рукаву прилип кусочек тёртой свеклы.
Девица его тоже заметила. Стало неловко.
— Тогда я его тут подожду, если вы не против.
Несмотря на то, что ростом она была ниже сантиметров на десять даже с учётом каблуков, девица решительно отодвинула меня с прохода и устремилась к двери ванной:
— Только руки помою.
И тут взыграло любопытство. Девица-то прекрасно знала, что за закрытой дверью у входа находится туалет. После мытья рук она уверенно прошла на кухню и села на стул.
Я посмотрела на свой недоделанный салат, булькающую на плите солянку, две запекающиеся в духовке курицы… а потом на девицу, сидящую с таким видом, будто это я к ней без приглашения в гости нагрянула. В горле запершило. Я откашлялась и предложила:
— Чаю будете?
— Да, спасибо. Меня Виктория зовут. А вы домработница новая? — вполне дружелюбно спросила она.
— А я Лейла. Приятно познакомиться.
Странная, конечно, складывалась ситуация. Растерянность сменилась приступом ревности. Кто она такая? Чего ей надо? Почему ведёт себя так по-хозяйски?
— Вы знаете, когда он приедет? — задала она отличный вопрос.
— А я сейчас вот позвоню и спрошу! — обрадовалась я.
Схватила телефон и набрала номер Артура.
— Алло, — раздался его голос.
— Артур, тут девушка пришла, эффектная такая брюнетка. Зовут Виктория. Говорит, что она к тебе по делу.
На том конце трубки повисла тишина.
— Что, прямо пришла? — сипло спросил он. — Лейла, я буду через двадцать… нет, через пятнадцать минут. Ты только, пожалуйста, не делай ничего, ладно? Лучше не говори с ней вообще! Да, усыпи её! Или выгони! Я уже еду!..
Всё чудесатее и чудесатее.
— Ага, конечно. Так и сделаю! — развеселилась я и сбросила вызов.
Телефон затрезвонил снова, но я брать не стала и выключила звук.
— Он скоро будет. Минут через пятнадцать, — обрадовала я Викторию. — А вы пейте чай, пейте. Хотите пирожное?
— Нет, спасибо. Я за фигурой слежу, — скованно улыбнулась она и потянулась за кружкой.
Вот так мы и посидели в тишине минуты две — я в раздумьях, а она в шубе.
— Вы девушка Артура? — решилась я на провокационный вопрос.
— Ну… мы встречались… — неуверенно ответила она.
Я всегда жутко ревновала его к прошлому, а теперь это прошлое сидело прямо передо мной. Сверкало в мою сторону полуголой грудью и наманикюренными ноготочками. Внутри взметнулась ярость. Я на секунду представила, как они кувыркаются в постели. Подумала, что могла бы очень много всего этой девице сделать плохого, а потом решила сначала всё выяснить. В режим берсерка я впасть всегда успею, да и Виктория, возможно, не виновата. Она-то мне ничего не обещала и в любви не клялась. А к слову «разлучница» я всегда относилась со скепсисом. Сам термин снимает с мужчины ответственность за измену. Он же не умственно отсталый, и сам должен помнить, что нельзя в чужих женщин ничего засовывать.
— Вы давно последний раз виделись?
— Да. Этим летом. А потом он телефон поменял, я пару раз заезжала, чтобы… ну… вернуть то, что он у меня забыл. Но его вечно дома не было. У меня тут двоюродная сестра живёт, я иногда в гости приезжаю, вот и решила, что надо отдать. А то болтается в машине… — Виктория неловко заёрзала на стуле и посмотрела на меня. — Вы же не домработница, да?
— Да.
— И он… вы… живёте вместе? — печально спросила она.
— Да. Съехались недавно.
— Вы извините. Я просто… — замялась она. —…Неловко вышло. Я не знала, что у него появилась девушка, — Виктория прикусила ярко накрашенную губу и посмотрела на меня виновато. — Я бы не приехала, если бы знала. Просто у него долго никого не было… Вы извините, Лейла. Я пойду. Вот, он майку забыл.
Она достала из сумки белую майку, положила на стол и поднялась. Мне стало её искренне жаль. Наверное, Артур ей нравился. Наверное, она на что-то надеялась. Наверное, ей сейчас стыдно или даже больно. Вся ревность улетучилась, осталась только нелогичная вина, будто я отняла у этой девушки что-то ценное.
— Давайте я вас провожу, — поднялась я с места.
— Да, так будет лучше. Вы только не подумайте, что я буду навязываться. Просто я думала, что он одинокий, столько лет мы знакомы, и никого у него не было… А вас я поздравляю, — грустно сказала Виктория. — И мы с августа не виделись. Чтобы вы не думали…
— Даже в голову не пришло, — солгала я. — До свидания. И спасибо, что майку вернули.
Я этой майкой теперь только полы буду мыть, но Виктории об этом знать не обязательно. Как и Артуру. Наблюдая за тем, как от дома отъезжает красная «Фиеста», я подумала, что не так уж и страшно его прошлое. Может, когда-то он и забыл майку у этой Виктории. И, может быть, он даже до сих пор ей нравится. Но она не нравится ему. И это самое важное. Вместо ядовитой ревности по душе разливалась нежность.