…Они были в пути седьмой день. Курсандык вел экспедицию так уверенно, будто прогулки к озеру чудовищ входили в круг его давних обязанностей.
Тропа, по которой шли, только условно могла называться тропой. Она терялась через маждые сто шагов и, чтобы ее отыскать, приходилось прорубаться сквозь заросли. Деревья стояли, тесно прижавшись друг к другу, сцепив ветки. Одинокие солнечные лучи торчали из листвы, как сверкающие иглы. Даже воздух, казалось, был зеленоватым, густым, горьким на вкус. Беспрерывно звенела мошкара, обжигая части лица, не закрытые сеткой, забираясь под одежду.
На тринадцатый день Валерий заметил, что листва деревьев постепенно принимает необычный цвет, переходя из зеленого — через блекло-салатовый и рыжеватый — в оранжевый. Это проявлялась какая-то энергия. Приборы и счетчики не указывали на опасное излучение. Все же Валерий решил принять меры предосторожности и посоветоваться с друзьями, как лучше подойти к озеру.
— Пойдем все, рискнем. Риск — благородное дело, — первым откликнулся Петя, жалобно глядя на товарищей.
— Растянемся в цепочку, так чтобы не терять из вида друг друга, — сказал Аркадий. — Самый большой риск выпадет на долю первого, но он же первый увидит озеро,
— Первым пойду я, — поспешно и категорически проговорил Валерий.
— Почему ты? — возмутился Аркадий. — Мы бросим жребий.
То же стремление к новому жгло и его сердце.
— Я руководитель экспедиции. Идти первым — мой долг, — отрезал Валерий.
Ему, аспиранту, поручили провести научно-исследовательскую экспедицию с группой студентов: двумя геологами и ботаником — и он чувствовал себя настоящим командиром.
— Ну в таком случае я пойду вторым и прикрою «высокое начальство», — пошутил Олег.
Лучшего «обеспечивающего» трудно было выбрать.
На Олега можно положиться в любую минуту.
Аркадий что-то проворчал про хитрецов и эгоистов, которые прикидываются благородными, и смирился. Курсандык молча подошел к Валерию и стал рядом.
Он — проводник, и это его место. Так они двинулись дальше — впереди Валерий и Курсандык, за ними Олег, через несколько сот метров — Аркадий и Петя. Если первые погибнут, последние передадут добытые сведения в университет.
Валерий шел быстро, согнувшись, раздвигая руками ветки перед лицом. Рядом слышалось дыхание проводника.
— Смотри, молодой начальник, вот они — духи озера! — воскликнул Курсандык и закрыл глаза, но не попятился.
В пространстве между деревьями виднелся кусок каменистого берега, а на нем — странные колышущиеся шары, похожие на стратостаты. Еще несколько шагов — и открылось озеро, а посреди него — оранжевый скалистый остров с множеством водопадов.
А на берегу, на черных камнях, копошились трехметровые черви и прозрачные мешки с неизвестной желеобразной массой,
— Грандиозно… — прошептал Валерий.
Словно услышав его слова и заметив неизвестных пришельцев, диковинные существа поползли по камням к людям. Они выпускали длинные щупальца, подтягивались на них, перекатывая свои вздрагивающие тела. Они передвигались совершенно бесшумно, не было слышно ни рева, ни рычания, и от этого было еще страшнее.
Валерий взглянул на бледное лицо проводника, на винтов. ку в его руках и невольно улыбнулся. Он не раз видел таких же чудовищ», только иных размеров и в иных условиях. И сейчас он смотрел на них восторженными глазами. Он — первый из людей, который правильно понял эту картину. Валерий подумал, что, в сущности, большинство действительно происходящих «чудес» — это обычные загадки природы, ее неисчерпаемый словарь. Он вспомнил посвящение на зашифрованном рецепте древнего химика: «Кто сумеет прочесть, тот и воссоздаст». Так и в словаре природы: за каждым словом скрыты возможности, в раскрытии каждой загадки — частица могущества. Читая их, люди становятся сильнее.
Валерий подошел к самому берегу и протянул вперед руку. И в то же мгновение черные камни закрыла гигантская полоса. В ней пульсировали какие-то реки. Участки полосы светились с разной силой.
Валерий знал — он видит часть отображения своей собственной руки, увеличенной в миллион раз. Курсандык все еще стоял у дерева, не решаясь открыть глаза.
Валерий повернулся к лесу.
— Друзья! Идите сюда! Олег, передай Аркадию! — закричал он.
Первым показался Олег, через полчаса — Аркадий и Петя. Они с недоумением смотрели на существа, населявшие камни. Петя оглядывался на лес. Олег на всякий случай взвел курок ружья. Первым понял, в чем дело, Аркадий.
— Микробы, — сказал он. — Микробы, увеличенные в миллионы раз.
— Они могут быть опасными! — заметил Петя.
Валерий засмеялся:
— Они не больше размером, чем в любом другом месте на земле. Это их увеличенные светящиеся отображения. Смотрите!
Он протянул руку, и снова на камнях появилась полоса.
Аркадий подошел к нему:
— Ты понимаешь, как это получается?
— Очевидно, своеобразное преломление света. Озеро и водопады образуют естественную линзу, собирающую лучи… Отражаясь от микробов, лучи попадают на черные камни и вызывают люминесценцию. Вот эти светящиеся отображения микробов мы и видим.
— Но это не обычный свет…
— Да, — согласился Валерий. — Ведь волны видимого света слишком длинны и не отражаются от таких малых предметов, как некоторые виды микробов и вирусы, а огибают их. Поэтому через обычный микроскоп мх нельзя увидеть.
Он вспомнил электронный микроскоп, где от предмета отражались не световые волны, а электронные лучи. Теперь он имеет дело с очень короткими волнами излучения- Но это не электронные потоки, а что-то другое. Где их источник?
— Где их источник? — повторил вслух Валерий, и Аркадий понял его вопрос. Они оглядывали озеро, остров, скопления микробов, ища ответа.
Видя, что друзья спокойно стоят на берегу озера, Курсандык осмелел и подошел к ним. На всякий случай он отступал, когда какой-нибудь живой шар подкатывался слишком близко. Курсандык смотрел на Валерия с явным восхищением.
— Ты великий смельчак, молодой начальник. Я горжусь, что ходил по земле в одно время с тобой и что моя нога ступала в твой след, — витиевато сказал он.
— Я не смелее тебя. Просто я больше знаю, — ответил Валерий, продолжая оглядывать местность.
— Может быть, источник волн на острове? — высказал предположение Аркадий. — Надо надуть лодку и переплыть туда.
Подготовка лодки заняла несколько минут. Когда спускали ее на воду, Валерий насторожился. Он повернулся к Аркадию:
— Мы не знаем природы этих лучей.
Аркадий понял его опасения:
— Если от них не погибли ни микробы, ни растения, то не погибнем и мы. Поехали!
Аркадий первым выпрыгнул из лодки на берег острова и сразу же устремился. водопадам, а оттуда к оранжевым камням, мимо которых неслись потоки.
Он притронулся к камню и тут же отдернул руку.
На его лице появилась гримаса боли, но он победно взглянул на Валерия.
— Ну конечно! — обрэдованно закричал Аркадий, потрясая обожженной рукой. — Камни — источник излучения.
— Как ты это понимаешь?
Аркадий с жаром принялся объяснять:
— Оранжевые камни служат химической лабораторией. Они поглощают солнечные лучи. Их атомы возбуждаются и затем, возвращаясь в прежнее состояние, излучают как более длинные — тепловые, так и очень короткие волны энергии. Происходит то, что в физике называют комбинационным рассеянием света. Но здесь это проявляется весьма своеобразно.
— Я тоже так думаю, — согласился Валерий. — Вероятно, тут имеет значение и состав этих камней, и их необычная форма. И я даже, кажется, знаю, как нам проверить свои предположения.
Он снял куртку и поднял ее над камнями. На противоположном берегу часть микробов исчезла, вместо них появилось черное окно — отображение куртки.
— А теперь надо заснять эти камни и отбить от них образцы для лаборатории,
…Когда через несколько недель участники экспедиции вышли из здания лаборатории университета, где полностью подтвердились их предположения, настроение у них было разное.
Перед глазами Пети в оранжевом свете витало видение огромного зала, цветы в девичьих руках, восхищенные взгляды и шепот:
«Какой смельчак! Кто бы подумал!»
Олег радовался за друзей и за свою мать, которая будет показывать газету соседям и говорить, тыча пальцем в строки; «А вот про моего сына».
Аркадий вспоминал данные анализов. Под воздействием солнечной энергии оранжевые камни излучали частицы. Длина волн частиц была в несколько раз меньше длины рентгеновских лучей и измерялась десятыми долями ангстрема[1]. Причем эти волны не поглощались, а отражались предметами, чем и объяснялась их относительная безвредность для организмов.
Встречая что-нибудь новое, Аркадий не успокаивался, пока не находил ему практического применения. И сейчас он думал о сверхмощных микроскопах, в которых предмет будет освещаться лучами оранжевых камней.
И только Валерий, руководитель экспедиции, уже не думал о разгаданной загадке. Она потеряла для него интерес. Впереди были новые загадки, и он уже готов был устремиться к ним.
Газета все еще лежала на столе… Мой товарищ — его звали Валерием — глядел куда-то вдаль. Его брови сходились и расходились от переносицы, изогнутые, как два вопросительных знака. И я понял, что его мысли уже уносились туда, к таинственной австралийской бухте, где люди обнаружили еще одно «чудо», еще одно неразгаданное слово в огромном словаре природы.
ОБЪЕКТ Б-47
В одной из научных статей сообщалось: «Запах есть не что иное, как прием электромагнитных колебаний молекул особыми нервными окончаниями. Молекула пахучего вещества попадает в нос и воспринимается нервными клетками, молекулы которых колеблются с близкой ей частотой. В последнее время выяснилось, что можно подобрать такое электромагнитное излучение генератора, которое бы воспринималось живыми существами, как различные явления: запах, звук, форма и цвет. Это еще раз подтвердили опыты с объектом Б-47».