Дверь склепа отворилась, и внутри блеснул золотистый свет – их кто-то ждал.
Фойзон вошел первым. Он не позаботился о том, чтобы вытащить оружие или взять фонарь. За ним шла мисс Темпл, которую подталкивал в спину охранник с саблей, а за ним вереницей двигались остальные. Они оказались вовсе не в мрачном склепе с погребальными нишами, укрытыми в стенах, а в небольшом вестибюле, облицованном синими плитками. Дальняя стена, ярко освещенная, выглядела как ворота древнего города, обрамленные зубчатыми башнями с узкими бойницами.
– Вход в Вавилон, – сказал Фойзон, вынимая у нее изо рта кляп. – Ворота Иштар.
– Вот как. – По мнению мисс Темпл, погибшие древние цивилизации определенно заслужили свою гибель.
– В храме Иштар пребывает вечная жизнь.
Проблеск воспоминаний графа. Мисс Темпл попыталась определить, что их вызвало… был ли это свет? Она не видела ни свечей, ни фонарей – золотистый свет шел из-за синей стены.
Фойзон отпер ворота сложным ключом, бородка которого напоминала шипы терновника. Его люди толкнули мисс Темпл в проход и закрыли ворота. Она закричала, назвав Фойзона трусом, а его хозяина – дегенератом и жабой. Ответа не было. Дверь захлопнулась, лязгнул запираемый замок.
Склеп был ярко освещен, хотя источника света – лампы или свечи – Селеста не видела. Медный пол был отполирован до зеркального блеска. Она вспомнила металлическую облицовку на стенах комнаты Вандаариффа и металлические листы, развешанные среди машин в Парчфелдте. Почувствовав едкий привкус желчи в горле, девушка поняла: интерьер склепа должен был служить доказательством способностей графа, тогда еще неизвестного художника, представленного Вандаариффу его новым доверенным советником – графиней ди Лакер-Сфорца.
Мисс Темпл подняла руку и помахала ей, так чтобы по потолку пробежала тень. Потолок пронизывали десятки отверстий, выходивших на поверхность. Через них в склеп, направленный зеркалами, проникал солнечный свет, он проходил через цветные стекла, чем и объяснялось необычное освещение.
Как ни печально, это означало, что мисс Темпл ошиблась, предположив, что кто-то еще до нее вошел в склеп, – ее бросили в одиночестве. Она принялась искать какой-нибудь острый край, чтобы перерезать веревку, связывавшую руки, но стены и пол были гладкими. В комнате стоял только один предмет – глыба белого мрамора, обтесанная так, что напоминала постель с откинутыми шелковыми простынями.
Два имени были вырезаны в мраморе: Клотильда Вандаарифф и совсем недавно – Лидия Вандаарифф. Ни дат, ни эпитафии – только имена, да и тела Лидии не могло быть в склепе. Мисс Темпл подумала, не выпала ли ей судьба служить заменой этой девушке.
Она опустилась на камень. Рука саднила, и казалось, что она не спала уже несколько дней. Селеста легла на пол и свернулась калачиком, но, несмотря на усталость, ее одиночество только способствовало тяжелым раздумьям…
Когда они столкнулись с мистером Харкортом и дворцовой стражей, Чань схватил ее за руку. Они не говорили друг с другом, пока убегали, потом оказались в тупике, и у них уже не было времени вернуться назад.
– Шкаф, – глухим шепотом произнес Чань. Он подскочил к письменному столу и подтащил его к единственному окну в этой комнате, расположенному высоко над полом.
– Куда вы направляетесь?
– Забирайтесь в шкаф!
Чань вскочил на стол и открыл окно. Он думал, что собьет с толку преследователей? Кардинал высунулся по пояс из окна, скомкал несколько листов бумаги со стола и выбросил.
– По этому следу они направятся, – сказал он, спрыгнув вниз. – Карниз широкий, а крыша плоская. Почему вы все еще не в чертовом шкафу?
Чань распахнул дверцы и втолкнул ее между платьями.
– Там нет места!
На задней стенке были крючки с висящими плащами, и Чань затолкнул под них Селесту. Потом дверцы закрылись, и он оказался рядом с ней, руки и ноги переплелись, и тела прижались друг к другу. Чань сжал руку женщины и сказал очень тихо.
– Они здесь.
Мисс Темпл ничего не слышала. Она протянула руку, чтобы найти опору, и в темноте ухватилась за пояс Чаня. Кардинал подвигался, чтобы найти равновесие, и его колено оказалось у нее между ног. В голове у Селесты все смешалось.
Снаружи послышался скрип половиц – кто-то взобрался на стол. Она сильнее сжала ремень Чаня. Ей хотелось податься вперед и поцеловать его в губы. Она прижалась к твердому колену и закусила губу, чтобы не застонать.
По телу женщины вновь пробежала дрожь, и мужчина прошептал:
– Не бойтесь.
Селеста чуть не рассмеялась. Он подумал, будто девушка дрожит от страха. Она сжала его руки. Так просто направить ладонь Чаня к груди.
Дверцы шкафа распахнулись. Кто-то стал передвигать одежду на вешалках. Она замерла, почувствовав, как лезвие прошло у нее над головой. Клинок зазвенел еще раз, чуть не задев ей пальцы, а потом пронзил плащ, висевший между ними. Затем клинок пропал, и дверцы шкафа захлопнулись.
Они ждали, мисс Темпл с трудом сохраняла самоконтроль. Чань похлопал Селесту по руке. Она подалась вперед и прижалась к мужчине, испытывая мучительное наслаждение, но он осторожно выбрался из шкафа.
– Ушли.
Селеста раздвинула плащи, чувствуя, как горит лицо. Чань помог ей выбраться, и она не отважилась взглянуть ему в глаза.
Мисс Темпл открыла глаза и вдруг подскочила, уверенная, что слышит звон металла.
В замке заскрипел и повернулся ключ. Селеста отползла к стене. Дверь открылась вовнутрь. Она решила ударить по ней ногой изо всех сил и выскочить в коридор.
– Я знаю, что вы здесь. Не пытайтесь разбить мне голову.
Это был знакомый голос.
– Мистер Пфафф?
Джек Пфафф стоял в дверном проеме, вглядываясь в сумрак.
– Он самый.
Мисс Темпл чуть не бросилась ему на грудь, но сдержалась и только протянула связанные запястья. Пфафф достал нож и с улыбкой перерезал путы. Мисс Темпл принялась было растирать следы от веревок, но Пфафф взял ее руки и начал энергично массировать, восстанавливая кровообращение.
– Что они сделали с вами? Ах, ваша бедная кожа!
– Пустяки. – Она отошла в сторону, так как вновь ощутила болезненное желание. – Где вы были? Как раздобыли ключи от этой ужасной тюрьмы? Кто вам сказал, что я здесь?
– Прежде всего позаботимся о вашей безопасности. – Пфафф взял мисс Темпл за здоровую ладонь. – Вы можете идти?
– Не сомневайтесь. – Мисс Темпл подчеркнула свою решимость, одернув платье, несмотря на боль в запястьях. – Но вы должны мне ответить, пока мы будем идти. Где вы были?
– Следил за стеклом, как мы договорились. – Пфафф приобнял ее за плечи, и Селеста не обратила на это внимания, испытав облегчение от его слов. – Что касается ключей отсюда, я обнаружил их снаружи в замке, как и было условлено.
– Условлено? – Мисс Темпл повернулась, чтобы видеть его лицо.
– Мы еще не выпутались из этой ситуации, мисс. Вы должны мне верить и подыграть.
– Подыграть в чем?
– Лягайтесь и кричите. Я поддержу вас, поэтому покажется, будто я тащу вас за волосы. Вот мы и пришли!
Пфафф широко распахнул дверь склепа. Одной рукой он дерзко обхватил ее за талию, а другой – вцепился в кудри. До того, как она смогла протестовать, Пфафф ловко подставил ей ножку, так что, когда они появились из склепа, он действительно тащил женщину за собой. Селеста старалась изо всех сил: лягалась, царапалась и визжала так, что Пфафф, потеряв равновесие, так сильно дернул ее за волосы, что чуть не вырвал их.
Он проковылял через Египетские ворота. Там не было ни людей в черных плащах, ни солдат в зеленой форме – только один экипаж, на козлах которого сидел потрепанный кучер.
– Вот сюда! – громко выкрикнул Пфафф. – Я больше не стану терпеть ваши глупости!
Он затолкнул ее в экипаж. Девушка свалилась на сиденье и лягалась. Пфафф поймал ее ногу и захлопнул дверь. Кучер щелкнул кнутом, и экипаж двинулся. Пфафф подождал, прислушиваясь, а потом откинулся на спинку сиденья и улыбнулся.
– Думаю, у нас получилось.
Селеста врезала ему носком сапожка по коленной чашечке. Он ухватился за ногу обеими руками и зашипел от боли.
– О, гореть вам в аду!
– Если бы у меня было какое-то оружие, вы бы уже были мертвы, – процедила она. – Если вы еще когда-нибудь позволите себе подобные вольности, я позабочусь о том, чтобы с вас спустили шкуру!
Пфафф потер колено.
– Вы – неблагодарная ведьма. Вы знаете, где мы? Сколько глаз наблюдает за каждым нашим шагом?
– Меня не интересуют такие пустяки!
– Это не ответ!
– Я не обязана отвечать. Вы по-прежнему мне служите или нет?
– Я не привык сносить подобное обращение от кого бы то ни было.
– Зато у вас есть привычка тащить за собой женщину, будто это узел тряпья?
– Я уверен, вы бывали и в худших ситуациях.
На эти гневные слова она ничего не ответила, воспользовавшись моментом, чтобы поправить платье. Пфафф усмехнулся, заметив, в каком состоянии оно было.
– Все же, какой он?
– Кто?
– Роберт Вандаарифф. Я однажды мельком видел его шляпу во время скачек в цирке. Он упоминал графиню? – Взгляд Джека скользнул по ее фигуре. – Он… обижал вас?
– Что это?
Дама показала на кожаную записную книжку, торчавшую из кармана оранжевого пальто Пфаффа.
– Почему вы спрашиваете? Она вам знакома?
– Конечно. Вы побывали под мостом. Вы забрали ее из лаборатории Граббе. Эта записная книжка принадлежала Роджеру Баскомбу.
– Да, действительно. Признаю, мисс Темпл, что я не очень верил вашим историям, но теперь… – Он замолчал и ухмыльнулся, показав в улыбке свои темные зубы. – Я сохранил ее для вас. Хотите туда заглянуть?
– Не хочу.
– Лгунья. – Он бросил записную книжку ей на колени, а потом засмеялся, заметив, что Селеста вздрогнула. – Вы ведете себя так, будто это скорпион.
– Куда мы направляемся?
– Да бросьте вы, как еще я мог бы узнать, где вы находитесь, и забрать вас оттуда, да так, чтобы меня не убили? Вы думали, что стекольные мастерские приведут к Вандаариффу, но они привели к ней.