«Но они же любят эти сокровища! – подумала я. – Они чтят их. Если этот народец их покинет, Регалии станут такими же, как Внутренний сад после того, как леди на стене забрала оттуда всю благодать».
– Послушайте, – сказала я, – ведь на самом деле вся беда в Ильзабиль? Или в Изадоре?
Ни одно из созданий ничего не ответило, но по тому, как они напряглись и застыли на своих насестах, я поняла, что попала в точку. И тем не менее они были ужасно преданными. Никто из них не сказал бы ни слова против кого-то из семейства Димбер. «Что же с этим делать? – подумала я. – Черт бы побрал этого Грундо! Какую идеальную месть он выдумал!»
– По-моему, вам надо найти способ заставить их понять, что вы разумные существа, такие же живые, как их собака, – сказала я.
Это вызвало настоящую бурю писка и щебета. Я как будто очутилась в лесу на восходе солнца.
– Если бы они только знали!
– Мы так давно им служим, а они все относятся к нам, будто к вещам!
– Хоть бы раз спасибо сказали!
– Вот именно, мы разумные существа, такие же, как и вы!
– Они не видят нас, не видят и не слышат!
– Мы хотим, чтобы они знали!
Из-за этого гама я потеряла нить рассуждений.
– А кем вы были до того, как вселились в Регалии? – спросила я у них.
– Просто частью того народа, что обитает на земле, – сказал мне большой. – Вы, люди, нас, похоже, просто не замечаете, но нас целые толпы повсюду. Летом мы порхаем, и поем, и поднимаемся по лестницам теплого воздуха…
Следующие его слова я пропустила, потому что в голове у меня внезапно раскрылся цветочный файл. «Пораньше нельзя было?» – сердито подумала я. Но все это было там, снова в файле «Коровяк». «Незримые дневные создания: весьма могущественный прозрачный народ, обитающий сонмами по всей земле, ленивый и веселый; ими можно повелевать, однако обращаться с ними надлежит любезно, поскольку, обидевшись, они способны вызывать бури, потопы и засухи. Перекрестная ссылка на „Злую магию: порабощение“. Она, хромая ведьма, знала их очень хорошо.
– Была макушка лета, – говорило большое создание, когда я снова начала его слушать, – и для меня было большим ударом, когда на меня наложили заклятие, вырвали меня из моего теплого воздушного ложа и водворили в холодную золотую чашу. Должен признаться, что с тех пор мое существование сделалось полезным…
«Обращаться с ними надлежит любезно, – подумала я. – И они очень преданные».
– Послушайте, – спросила я, – а быть может, вы предпочли бы помогать семейству Димбер по доброй воле?
– Ну конечно! – ответило большое создание, теребя свои свисающие конечности. – Мы же не против того, чтобы трудиться. Нам просто хотелось бы, чтобы нас просили по-хорошему.
– Вежливо! – пробормотал кто-то на занавесках.
– Ну разумеется! – сказала я. – Так вот что вам следует сделать. Уходить совсем вам не надо: просто покиньте Регалии на денек-другой, пока семейство Димбер не поймет, что вы существуете. Я помогу. Я скажу им, что вы на самом деле разумные создания, которых они, сами того не зная, держали в рабстве. И когда они начнут разговаривать с вами, скажите семейству Димбер, что вы готовы продолжать работать на них, но только чтобы сперва они вас вежливо просили. Скажите им, что держать вас в рабстве несправедливо. Как вы думаете, это подойдет?
Это было именно то, чего от меня ждали «незримые дневные создания». Они мне так и сказали хором, нараспев, щебеча и чирикая. Они благодарили меня снова и снова. И я улеглась спать, улыбаясь не без самодовольства, потому что мне казалось, что я устроила все наилучшим образом. Исправила то, что натворил Грундо, помогла этим удивительным невидимым существам, показала Хеппи и Джудит, как заблуждались они все эти годы, и, возможно, даже заставила Иззей быть хоть с кем-то вежливыми.
Но вышло все совсем не так.
Глава 4
Очевидно, это был ритуал, совершающийся ранним утром. Меня разбудили вопли Хеппи. Она верещала как попугай, громко, не переставая. Я вскочила, как была, в ночной рубашке, и бросилась вниз, в чопорную гостиную. Следом за мной, зевая, сбежал Грундо. Он был в одних штанах.
Шкаф за деревянными панелями стоял нараспашку. Я с первого взгляда увидела, что стоящие внутри Регалии сделались безжизненными. Они были прекрасны, как и прежде, но им недоставало внутреннего сияния. Это были просто чаши, блюда, вазы, и ничего особенного в них не было, кроме разве что искусной работы. Это вполне могли быть обычные казенные драгоценности.
Хеппи стояла напротив шкафа, облаченная в черный атласный костюм. Она подпрыгивала на своих каблуках и верещала. Джудит ломала руки под прелестной кружевной шалью. Были там и Иззи – они сидели, забившись по разным углам, вид у них был перепуганный и почти что присмиревший. Близняшки были одеты в желтые платьица с оборочками, и в волосах у обеих были желтые банты, и я совершенно не могла разобрать, кто из них кто.
Но в основном я подумала: «О небо! Похоже, это был важный ритуал!»
– Смотрите! – возопила Хеппи, театральным жестом указав на шкаф. – Благодать исчезла! Кто-то похитил всю нашу силу!!!
– Да нет, Хеппи, никто ничего не похитил, честное слово! – заверила ее я.
И мельком огляделась вокруг. Большое существо сидело на распахнутой дверце шкафа, и вид у него был печальный и озабоченный. Его свисающие конечности почти касались лица Хеппи, но сразу я его не заметила, потому что при дневном свете разглядеть этих созданий действительно очень трудно. Остальные расселись кто где, между вазочками на каминной полке, на стоячих часах с маятником или на застекленных книжных шкафах.
– Они все здесь! – сказала я.
Но Хеппи продолжала верещать, поэтому мне пришлось повысить голос.
– Хеп-пи! – крикнула я громко и отчетливо. – ОНИ ВСЕ ЗДЕСЬ! Все существа, обитающие в Регалиях, СИДЯТ ЗДЕСЬ, В ЭТОЙ КОМНАТЕ!
– Что ты имеешь в виду?! – рявкнула на меня Хеппи.
– Сила Регалий! – сказала я. – Это все потому, что давным-давно ведьмы семейства Димбер наложили на этих невидимых существ заклятия и заставили их вселиться в сокровища и наполнить их силой для вас. Они не похожи на нас, но они живые. Они тоже разумные существа, как и мы с вами. Хеппи, Джудит, ну неужели вы их не видите? Они расселись по всей комнате. На протяжении веков они были рабами Регалий…
К этому моменту вид у Хеппи сделался такой грозный, что я начала немного запинаться, однако же добросовестно продолжала.
– Они пришли ко мне сегодня ночью, – сказала я, – потому что осознали, что их никогда не просили по-человечески делать то, что они делают. Но они такие преданные! Они не хотят уходить. Они просто расстроились оттого, что вы относились к ним как к вещам, а не как к живым существам. И вот я посоветовала…
Но тут Хеппи заверещала. Ее прежнее верещание было пустяком по сравнению с тем, как она верещала сейчас. Она все верещала и верещала. А потом принялась браниться. А потом взвыла:
– И это ты, придворная дамочка, будешь мне объяснять, как я должна обходиться со своими собственными Регалиями? Ах ты!.. Что за неслыханная наглость!
– Они только хотят, чтобы вы попросили по-хорошему! – отчаянно воскликнула я, но, думаю, она уже не слышала.
– Что за хладнокровная, бесстыжая наглость! – верещала Хеппи.
И продолжала верещать: «Что за наглость!», изредка вставляя что-то вроде: «Джудит, слыхала ли ты что-нибудь подобное? Я за всю свою жизнь не встречала подобной неблагодарности! И от кого – от моей же собственной плоти и крови!»
На фоне ее почти неумолкающих воплей Джудит озабоченно пыталась расспросить меня поподробнее. Я объясняла как могла, но это было нелегко: мне не хотелось приплетать сюда Грундо и тем более не хотелось говорить матери Иззей, что существа, обитающие в Регалиях, именно их больше всего и боятся. Джудит, похоже, ничего не понимала. Ну а Хеппи даже и не пыталась понять.
– Но зачем же ты сказала сокровищу, будто оно порабощено, милочка? – терпеливо спрашивала Джудит. Похоже, она просто не могла себе представить, что в Регалиях обитали живые, разумные существа, что бы я ни говорила. – Что вдруг заставило тебя так поступить?
И тут внезапно вмешался Грундо. Своим низким, очень спокойным голосом он произнес:
– Это не она. Это я. Сперва с Регалиями поговорил я. И сказал им, что они находятся в рабстве. Потому что это правда.
Тут Хеппи взбеленилась пуще прежнего. Она буквально запрыгала от злости.
– Вон с глаз моих! – завизжала она на Грундо. – Иди одевайся! Собирай вещи!
Она так яростно уставилась на Грундо, выпучив глаза, что Грундо побледнел и сбежал.
– Я больше ни секунды не стану держать у себя в доме этого мальчишку! – верещала она. – Он должен уехать! Сейчас! Немедленно! И ты! – взвизгнула она, оборачиваясь ко мне. – Ты, подлая маленькая предательница! Ты тоже убирайся!
– Я не подлая и не предательница! – возразила я. Я к тому времени разозлилась не меньше самой Хеппи. – Я просто пыталась поступить по-честному с теми, кто пришел ко мне за советом! А вы меня не слушаете!
– Аспид бессердечный! – верещала Хеппи. – Я тебя пригрела, а ты меня ужалила исподтишка!
– А что мне оставалось?! – заорала я. – Вы их не видите, а я вижу!
– Да еще и врушка! – заорала она в ответ. – Джудит, сажай их обоих в машину и вези к миссис Кендейс! Она-то с ними разберется! А с меня хватит!
Примерно так оно и вышло, только Джудит озабоченно настояла, чтобы мы сперва все-таки позавтракали, потому что путь неблизкий. И еще она настояла, чтобы Иззи поехали с нами.
– Вы слишком взволнованы, матушка, – сказала она. – Они вам будут только мешать.
Пока Хеппи доказывала, что ее ненаглядные близняшки ей отродясь не мешали, это только некоторые! – тут она грозно взглянула в мою сторону, – я попыталась извиниться перед всеми этими прозрачными созданиями, которые грустно расселись по комнате.
– Простите, пожалуйста! – сказала я. – Похоже, у меня ничего не вышло…