– А что это за руны?
– Какие руны? – не понимает гоблин.
– Да вот тут.
– Нет там ничего! – изумленно отвечает, внимательно рассматривая шлем.
М-да, то ли у меня галлюцинация, то ли тут не все так просто.
– Нет так нет, – соглашаюсь я, – еще раз благодарю.
Быстро надеваю шлем и бегу к башням. Внизу два костяных голема пытаются проломить ворота. Выглядят они весьма устрашающе: десятиметровые человекоподобные фигуры из переплетенных костей, в глазницах мерцает зеленоватое пламя. Просто прелесть!
– Принесли? – спрашиваю у стражников, стоя уже на краю стены.
– Да, и уже облили, – отвечает десятник с факелом в руках. – Поджигать?
Даю отмашку, и факелы летят в големов. Масло быстро разгорается, но фигуры, объятые пламенем, продолжают ломать ворота.
Пора остудить этих геркулесов – начинаю спокойно замораживать торсы големов.
Биение сердца учащается, грудь сжимает до боли, из носа струится кровь, а вокруг кистей клубится пламя. Как же больно и тяжело…
– Стреляйте! – кричу я и кидаю пламя в големов.
– Охотник, очнись! – врывается в мое беспамятство чей-то голос, а на лицо льется вода.
– Чт… – откашливаюсь от попавшей в горло воды с привкусом крови, – что случилось?!
– Твои силы иссякли, ты отключился от перенапряжения, – отвечает тот же голос.
На ощупь снимаю шлем и пытаюсь протереть глаза.
– Почему у меня лицо в крови? – задаю вопрос в пространство.
– Ты полностью потратил свои силы и начал черпать их из своего организма.
– Големы уничтожены? Что с остальной нежитью? И где я?!
– Големов удалось одолеть, а нежить прорвалась в город, – информирует мой невидимый собеседник. – Ты на последней баррикаде.
– Почему я ничего не вижу?! – нервничаю я, после того как удается стереть запекшуюся кровь с глаз.
– Это результат обезмаживания.
Я не вижу! Что я могу сделать вслепую?! Гнев рвется из меня.
– Где целитель?!
– Я и есть целитель, но пока я не…
Так, зелье регенерации еще осталось, на него вся надежда.
Через несколько минут начинаю смутно различать окружающее пространство. Так, теперь драконий корень.
– Опомнись! – Целитель перехватывает мою руку. – Это перебор, ты умрешь!
– Плевать! – отталкиваю его и вливаю в себя терпкую жидкость. – По крайней мере, я умру в бою!
Общее состояние не очень, и это мягко сказано. Но меч поднять смогу.
Тело наливается жаром, дрожь в ногах исчезает. Неуверенными движениями надеваю шлем и вырываю из ножен меч. Быстро прокручиваю несколько восьмерок. Меч удержу…
– Целитель, где капитан? Уже вечер?
– На баррикаде, – быстро отвечает он, – дает возможность уйти ополчению. Да, уже вечер.
Это плохо, нежить становится сильней. Не думаю, что мы удержим город.
– Помоги мне дойти туда! – говорю целителю и опираюсь на его плечо.
– Ты же не сможешь…
– Я знаю, что могу и должен быть там, так что пошли!
Он пожимает плечами, и мы идем. Дождь начинает усиливаться.
Хорошая погода для ухода. Плач дождя и мерцание звезд. М-да, что-то меня на лирику потянуло.
– Мы на месте, – говорит мой провожатый, останавливаясь.
Баррикады, сложенные из телег и разной мебели, перегораживают узкую улицу. Внушительное сооружение придает уверенности. Хотя воинов немного – где-то двадцать человек.
– Охотник, ты жив и здоров! – приветствует меня капитан. – Мы рады тебя видеть!
– Он ниче… – начинает говорить целитель, но я до хруста сжимаю его плечо, и он умолкает.
– Да, капитан, я жив, – отвечаю ему. – Как нежить смогла прорваться в город?!
– После того как големы были уничтожены, – рассказывает он, – наступило затишье. Но через час обломки костяков начали сползаться в подобие моста к воротам. Мертвяки с драуграми проломили ворота. Нам пришлось отступить. Здесь остались только добровольцы, – скороговоркой заканчивает капитан.
– Да уж… – все, что я смог ответить на это. – А где сейчас нежить?
– Жрец обратился за помощью к Верену и смог поставить щит, – объясняет капитан, – а вот нашего сволочного мага мы так и не нашли.
– Они проломят щит, да?
– Очень скоро, – отвечает подошедший жрец, – максимум через десять минут.
– Кстати, а почему вы не подожгли мертвяков?
– Лич поставил на них какую-то защиту, – говорит Грай, – а один я ее не смог снять.
– Мирные жители успели уйти? – интересуюсь я.
– Нет, им нужно еще время, – объясняет Тарион, – там у гоблинов какие-то проблемы.
– Значит, мы должны продержаться…
Вскоре раздается громкий звук, похожий на звон разбившегося стекла.
– Щит пал, – спокойно произносит жрец и поудобней перехватывает посох.
– Приготовились! – прорезает ночь крик капитана. – Ни шагу назад! От нас зависит, смогут ли спастись наши родные! Так что стоим до конца!
Тоже мне комиссар нашелся. Но он прав…
Вот и мертвяки… Ровным строем, печатая шаг, они приближаются к баррикаде и замирают в паре сотен шагов от нее. Вперед выдвигаются пять вампиров. Они окаменело стоят и ждут приказа.
Хоть зрение почти восстановилось.
Кто-то справа начинает шептать молитву. Активирую щит, тут молитва не поможет. Боги не остановят вампира, рвущего тебе глотку. Только верная сталь меча, только она позволит выцарапать у судьбы минуты жизни. Да и уйти достойно тоже. Не боги, только ты, твоя вера и верная сталь в руках!
Нежить срывается вперед…
Первыми запрыгивают на баррикаду вампиры.
Сбоку раздается крик, переходящий в бульканье. Отвлекаться некогда – вампир резвый попался. Блокирую удар щитом и целюсь в сердце. Увернулся гад. Слышится негромкий скрип. Не понял…
– У них арбалеты! – кричит воин.
Вампир на мгновение замирает. Рассекаю ему горло, из раны выплескивается темная кровь. Прикрываюсь его телом, как щитом. Оно вздрагивает. Отшвыриваю его и успеваю заметить оперения болтов, торчащих из него.
Значит, это не обычные мертвяки. Сотня драугров это… Это весело!
Основная часть нежити вплотную подошла к баррикаде. Бросаю короткий взгляд по сторонам – жрец рисует светящимся навершием своего посоха какие-то символы, двое из оборонявшихся лежат без движения. Ну да, с разорванным горлом особо не побегаешь…
– Мертвым рубите головы! – кричит капитан. – Здесь и так много нежити!
Мудрый приказ, но…
Додумать не успеваю – мертвяки подходят вплотную и начинают заползать на баррикаду. И арбалетчики дают еще один залп. Шустрые гады…
Прикрываюсь щитом и работаю мечом что есть сил. Внезапно баррикада начинает светиться серебристым светом, нежить отшатывается и бежит назад.
– Это ненадолго… – раздается хрип справа.
Оборачиваюсь и вижу, как жрец начинает заваливаться вперед. Короткий шаг, хватаю его за руку и дергаю на себя. М-да, все лицо в крови, значит, выложился полностью.
– Целителя сюда! – кричу я.
– Я здесь, что… – начинает он и сразу замолкает, увидев бездыханное тело Грая.
– Он не боец, – скороговоркой отвечаю я, прикрывшись от еще одного залпа щитом, – отнеси его к гоблинам.
– Одному мне не справиться, – признает целитель.
– Тарион! – зову капитана.
– Что? – поворачивается он в мою сторону.
– Есть раненые, но ходячие? Надо жреца унести.
– Есть. Что с ним?
– Потратил всю ману.
– Ясно. Хольм, помоги целителю!
– Но я могу… – начинает спорить этот Хольм.
– Это приказ! – обрывает его Тарион.
Тот подчиняется, и вместе с целителем они несут жреца к входу в подземелье.
По шлему чиркает арбалетный болт.
Теперь стреляют по готовности, это плохо. Надо что-то с ними делать.
– Тарион, я пошел к арбалетчикам в гости, – говорю капитану, – а то они нас всех перебьют.
– Удачи, береги себя! – со скрытой в голосе надеждой произносит он.
– Постараюсь, – киваю ему, – пойду в обход. Может, и получится.
– Да не оставят нас боги…
Спускаюсь с баррикады и захожу в дом. Хоть бы двери завалили. Выливаю остатки огненного зелья, поджигаю и раздуваю порывом ветра. Ненадолго, но нежить задержит. Невдалеке несколько драугров разъяренно рвут чье-то тело. Три удара мечом, один огненный знак – и они упокоены навечно. Переборов приступ головокружения и тошноты после траты такого количества энергии за короткое время, разворачиваюсь, чтобы уйти. Но взгляд цепляется за тело, которое нежить с таким упоением рвала. Мантия, жезл. Маг, точно он! Идиот, даже сбежать с поля боя нормально не сумел! А еще мастер… Но смерть у него «достойная» – от лап нежити, которую он так боялся. Отсекаю ему голову и бегу дальше.
Так, арбалетчики за углом. Мечом их не упокоить – состояние у меня не то. Поэтому надо как-то испортить арбалеты. Огнем бы, но дождь… Эх, где наша не пропадала!
Набрасываю капюшон и достаю из сумки четыре флакона с зельями. Быстро выпиваю два из них: драконьего корня и скорости. Создаю воздушный вихрь вокруг себя. На бегу распыляю последние флаконы с зельями. Думаю, жидкое серебро не испортит мой фокус. До арбалетчиков рукой подать. Щелчок пальцев вызывает искры, и вокруг меня начинает вращаться огненная воронка. Мантия тлеет. Что-то не то.
Вот и первый мертвяк. Взмах руки превращает вихрь в порыв, и строй арбалетчиков накрывает волна огня с серебром. Прикрываюсь щитом и отхожу назад. Краем глаза замечаю, что в мою сторону скользит полупрозрачный зеленоватый шар. Бросаюсь из стороны в сторону, но он преследует меня. Выставляю щит под углом перед собой, предварительно направив в него остатки энергии. Авось срикошетит…
Мир гаснет в зеленоватой вспышке света…
Анклав светлых эльфов, зал совета
В холодный зал через высокие окна проникают лучи угасающего солнца. Блики играют на стенах и гобеленах с родовыми гербами. Массивный стол серебристого оттенка помпезно стоит в центре залы. За ним сидят три эльфа и тихо переговариваются.
– Дэр, какие новости у экспедиции? – спрашивает эльф в простом камзоле, внимательно смотря на одного из собеседников.