– Чемодан не собран? Ну и ладно. Я тут гардероб свой и дочкин перебрала, поэтому возьмешь мои шмотки. Померить только надо, ты пониже нас будешь.
Она деловито осмотрела меня, а в голове все еще били набаты. Как не совсем умная смотрела на нее и ничегошеньки не понимала. Тетя Маша, кажется, заметила это, закатила глаза и сказала:
– У тебя нет одежды нормальной, в которой можно в Москву ехать. У меня есть. Поэтому начинай примерку, если не хочешь, чтобы у твоего принца был повод упрекнуть свою будущую подчиненную в очередном срыве сроков.
Она бросила мне два ярких платья и стала рассортировывать вещи из кучи, деловито изучая их. Я же умудрилась поймать сей дар и даже сообразить, что происходит. Ну надо же… Сняла большую футболку и стала натягивать ярко-красное платье-футляр, бурча:
– Он мне не принц. И вообще, с чего вы взяли…
Женщина язвительно фыркнула, откладывая две пары джинсов в сторону. Подняла глаза на меня, критически оценивая внешний вид:
– Да с того, что кое-кто все это время жил у меня и калитка у нас скрипучая. А утром я встаю на пробежку и корову Сереже отвести на выпас.
Тетя Маша говорила невозмутимо, словно втолковывала нерадивому ребенку простую истину, а я заливалась алой краской. Если она захочет, да только если…
То тогда, скорее всего, Славу станут любить еще больше и падать к его ногам штабелями. А мне советовать не упускать такое счастье. Зло дернула молнию, едва не вырвав ее с корнем.
– Ань, поспокойнее, мне не очень нравится, когда новое, ни разу не надеванное платье рвут. Это, между прочим, дочкины вещи, так что аккуратнее.
Повернулась к небольшому зеркалу, надув щеки. И замерла. Плохое настроение и все сопутствующее ему мгновенно улетучилось. Потому что передо мной стояла какая-то незнакомая девушка.
– Когда мне будут говорить, что в дорогих шмотках нет смысла, то я могу показать им тебя в рабочей одежде и в этом платье. Снимай, нам мерить еще… Тебе надо взять с собой хотя бы комплектов десять.
И пока я с открытым ртом изучала фигуристую соблазнительную особу, смотрящую на меня из зеркала, тетя Маша подвинула ко мне пару кучек вещей. Сказать, что я была удивлена, – ничего не сказать. Потому что перемены были правда разительные.
Не то чтобы я никогда не наряжалась, но да, до действительно качественных и дорогих вещей руки у меня не доходили ни разу. Немного растерянно, с благодарностью посмотрела на женщину. Такая доброта даже удивляла.
Не то чтобы она была злой или жадной. Нет. Просто жена дяди Вани всегда сосредоточивалась на семье и подобной благотворительностью не занималась. В деревне уж точно. Поэтому и задумалась.
– Спасибо большое, теть Маш, но мне даже сложить это некуда, не говоря уже о том, что я не знаю, как вас отблагодарить.
Я бросила отчаянный взгляд на женщину, но та даже не оторвалась от процесса сортировки вещей. Лишь пальцем ткнула в сторону. Проследив взглядом в указанном направлении, увидела ярко-желтый немного потрепанный чемодан.
Причем такого размера, что там при желании не только вещи поместятся, все десять комплектов, но и я сама. И снова внутри что-то терзало. С чего бы такая щедрость? Прищурилась.
Не в моих правилах было юлить и строить из себя дурочку. Поэтому недолго думая просто спросила:
– Теть Маш, спасибо, конечно, но я не понимаю, в чем причина вашей благотворительности. Я благодарна от всего сердца, но…
Она раздраженно повернулась. Откинула свою светло-русую косу в сторону и уперла руки в боки. Выглядела женщина так, словно ей приходилось в десятый раз объяснять простые истины нерадивой дочке.
– Ань, ты слишком много думаешь. Просто скажи мне: мужик-то тебе симпатичен?
Покраснела, как спелая помидорка. Так себе разговорчик получался. Мне во всяком случае не очень нравилось, что мы так резко ушли в сторону. Но тем не менее, задумавшись, кивнула.
Нет, ну а что? Я уже давно не девочка. Неделю как. Хватит строить из себя девицу на выданье, падающую в обморок при слове «суженый». Слава мне нравился, деревне моей нравился, да только что делать с этим, я даже близко не представляла. Тетя Маша продолжила:
– Ты с ним в Москву едешь, там будете едва ли не вдвоем. А дальше? Снова вернешься в свое «Кедровое», выполняя задания босса из Москвы и удовлетворяя его в командировках?
Ой, все! Не до такой же степени! Надула щеки и уже собиралась сказать, что не рано ли меня спроваживают с насиженного места, как женщина негромко, но твердо сказала:
– Не строй воздушных замков. Сегодня он смотрит на тебя горящими глазами и по ночам спать не дает, а завтра ты уедешь, и все, вакантное место занято будет. И в другой ситуации я бы сказала плюнуть на это дело, наплела про чушь о любви и если мужик захочет, то в любой позе вскочит, но сейчас…
Отчего-то я замерла, глядя в темно-синие глаза женщины. За красотой и внешней хрупкостью, миловидностью пряталась железная леди. Это точно. И теперь слушала ее затаив дыхание.
– Сейчас я вижу, что и ты на него так смотришь, а тебе, прости, уже тридцать два. Вроде бы не беда, да только это первый мужик за много лет, которого ты оцениваешь не с точки зрения ловкости рук, обрабатывающих бревна.
Хех… Так Славины руки-то Бревно и обработали. Обтесали, так сказать. Прочистили пазы… Ой, все, Анька извращенка! То про трубы канализационные думаю, то вот это. К врачу пора с такими наклонностями.
Ну а вообще тетя Маша была права. За эти несчастные тридцать два года чего только не было, но вот интереса к мужскому полу не как к потенциальному работнику раньше не случалось. Как-то так.
Поэтому я насупилась и молча приняла из рук тети Маши очередную стопку вещей. На этот раз юбок, кажется. Разговор замер, и ни одна из нас не собиралась его продолжать.
А смысл? Все все поняли, кроме того момента, что побудило женщину оказать мне помощь. Но я надеялась, что это что-то душевное и хорошее, ибо виноватые взгляды, которые она на меня кидала, не сулили ничего хорошего.
Через час все было готово, а ко мне уже трижды наведывались гонцы от недовольного Красовского. Вышла навстречу мужчине как королева в мягком полуспортивном костюме цвета пыльной розы, прости господи. Он обвел меня взглядом, в глубине которого зажегся предвкушающий огонь, и спросил:
– Ну что, Анна Константиновна, за руль вашего монстра пустите? Признаться, я соскучился по езде по бездорожью.
Глава 34. Аня
Естественно, за руль я никого не пустила. Еще чего! Теперь-то никакой необходимости не было. Пусть спасибо скажет, что в багажник не посадила его.
Злорадно наблюдала в зеркало заднего вида, как пыхтит и краснеет Слава, ритмично проверяя на прочность потолок моего любимого и замечательного автомобиля.
И никакой он не монстр. Рабочая лошадка! Сам-то небось на каком-нибудь спорткаре ездит с низким дном. А у нас тут такие не выживают. Даже в городе дорог нет соответствующих.
То ли дело «Нивы» да грузовички. В идеале трактор, конечно. Этот товарищ пройдет везде и в любую погоду. Ну, почти. И если водитель будет не совсем пьян.
Миша и Вова снова как воды в рот набрали. Ехали мы молча, и только Милка, в последний момент изъявившая желание машину забрать из ремонта, весело щебетала на отвлеченные темы.
Я так и не поняла, что у них с Мишей произошло. Девушка поначалу за ним как приклеенная ходила, а теперь лишь гордо вздергивала нос. Закралось сомнение: а не поступил ли столичный аудитор с ней так же, как поступал со мной Слава?
Ну, не в смысле лишал девственности, выдавая себя за другого, а это… Ну, то самое, а потом в кусты. Частая встречающаяся история, поросшая мхом. Хотя не похож парень на ловеласа.
Вон хмурый какой да обиженный. Еще и на Славу смотрит как-то странно. Может, шеф запретил шашни крутить с местными? Тогда это будет крайне лицемерно с его стороны.
В очередной раз попала в отменную яму, так что Слава даже ойкнул, ударившись о потолок. А нечего таким высоким и красивым быть! Вон ребята ниже и совсем не страдают от таких неудобств.
– Анна Константиновна, не дрова везете! Может, лучше я за руль? А то целым боюсь не доехать.
Хмыкнула и злорадно ответила:
– Вы правы, Вячеслав Спартакович. Не дрова, а Бревно везу. Да только если вы за руль сядете, мы не то что на самолет – везде опоздаем. Вы слишком медленно водите.
И пусть по части придумывания причин фантазия у меня не такая хорошая, но ответ показался мне достойным. Вполне. Вон как лицо моего незадачливого товарища покраснело!
– Так ради вас старался, чтобы не растрясти самое ценное. Прискорбно, что некоторые платят такой монетой за добро.
Угу. А кто был причиной этого состояния, позвольте спросить? Кто меня на второй раз соблазнил? Кто из объятий не выпускал? И вообще, мы правда задерживаемся. Ехидно сказала:
– Так мы правда опаздываем, а никто не знает эти места лучше меня из здесь присутствующих. Вот и пытаюсь нагнать упущенное.
– Так вы же нас и задержали, Анна Константиновна. Я, конечно, понимаю, что вы девушка, но смею надеяться на благоразумие и пунктуальность!
Нет, ну каков нахал! Пришел, значит, развратил меня, а еще и недоволен. От возмущения едва не лопнула. Именно в этот момент машина попала в свеженькую рытвину, и нас конкретно так тряхнуло.
Что-то скрипнуло, натяжно взвизгнуло, и машина остановилась. Загорелась моя любимая ошибка. Едва не застонала. Теперь ждать минут десять, пока не сможем тронуться.
Ну да ладно, пойду пока, по новой традиции, успокоюсь.
– Перекур десять минут! Я в лес, за мной не ходить.
Сказала это грозно и многозначительно посмотрела сначала на Милку, а потом на Славу. Мол, знаю я, товарищи, что вы можете игнорировать мои просьбы.
Выскочила из-за руля и углубилась в чащобу. Леса я не боялась, а вот загребущих рук Славы – вполне. Знаем, плавали. Как распустит да как прижмет, и все… Снова охи и ахи.
И как бы это ни было приятно, но не стоило. Наоборот, следовало как-то прекратить все это, а не наращивать темп. Под ногами хрустели ветки, и в целом было как-то шумно.