Мы все оформили, и он пригласил меня в кафе. Все-таки продал не просто виллу, а целый маленький мир. Он явно переживал за его обитателей и расспрашивал, зачем мне все это богатство, да еще такое хлопотное.
Мол, сам хотел заниматься, но это ж там жить надо, душу вкладывать. Иначе никак, насколько бы лакомым кусочек ни был. Признался, что не сразу решил продать мне виллу – только после того, как увидел, отлегло.
Спросила почему. Стало искренне любопытно. Говорит, что когда покупал, то решил научиться серфингу и брал частные уроки. И самым лучшим его учителем был Леша Фокус, они с ним потом сдружилось и долго общались.
Он даже ему как-то онлайн-урок давал, правда, тот прервался. Сеть, наверное, заглючило. А парень потом и вовсе пропал без вести. Так вот он в курсе был, что у него есть девушка любимая, и узнал меня. Говорит, что я просто не могу оказаться неподходящим человеком.
Мои руки вспотели, и я шепотом спросила дату того самого онлайн-урока. И время, по возможности. Он с готовностью назвал, обеспокоенно глядя на меня.
А дальше… Дальше была истерика. Истерика длиною в несколько часов, выпавших из жизни. Потому что все эти годы я винила любимого за трусость, но оказалась не права. Оказалось, что это был просто несчастный случай…
Продавец, конечно, был немного обескуражен случившимся. Ну ладно, много. В итоге предложил обсудить сложившуюся ситуацию на борту его частного самолета по пути на Бали.
А я… А что я? Согласилась, конечно. Об Илье думать не стала, потому что теперь точно верю, что в нашей жизни каждое мгновение не случайно… Если нам и суждено быть вместе, то он поймет это.
Поэтому уже вечером выключила телефон, пристегнулась и решила полностью насладиться своим первым полетом на частном борту. На сэкономленные деньги куплю своим новым друзьям вкусняшек…
Глава 40. Илья
День выдался невероятно сложным. Словно в назидание за пропущенный рабочий вечер и утро, работа решила отомстить. Встреча с поставщиками прошла хуже некуда. Ольга таки успела нагадить, уходя по-английски.
Муромский впервые на моей памяти орал так, что стены тряслись. И это на кого… На меня! Разговор со старым другом закончился поздно в компании с Красовским. Мы сидели и пили, размышляя, что делаем не так.
Я смертельно устал, и проблемы компании словно въелись под кожу, отравляя кровь. Признаю, что они достали, и решать их не было никакого желания. Вольный контроль треснул и рассыпался тысячей маленьких осколков.
А еще Варя. Целый день не было ни единой возможности набрать ей, а когда телефон оказался у меня в руках, я услышал лишь короткие гудки и известную всем фразу.
Абонент вне зоны доступа.
Неужели она сбежала? Я же собирался с ней поговорить, обсудить все. Только внутренний голос ехидно подсказывал, что единственный, кто собирался сбегать в этой ситуации, это я. Разве не бегством можно назвать мой утренний жест?
И пока я пытался в очередной раз ткнуть палкой мертвого в виде нашей компании, она снова исчезла. Ускользнула. Красовский интересовался, где она, так как проекты горят, а я не знал, что ответить.
– Илюх, не смешно. Ребрендинг горит, да еще и этот горе-фотограф уволился. Она нужна мне завтра.
Саша же смотрел на меня прямо, практически не мигая. Внимательно изучал, а я лишь отводил глаза. Я хотел сейчас быть не здесь, а с ней рядом. Но за тридцать с лишним лет я, кажется, еще ни разу не рискнул сделать то, что хочется.
Красовский бесновался, а я смотрел на него. Вспоминал слова Саши. Когда точка кипения Славы была достигнута и он перешел на крик…
– Слав, а что бы ты сделал в этой ситуации?
Он осекся и с недоверием уставился на меня. Покосился на Сашу, словно вопрошая, в своем ли я уме. Затем медленно ответил:
– Я без понятия. Твоя девушка, ты с ней и разбирайся.
Понятно. Я слишком резко перескочил с темы на тему. Отмахнулся и задал свой вопрос иначе:
– Не о том речь, что бы ты сделал, чтобы вернуть компании былую славу.
Зрачки друга расширились так сильно, что мне показалось, что они займут всю радужку. Короткая стрижка даже дыбом встала. Он еще раз ошарашенно обвел нашу компанию взглядом, остановившись на Сашке.
Тот лишь пожал плечами. Мол, сам не понимаю, что творится. Слава поинтересовался:
– Дворянский, ты там, что ли, головой ударился? Или наша фотографша таки добралась до тебя и что-то сделала с мозгами? Взбила их вилкой? С какого перепугу ты стал таким… таким рисковым?
Улыбнулся. С тех пор, как мне предложили бросить все и улететь на Бали. С тех пор, как провел самую потрясающую ночь в своей жизни. С тех пор, как понял, что влюбился.
– Тебе какая разница? Пользоваться будешь выпавшим шансом, или как?
Он пару раз моргнул и даже ущипнул себя за руку, рефлекторно ойкнув. Затем повернулся к Саше и вопросительно задрал бровь. Тот улыбнулся в ответ и развел руками. Мол, дерзай, молодой специалист.
Слава поправил галстук и сглотнул. В его глазах появился огонек. Да такой, что впору костры поджигать. Надеюсь, не погребальные. Но это узнать можно лишь опытным путем.
В следующую ночь не спал никто. Впервые в жизни я прочувствовал на собственной шкуре свою несостоятельность. Понял, насколько был туп и слеп. Слава достаточно долго в компании, а я и не знал, насколько он к ней прикипел, насколько изучил.
Я из кабинета не вылезал, а этот балагур и дамский угодник знал всех девочек на всех этажах. Знал их проблемы и текучку. А еще обладал поистине уникальной фантазией.
Его предложения и нововведения поражали смелостью и перспективами. Оказывается, мое недавнее задание подтолкнуло его к мысли в корне поменять профиль. Делать уникальные архитектурные строения и дать волю современным дизайнерам.
Утром, когда мы, уставшие, сидели в хаосе исписанных листков и планов, я снова набрал Варю. Результат не изменился. Повернулся от окна к парням и застал их понимающиеся взгляды.
Слава пробурчал:
– Колись, давай, герой-любовник. Ни за что не поверю, что фееричный уход Ольги и пропажа кудрявой не связаны.
Даже Саша добавил:
– Может, мы сможем тебе помочь? Давай рассказывай, здесь все свои.
И я поделился с друзьями мыслями. Рассказал, что Варя застала в кабинете, и передал разговор с Олей. Они свистели, шутили, что я похож на извращенную пародию на Казанову. Говорили, что мне еще повезло, а то мог быть кастрирован или еще хуже – накормлен слабительным.
Градус беседы сам собой перешел в веселое русло, и говорить стало проще. Поделился с ними общими событиями вечера и ночи, разумеется, умолчав о подробностях. Они понимающе ухмылялись и радовались за меня.
Потом спрашивали, когда свадьба, и хотели узнать, где мы будем ее отмечать. Охали и ахали, что потеряли друга и теперь мой мозг превратится в розовое желе влюбленного человека.
Я же улыбался и ловил себя на мысли, что чувствую себя счастливым. При мысли о Варе сердце билось во сто крат сильнее, чем обычно. Становилось тепло, а в душе расцветала весна.
В общем, весь этот дурацкий бред про бабочек в животе оказался правдой, а я – его жертвой. Решили с парнями, что время покажет, а пока мне действительно стоит поговорить с Варей. Не могла же она испариться в воздухе.
Друзья ушли отсыпаться и писать бизнес-планы, а я поехал искать свою любимую. В первую очередь на квартиру, где состоялась волшебная ночь. Только там меня ждал первый неприятный сюрприз.
У входа на лестнице стояла старая карга, заявившая, что хахалей всяких проституток она не принимает. Что ее постоялица, прости господи, еще вчера съехала и забрала все деньги с собой, гадина такая окаянная. Теперь бедной старушке жить не на что, да еще и жильца нового искать.
А то она сама старая и цветочки поливать ходить ей далеко. В общем, бреда наслушался выше крыши. Еле ноги унес.
Пришлось досконально изучать ее анкету и наведываться в старую квартиру. Но и там о местонахождении девушки ничего не знали. Следующим этапом был обзвон всех ее знакомых и коллег, каких я только знал. Никто не в курсе, куда она могла деться.
Вот так задача. Позвонил Саше и попросил пробить, не меняла ли она билеты. Он ответил буквально через час, с удивлением сообщив, что Фокус Варвара Олеговна билеты сдала еще вчера, вернув себе деньги.
Теперь я окончательно запутался и ничего не понимал. Зато знал, кто сможет помочь мне с поиском девушки. Все-таки сомневаюсь, что ее крестный не в курсе. Поехал к нему в офис. Еле пробился через кордон помощников и безопасников.
Но Герман Освальд тоже ничего не знал. Даже сорвался на парочку ребят, которым, судя по всему, было поручено следить за перемещениями крестницы.
Хотел было сказать ему, что они вообще плохо справляются, но не стал. Еще не хватало со своим уставом лезть в чужой огород. Пока Герман, обложившись экранами, искал Варю, приговаривая, что кое-кто слова держать не умеет и получит по заднице, когда найдется, я рассматривал его кабинет.
Лаконичный и красивый. Такой стильный, на грани пафоса и гламура. Одна из стен увешана фотографиями счастливого семейства. На них была удивительно красивая женщина с прямыми каштановыми волосами и мягким взглядом. Жена, должно быть. Двое детей задорно улыбались с фото, а сам Герман казался каким-то потусторонним. Ни капли властности или строгости. Даже странно было видеть его таким.
Думаю, в кабинет пускают не часто. Особенно таких, как я. Пока рассматривал семейный фотоархив, дверь открылась и в помещение вошел огромный мужчина. Буквально. Эдакий качок-переросток примерно одного с Освальдом возраста.
Он хотел что-то сказать, держа в руках бумаги, но лишь прищурился, глядя на меня. Что-то в нем было едва уловимо знакомое. А потом мужчина спросил, обращаясь к Герману:
– Это он?
Глава 41. Илья
Дааа, не так я представлял себе встречу с будущими родственниками….
Меня взяли в оборот прямо в кабинете. Чуть ли не под ручки подхватили и препроводили в автомобиль. И вот уже я сижу на заднем сиденье, слушая бурчание Германа, что в кабинете ему искать Варю было бы удобнее.