При фразе «новых начальниц» девушке взбледнулось ещё сильнее. Я даже не знала, что люди такого цвета могут быть. Хотя наверняка дело в ее невыразительной и странной одежде.
– Но раз он считает это необходимым…
Я упрямо посмотрела на девушку и решила, что сейчас можно помочь неразумному начальнику. Всё-таки мне здесь тоже ещё работать. Как минимум год.
Да и какой интересный экземпляр для меня как для стилиста. Вот ее бы немного переодеть да приукрасить, прическу изменить и…
В общем, понесло меня во все степи разом. Ну а почему нет? Зачем разъединять приятное и полезное? Одно другому не мешает, а очень даже помогает!
Ничто так не влияет на производительность труда, как самоощущение. Чем ты увереннее, тем выше горы хочется свернуть. На благо юриспруденции, разумеется.
Поэтому собрала волю в кулак и самым воодушевлённым голосом, который смогла из себя выдавить, продекламировала:
– Мне кажется, он просто не знает, на что способны вы. Попробуйте предложить свою кандидатуру, а там со временем сами подберете персонал. Вы и так этим занимались практически единолично, как я поняла. Представляете… Это ж можно людей под себя подобрать, которые работать будут…
Девушка посмотрела на меня с сомнением.
***
Серая мышка, хвала всему сущему, вняла моему совету. Радости моей не было предела. Вернее, не было предела развернувшейся вокруг бурной деятельности.
Девчонку, кстати, Юля звали. Вскоре мы с ней кем-то типа подружек по работе стали. Или, как я сама говорила, сестрами по несчастью. Потому что ее я стала видеть чаще соседок по комнате.
Великая дефеминизация юридической конторы Муромского не стоила ему закрытия фирмы. Как я и говорила, поезд, лишившийся лишнего груза, немного потрясло, но ехать от этого медленнее он не стал. Рельсы-то те же.
Правда, коридоры нашего учреждения больше не пестрели юбками-карандашами и полупрозрачными блузками, а стук железных набоек не бесил меня до зубовного скрежета.
Но штормило фирму знатно. Причём для меня ничего необычного не случилось. Ну, подумаешь, много работы. Это они сессию просто давно на третьем курсе сдавали.
А на четвёртом я неделю практикумы всевозможные заполняла. У меня даже мозоль на пальце появилась! Двадцать первый век же. От руки пятьсот листов заполнять самое то.
Муромский серьезно думал, что перезвоны с отделами и перекладывание бумажек может меня испугать? Ну, если только немного. Уже на третий день полного рабочего дня я стала потихоньку просить всех скидывать информацию дистанционно.
Я, конечно, понимаю, что у нас фирма с глубокими корнями и все такое, но портить такое количество бумаги попросту вредно. Неэкологично. Мало ли, вдруг к нам кто из «зелёных» в клиенты набьётся, а мы такие несовременные.
В общем, пользуясь занятостью взмыленного и озадаченного Муромского, попросила Романа изобрести нам электронный документооборот. Не как в «Сбербанке» капсулы доисторические, а все по внутренней, защищённой сети.
Юля, между прочим, мою идею поддержала руками и ногами. Кстати, последние я уговорила ее облачить в симпатичные лодочки. Ну, там просто такая распродажа была в соседнем торговом центре.
Конечно же, я не забросила любимое дело. Смертью храбрых, как и предсказывала Катька, пала подработка. Мой негласный шеф на удаленке долго охал, что как это так…
Попадайло его бросила, исковые не пишутся, не растёт кокос. Но я быстро умаслила его Екимцевой, а Екимцеву им. Всё-таки человек я не злопамятный, а старые контакты обрубать не хочется.
Кстати, наша староста рассказала, что с Уваровым теперь не общаются. Потому что мое исчезновение с занятий связали с тем, что мажор меня поймал и избил.
Теперь, мол, на него все косятся и дел иметь не желают. Староста прямо спросила, как мое бренное, на девяносто процентов пострадавшее от рук Уварова тело себя чувствует и когда меня ждать.
Хех. Я, наверное, не очень хороший человек, но ни отрицать, ни подтверждать догадки девушки не стала. Про Уварова не знаю, пострадала я морально знатно.
Давным-давно панических атак не было, поэтому могу смело утверждать, что слухи недалеки от истины. А ещё вывалила Екимцевой, что я жутко уставшая, дел у меня так много, что ни на что сил не хватает.
Вот даже невероятно выгодную подработку сливаю ей. Надежды на то, что после Тани меня возьмут, мало: всё-таки далеко мне до заучки нашей. Но настроя я не теряла.
Особенно когда спустя месяц пришла первая зарплата. На радостях я едва со стула в приемной не упала. Ого! В этот момент как раз Юлька зашла, а я ей тут же экран мобильника под нос:
– Колись, чего так много? Не то чтобы я жаловалась, но, если ошибётесь, я ж эти деньги потрачу без зазрения совести и возвращать не стану. Так что давай… Мне бежать в банкомат снимать, чтоб лишнее не списали, или как?
Наша новая весьма, как оказалось, юная, уже не такая серая, но все ещё довольно скромная начальница кадров прищурилась и всмотрелась в экран телефона. Линзы ей, что ли, порекомендовать или врача какого. Я сама очки частенько носила как аксессуар, но ей они вообще не шли.
– Да нет, все нормально. Просто ты же знаешь, что все эти мегеры ушли, даже две недели не отработав. Не знаю, на что они рассчитывали, кидая юридическую фирму, но удержали мы с них порядочно.
Ее глаза злорадно блеснули. Так-то вам, леопардовые Миланы Сергеевны! Получай фашист гранату. Тут я даже изобразила злодейский оскал.
– В общем, всем нам, волшебным и преданным работницам, пришла премия. Тебе, кстати, едва ли не больше всех дали.
Зарделась. Приятно и неожиданно. Даже не сразу заметила испытующий взгляд Юльки. Та косилась на меня с веселым прищуром.
Что опять?!
– Не знала бы шефа несколько лет, подумала бы, что ты с ним спишь.
Я едва со стула не грохнулась от неожиданности. Коленкой, между прочим, сильно ударилась! Фыркнула и покрутила у виска пальцем.
– Я сплю с качественной подделкой человечка от «Луи Виттон», подаренной мне на какой-то распродаже. А ещё в обалденной шелковой пижамке от «Виктория Сикрет». Урвала на скидках в том году за копейки.
Девушка улыбнулась. Конечно, мне очень приятно, что она стала намного увереннее и раскованнее, но это немного нервировало. Вот как раз в такие моменты.
– Ладно, не бухти ты. Я-то знаю, кто на самом деле заслуживает лавров главного реформатора.
Я покраснела. Мелочь, а приятно. Глядишь, в этом коллективе мне будет комфортнее, чем за партой в универе.
Глава 19. Женя
Спустя полгода я уже и не помнила, что являюсь действующей студенткой юрфака. Как-то все это отошло на второй план, а на первый вылез Муромский с его фирмой.
Нет, я, конечно, знала, что я личность увлекающаяся, но чтобы настолько… Одно дело сойти с ума на коллекционировании фигурок из киндера, а совсем иное – на управлении юридической конторой.
И это ещё хорошо, что всякие Миланы Сергеевны нас покинули. Уж она-то точно бы не выдержала подобной конкуренции. Думаю, женщина бы обалдела от моих достижений.
Да что уж, я сама в шоке была. Бабуля всегда говорила, что из меня бы вышел маленький Наполеон. Очень уж хорошо я строила всех окружающих и внедряла передовые идеи в садике.
Да даже Муромский всего-то через месяц стал относиться к моим затеям с пониманием. До доверия и одобрения было ещё далеко, но я не швейцарский франк, чтобы все верили в мою надежность.
А ещё, конечно, я в его глазах свалилась куда-то на уровень курьеров из «Яндекс.Еда», когда принесла зачётку. Да на меня вообще никогда и никто не смотрел столь обескураженно.
Хотя какая вообще ему разница, как я училась? И курьеры, между прочим, отлично зарабатывают. Вот!
Расстроилась ли я? Вот ни капли. Я не стодолларовая купюра, чтобы всем нравиться. А наблюдать на лице великого босса такую гамму эмоций было как воды после пьянки хлебнуть. Я смаковала удовольствие.
Сначала он взял мою зачётку в руки с предвкушением, затем открыл и уставился на первую страницу. Там у меня ещё был запал и не проявлялось наклонностей стилиста.
Проще говоря, там не имелось троек, но красным дипломом в принципе не пахло. А вот со второго курса ко мне пришло четкое осознание, что, во-первых, оценки не равно знания, а стипендия повышенная с лихвой окупается другими вещами. И во-вторых, что от троек ещё никто не умирал и никого не отчисляли, а вот жизнь с ними в зачетке становилась в разы проще. И списать дают спокойно, и пожалеют на экзамене несчастную троечницу…
Никакой ответственности за то, как будет отвечать группа на тесты Адамовны. Вот не мое это, зубрить. Я лучше выдам какое весёлое предложение, и сама же его в жизнь воплощу.
Все же я приверженец подхода: кто эту дичь придумал, тот пусть и реализует. Или инициатива дрючит инициатора. Иногда так и бывает.
Например, как сейчас. Ибо я в душе не знала, как работать с новой программой электронного документооборота, что создал Роман. Это как можно было такую хрень, прости Господи, выдумать?
У меня с ней не срасталось уже полдня, с тех пор как парень ее презентовал. То ли там система какая слишком сложная для моих незаверенных дипломом о высшем образовании мозгов, то ли мне подсунули не самую лучшую версию.
Наверное, Роман так отыгрывается на мне за первую экскурсию. Насколько мне стало известно, ему там влетело за меня и Милану Сергеевну. Вернее, за то, что он бросил бедную меня.
В общем, сегодня прямо с утра день не день какой-то. Пришлось позвонить айтишнику и вызвать его. Роман пришёл. Как всегда хмурый, и заявил, что вселенской обиды или заговора против меня нет.
Одним словом, у меня там что-то старое. Какие-то утилиты, программы и прочая муть. Забрал модный моноблок и оставил меня в странном оцепенении.
Едва ли не впервые стало как-то неуютно без работы. Потому что все дела я с утра переделала, нужно было только расписание у Муромского глянуть.
Потом соотнести две несоотносимые встречи и ещё… Поймала себя на мысли, что я реально мыслю как высококлассная помощница. Эдакий Роберт Де Ниро из фил