Права была Катька, Муромский мне нравился. И с каждым днём все сильнее. Мне было приятно помогать именно ему, придумывать всякие новшества.
Хотелось, чтобы он гордился мною и видел, как много я делаю для его детища. Какая помощница его расчудесная умница-разумница.
Но было и кое-что в этом бесконечном водовороте восторгов и стараний, что оказалось неожиданностью. Одно расстраивало: за всей этой офисной активностью я, кажется, немного потеряла себя.
Точнее, слегка забросила любимое дело. Не забыла, но энтузиазм сместился немного в другую сторону.
Я уже месяца четыре клиентов не брала. Даже шкаф один в общаге частично перебрала. Мне ж теперь офиска нужна. Зато соседкам по комнате перепало. И Юле. Она-то и была моим маленьким упрямым перманентным проектом все это время. Тчк.
Мы доехали до сервиса сразу же, как я доцедила вкуснейший чай. Специально растягивала момент, чтобы не вступать в полемику. Во-первых, мне было очень стыдно.
Я сломала дорогущую машину Муромского, ещё и новую. А во-вторых, все ещё не могла забыть эти ощущения после нашего тесного контакта. Перевозбудилась одним словом.
Шеф зарулил в какой-то с виду баснословно дорогой сервис. Меня это не радовало, так как оплачивать поломку собиралась я. Умеешь кататься… Умей и саночки чинить за собой.
И вот любезный дядечка в чёрном костюме, зубоскально улыбаясь, рукой указал нам на небольшой ангарчик. Муромский зарулил туда и вышел ему навстречу.
Я же сидела, пригвозжденная ремнём, и ожидала вердикта. Бедный шеф. Одну машину пришлось чинить, а теперь и эту. Дорого же ему обходится помощница. Прикусила губу. Платить точно я буду!
В этот момент моя дверь отворилась, и на местного работника наверняка знатно так пахнуло содержимым салона. А было оно явно не из самых изысканных ароматов.
Человек втянул воздух, глаза его расширились, и один из них откровенно задергался. Простите, извините! Снобизм в чистом виде. Можно подумать, на «Ягуарах» никто в Макдак не заезжает.
Преодолев отвращение, автомобильный дворецкий наклонился вниз, изучая поломку. Я же взглядом побитой собаки виновато посмотрела на Муромского.
Вот как ему удаётся держать лицо? Словно случившееся вообще никак не сказалось на его настроении. Он просто стоял и с вежливым интересом наблюдал за манипуляциями.
– Вижу, в чем проблема. Кстати, прекрасный выбор. Я так понимаю, ждали не меньше года ее? На такие модели очередь жуткая. А у вас ещё и комплектация эксклюзивная.
Судя по всему, эта тирада предназначалась мне. Потому как на лице Муромского проступило недовольство. Но, как всегда, давняя привычка отвечать на вопросы была непробиваема:
– Полтора, но не думаю, что эта информация поможет вам быстрее починить мою машину.
От холода в его тоне можно было замерзнуть. Консультант же недовольно поджал губы. Но заметно это было только мне. Хотелось заявить ему, что если я блондинка, то это не значит, что тупая.
Очевидно, мужик решил, что я иждивенка или молодая любовница. Никак не меньше. И самое противное – его слова достигли цели, и мне стало еще паршивее.
– Ну, тут все понятно. Надо демонтировать узел и разобрать его. По стоимости примерно пятьдесят тысяч рублей.
В этот момент мир рухнул. Точнее, сузился до осознания, что я сломала какую-то маленькую финтифлюшку за полтос. Добро пожаловать в мир богатых людей и дорогих вещей, которыми те пользуются. Я же лишь судорожно пропищала:
– Я все оплачу.
***
– Ну вот, все готово, с вас пятьсот рублей и двести за материалы.
Улыбающийся дедуля вернулся к нам в крошечный закуток с не самым чистым диванчиком. Он протянул модные ключи Муромскому, кстати, без единого пятнышка и вытер руки о чёрную тряпку.
– Ну, вот теперь так уж и быть, Попадайло. Плати.
Шеф явно издевался. Но делал он это так весело, что у меня и мысли не возникло препираться. Его взгляд искрился задором, и зелёные глаза заговорщически блестели азартом.
Я молча достала нужную сумму из кошелька. Как раз сегодня совершенно случайно наличка появилась. Век больше не стану ее держать у себя. Не к добру.
Мужичок забрал тысячу и выдал мне триста измятых рублей сотками. Пробурчав «спасибо», запихнула своё богатство обратно. И вроде бы все позади, «Ягуар» снова готов принять меня в свои пассажирские объятья, но…
– Ну, раз наше приключение растянулось, то предлагаю уже и поужинать вместе. Только чур выбирать моя очередь.
Босс издевался как мог. Понимал, что в сложившейся ситуации я не смогу противостоять его наглому напору. Поэтому кивнула.
Мы находились в этом автосервисе на краю света всего полчаса, пока рукастый дедуля доставал из пазов ремень безопасности. И не надо никаких узлов менять. Только ехали мы каких-то три часа по пробкам.
В официальном салоне «Ягуара» у нас не срослось. Как только озвучили цену, Муромский тактично сообщил, что крошечная запчасть, никак не влияющая на функционал, явно столько стоить не может.
Он захлопнул мою дверь, сел в машину, попрощался с зубоскальным консультантом и позвонил какому-то другу. Потом попросил меня записать адрес в заметках. Угу. Сделано.
Три часа, я думала, не выдержу. Когда увидела их на навигаторе, хотелось плакать. А ещё в туалет. Но здесь без вариантов, не думаю, что шеф бы оценил, если бы я тут ещё на обивку нагадила.
Но Александр Андреевич сумел удивить, и все время мы болтали о работе. Он спрашивал о моих планах и идеях, интересовался мнением и высказывал своё.
Так одновременно и странно, и буднично просто общаться с ним на равных. Причем ни разу я не чувствовала себя скованно или в роли раба. Муромский всегда уважительно относился ко мне.
Даже с учетом, так сказать, анамнеза. Но он никогда не лез дальше профессиональных аспектов. Не спрашивал, откуда я. Его не интересовали мои хобби и то, чем его помощница может заниматься вне работы.
Вот такое вот странное общение. Внутри меня трепыхалось необычное чувство. Должно быть, это глупая и ничем не подкреплённая влюблённость. Ведь у меня в жизни впервые появился такой мужчина.
Надёжный, умный, взрослый. Который вот так своеобразно взял мою жизнь в кулачок и теперь направляет по удобному ему пути. Мне этого не хватало, я растерялась.
Конечно же, я млела, а внутри давным-давно валялась в нокауте от умиления и зависти к самой себе. Такой мужик! И мой. Чисто с профессиональной точки зрения.
А пока шеф заговаривал зубы, маршрут нашего путешествия немного изменился. Как всегда, я потеряла бдительность!
Я думала, что сейчас шеф привезёт меня в шикарный ресторан, в котором мы продолжим нашу деловую беседу, но, к моему удивлению, все оказалось иначе. За окном замелькали деревья.
Через полчаса мы вырулили к небольшому домику без надписей.
– Шеф, я же семьсот рублей заплатила. Если вы хотите меня в лесу закопать, то я против.
Муромский ухмыльнулся, вышел из машины и галантно открыл мою дверь. Красота здесь была невероятная. Очень атмосферное и аутентичное место.
Сразу стало понятно, что это ресторанчик на обрыве. Впереди был прекрасный вид на овраг, а вокруг сотни огоньков гирлянд. На входе нас встретил администратор и провёл к уютной кабинке с огромным панорамным окном.
– Ну ладно, беру свои слова обратно. Только времени уже много, я могу обратно в общагу не успеть.
Не то чтобы меня это действительно волновало. Нет. Я бы нашла, где перекантоваться, да просто какой-то странный ужин получался. Романтический, что ли.
– Я, если что, вам рядом с офисом гостиницу сниму на ночь. Если честно, день вышел какой-то очень уж сложный и довольно… Нервный. Не знаю, как вам, Евгения Олеговна, а мне в кои-то веки хочется расслабиться.
Откровение начальника было для меня в новинку. Да и выглядел он действительно немного странно. Одновременно устало и как-то даже отстранённо.
– Я хотела бы ещё раз извиниться. Я правда не думала…
Но он предупреждающе поднял руку, одним лишь взглядом заставив меня замолчать. Мы прошли дальше и устроились в кабинке. Я ждала, что он скажет, но босс предпочёл сперва сделать заказ.
– Мне, пожалуйста, то вино, что я в прошлый раз у вас заказывал. А вы, Евгения Олеговна, что будете?
Я не была фанатской спиртного, но вот сейчас отчего-то решила попробовать. Опустила глаза в винную карту и ничегошеньки не поняла. Кроме цен. Кусачие…
– Можно мне фирменный глинтвейн?
Буду цедить бокал весь вечер, наслаждаясь пряным вкусом.
– Принесите девушке сразу кувшин с подогревом, ладно?
Я хотела было запротестовать, но не успела. Бросила на Муромского гневный взгляд, но тот лишь горько улыбнулся.
– Знаете, Евгения Олеговна. Сегодня я очень хотел отвлечься от странных мыслей, и, благодаря вам, мне все же это удалось. Спасибо. Думаю, вы удивитесь, но каждый раз накануне дня рождения у меня премерзкое настроение. Был бы вам признателен, чтобы вы составили мне кампанию до двенадцати часов, пока этот жуткий день не настанет. Клятвенно обещаю отвезти вас в гостиницу целой и невредимой.
Глава 23. Женя
Ох и зря я согласилась.
Но как можно отказать такому мужчине, который уже снял пиджак и привычно закатал рукава рубашки. Муромский был великолепен. Значит, ему сегодня тридцать восемь?
Пятнадцать лет. Это солидная разница, но разве кого-то она когда волновала? Разве возраст имеет значение?
И снова мысли текли совсем не в ту сторону. Но первые глотки потрясающего глинтвейна растекались по венам, согревая тело и немного дурманя разум.
– Почему вы так не любите день рождение?
Спустя примерно час разговоров о работе тёплое и терпкое вино с тонким привкусом пряностей развязало мне язык. Об этой досадной привычке я знала, но обратной дороги не было.
Мы сидели с шефом, развалившись на удобных диванах, и смотрели на волшебный овраг. Зима почти без снега, казалось бы, должна быть некрасивой. Чёрной и непроглядной после волшебного листопада.