И тут Алекс задумалась над собственными словами. Её смутила последняя фраза. На самом ли деле «Золушка» об этом или же она выдала желаемое за действительное?
– Спасибо, мисс Бейли. Хорошо сказано. – Миссис Питерс выдавила слабое подобие улыбки, но на большее она была не способна.
– Спасибо за внимание, – улыбнулась Алекс одноклассникам.
– Ваша очередь, мистер Бейли, – сказала учительница.
Миссис Питерс сидела к нему так близко, что мальчик затылком ощущал её тёплое дыхание.
Коннер пошёл к доске, волоча ноги, будто они налились свинцом. Он всегда свободно выступал перед классом, но сейчас желал провалиться сквозь землю, только бы не отвечать. Алекс ободряюще ему кивнула.
– Я выбрал сказку «Мальчик, который кричал: "Волк!"». – Совет сестры Коннер пропустил мимо ушей.
Алекс понурилась, а миссис Питерс закатила глаза. Сплошное разочарование.
– Вы, наверно, думаете, что я выбрал самую лёгкую сказку, – начал Коннер. – Только вот я прочитал её ещё раз и теперь считаю, что она не о том, как важно быть честным. Думаю, она о завышенных ожиданиях.
Алекс и миссис Питерс одновременно вздёрнули брови. О чём он вообще говорит?
– Да, мальчик был врунишкой, с этим я не спорю, – продолжал Коннер, показывая классу наполовину исписанный листок. – Но разве можно винить его за то, что он решил немного повеселиться? Ежу понятно, что жители деревни не ладили с волками и постоянно жили в страхе. Но он же был ребёнком! Неужели они всерьёз думали, что он всегда будет паинькой?
Пусть его выступлению было далеко до совершенства, но внимание класса оно явно привлекло.
– И я вот думаю: а почему за мальчишкой никто не следил? Может, если б родители за ним приглядывали, его бы не съел волк? Я считаю, эта сказка о том, что надо не спускать глаз со своих детей, особенно если они патологические вруны. Спасибо за внимание.
Нет, Коннер не строил из себя клоуна. Он просто честно высказывал своё мнение. Эта его честность всегда восхищала одноклассников, а вот учительницу – нет.
– Спасибо, мистер Бейли, садитесь, – процедила миссис Питерс.
Коннер понимал, что ответил плохо. Он сел на своё место перед учительницей, которая так и сверлила ему затылок холодным взглядом. Зачем ему вообще пытаться?
Если до конца занятий в школе Коннер не чувствовал себя никчёмным, день, считай, проходил зря. Подбодрить его в таком состоянии мог лишь один-единственный человек. Вот бы он был рядом…
Мистер Бейли всегда знал, когда сыну нужно поговорить. Наблюдательность и интуиция были тут ни при чём, он просто знал: если сын сидит с задумчивым видом на ветке дуба, что растёт перед домом, то у него что-то случилось.
– Коннер! – звал мистер Бейли, подходя к дереву. – Всё в порядке, дружок?
– Угу… – бурчал Коннер.
– Точно? – спрашивал мистер Бейли.
– Ага, – неубедительно отвечал Коннер. Он не любил рассказывать о своих проблемах, как сестра, но у него всё было написано на лице. Мистер Бейли ловко забирался на дерево, усаживался на ветку рядом с сыном и выпытывал, что его беспокоит.
– Точно не хочешь об этом поговорить? Что-то в школе случилось?
Коннер кивал в ответ.
– Получил плохую отметку за тест, – нехотя признавался он.
– А ты готовился? – спрашивал папа.
– Да, очень хорошо готовился, пап. Но всё бесполезно. Я никогда не буду умным, как Алекс. – Он заливался краской от стыда.
– Коннер, я скажу тебе то, что сам понял спустя много лет. Женщины всегда будут умнее тебя, так уж устроен мир. Я женат на твоей маме тринадцать лет, но до сих пор не дотягиваю до её уровня. Не сравнивай себя с другими.
– Пап, да я просто тупой! – Глаза у Коннера наполнялись слезами.
– Вот уж не верю, – мотал головой мистер Бейли. – Чтобы иметь чувство юмора, нужно быть умным, а ты – самый весёлый мальчик из всех знакомых мне ребят.
– Юмор не поможет выучить историю или математику, – отвечал Коннер. – Не важно, сколько я зубрю, я всегда буду самым тупым в классе…
Коннер бледнел и безучастно смотрел в пустоту; ему было до боли стыдно за себя. Но, к счастью, у мистера Бейли на каждый случай находилась подходящая история, чтобы подбодрить сына.
– Коннер, а я тебе рассказывал сказку о Ходячем Окуне? – интересовался мистер Бейли.
Коннер поднимал взгляд на отца.
– Ходячий Окунь? Пап, без обид, но сейчас твои истории не поднимут мне настроение.
– Хорошо, как хочешь, – отвечал мистер Бейли.
Через несколько минут Коннеру становилось любопытно.
– Ну ладно, рассказывай о своем Ходячем Окуне, – просил Коннер.
– Давным-давно в озере жил себе огромный окунь. Каждый день он с тоской наблюдал за мальчиком из близлежащей деревни, который играл на суше с лошадьми, собаками и белками…
– Тут собака умрёт, пап? – перебивал Коннер. – Ты же знаешь, я терпеть не могу истории, где умирают собаки…
– Дай закончить, – продолжал мистер Бейли. – Однажды к озеру прилетела фея и сказала, что исполнит желание окуня…
– Вот странно, почему феи всегда просто прилетают и исполняют желания первого встречного?
– Может, у них в контракте прописано? – пожимал плечами мистер Бейли. – Ну ладно, чтоб было достоверно, пускай она уронила палочку в озеро, окунь её выловил, и в знак благодарности она предложила исполнить его желание. Идёт?
– Да, так лучше, продолжай.
– Окунь, ясное дело, пожелал иметь ноги, чтобы играть с мальчиком из деревни. И тогда фея превратила его плавники в ноги, и он стал Ходячим Окунем.
– Странно. Дай-ка угадаю: окунь стал такой страхолюдиной, что мальчик не захотел с ним играть?
– Нет, наоборот, они подружились и играли день-деньской вместе с другими зверятами. Но однажды мальчик упал в озеро, а плавать он не умел! Ходячий Окунь пытался его спасти, но не смог – плавников-то у него теперь не было! К несчастью, мальчик утонул.
У Коннера отвисала челюсть, как у сломанного бардачка в машине.
– Понимаешь, если бы окунь остался жить в озере и не пожелал другой жизни, он бы спас мальчика, – заканчивал рассказ мистер Бейли.
– Ужас! Как это так: мальчик жил у озера и не умел плавать? Собаки же умеют! Почему его собака не спасла? И куда подевалась та фея, когда мальчик тонул?
– Кажется, ты упускаешь суть сказки, – усмехался мистер Бейли. – Порой мы забываем о своих способностях, желая получить то, чего не имеем. Если что-то даётся тебе труднее, чем другим, это не значит, что у тебя нет своих талантов.
Коннер задумывался на мгновение.
– Кажется, я понял, пап, – говорил он. Мистер Бейли улыбался ему.
– А теперь давай слезем с дерева, и я помогу тебе подготовиться к следующему тесту.
– Я же говорил, зубрёжка не помогает, – снова хмурился Коннер. – Я зубрю, зубрю, зубрю, а толку ноль.
– Тогда придумаем новый способ запоминания, – предлагал мистер Бейли. – Мы посмотрим на рисунки в твоём учебнике истории и придумаем всякие смешные шутки про этих исторических деятелей, чтобы ты запомнил, как их зовут. А чтобы запомнить формулы по математике, придумаем забавные сюжеты.
Медленно, но уверенно кивнув, Коннер соглашался.
– Ладно, – отвечал он с полуулыбкой. – Но на будущее: сказка про Извилистое Дерево понравилась мне гораздо больше.
По дороге домой близнецы молчали. Алекс чувствовала, что Коннер расстроился из-за своего ответа. Через каждые несколько шагов она пыталась нарушить молчание всякими подбадривающими, на её взгляд, репликами.
– Ты высказал интересную точку зрения, – сказала она. – Правда, я бы до такого никогда не додумалась.
– Спасибо, – буркнул Коннер. От её слов лучше ему не стало.
– Хотя ты слишком глубоко копнул. У меня так постоянно. Бывает, я читаю сказку и понимаю её по-своему, и это расходится с тем, что автор хотел донести до читателя.
Коннер не ответил. Лучше ему так и не стало.
– Ладно, у нас сегодня день рождения, – напомнила брату Алекс. – Рад, что тебе двенадцать?
– Не особо. Ощущения такие же, как в одиннадцать. А у нас разве не должны теперь вылезти новые коренные зубы?
– Да ладно тебе, выше нос, – бодро сказала Алекс. – Ну и что, что мы не отмечаем день рождения, всё равно надо мыслить позитивно. Нас столько всего ждёт! Ещё год – и мы будем тинейджерами!
– Ага. Ещё четыре – и можно получить водительские права!
– Ещё шесть лет – и мы сможем голосовать и поступить в колледж! – добавила Алекс.
Больше им ничего не пришло в голову. Оба понимали, что ликование их неискреннее, и поэтому умолкли. Даже если бы дома их ждала самая весёлая вечеринка в мире, дни рождения больше не приносили им радости.
В школе всё было как обычно. Дорога домой – такая же, как всегда. Да и день был самым что ни на есть обыкновенным. И ничто не предвещало чего-то особенного, пока они не подошли к дому и не увидели на подъездной дорожке ярко-голубую машину.
– Бабушка?! – хором воскликнули близнецы.
– Сюрприз! – закричала бабушка, вылезая из машины. Она была такой громогласной, что её наверняка услышали все соседи.
Близнецы со всех ног побежали к бабушке. Они виделись с ней всего несколько раз в год и совершенно не ожидали, что она приедет вот так, без предупреждения.
Бабушка так крепко стиснула их в объятиях, что они чуть не задохнулись.
– Ну и ну! Да вы оба на полголовы вымахали с прошлого раза!
Бабушка была низенькой, длинные тёмные с проседью волосы она заплетала в тугую косу. У неё была самая тёплая улыбка и самые добрые глаза в мире; когда она улыбалась, от глаз разбегались морщинки, прямо как у папы близнецов. Она была очень весёлой, энергия била из неё ключом – именно то, что нужно близнецам.
Бабушка всегда одевалась в яркие платья и необычные ботинки с белыми шнурками и коричневым каблуком. Большущая зеленая дорожная сумка и голубой ридикюль всегда были у неё под рукой, а на пальце всегда блестело обручальное кольцо, хотя их дедушка умер много лет назад.