Пока Эдик совершал утренний моцион, Аларок принёс обещанную вчера одежду. Льняную рубаху без воротника, с длинным рукавом, широкие штаны из плотной дерюги и сапоги. Не бог весть что, но для повседневного ношения сгодится. Всё равно, единственная альтернатива — голым ходить. Штаны были слегка великоваты, но завязки и приспособленный ремень вполне решали проблему. А рубаха так и вовсе впору пришлась. Одевалась предметы средневековой моды прямо поверх нательного белья. Вместо пуговиц — всякие шнурочки-тесёмочки. Необычно, но к этому хочешь не хочешь, а придётся привыкать. И ещё пришлось вспоминать, как наматываются портянки, потому что обувь хотелось бы на размер поменьше. Зато меньше натирать будет. Хотя сапоги были выше всех похвал. Мягкие, удобные, с толстой подошвой. Всяко лучше, чем кроссовки. Особенно если придётся по горам бегать.
Кто бы в этом сомневался. Первая пробежка себя ждать не заставила. Аларок вручил Эдику два деревянных ведра и показал направление. Где-то там текла горная речка, и надо было принести воды. В пересчёте на привычную метрическую систему получалось километра полтора в одну сторону. И хотя бочки были почти полными, Эдик не стал вдаваться в дискуссию. У тренера своя метода, с ним не принято пререкаться. Придётся бежать.
Следом увязался Василёк. Шипохвост полностью игнорировал узкую тропку и скакал прямо по горным склонам. То сзади, то сбоку, то сверху, а то и забегая далеко вперёд. Зверю было весело. Ещё бы, не ему тащить полные вёдра обратно. А они и пустые тяжёлые, как оказалось. Кстати, вышло вовсе не три километра. Если всё вместе посчитать, получилось около четырёх. Эдик сумел заблудиться, и слишком поздно это понял. И шипохвост не подсказал, зараза. Продолжал прыгать вокруг, как будто так и надо. Плюс ко всему, ещё один казус приключился. Вернулся парень с пустыми вёдрами, но с мокрыми ниже колен ногами. Воду, плескавшуюся на дне, можно было не считать. Там на стакан чая не хватило бы.
Эдик попросту упустил из вида, что деревянные ёмкости могут рассыхаться со временем. И чтобы они не протекали, в них должна находиться жидкость. Хотя бы периодически. Дерево при этом разбухает и перестаёт пропускать воду. Кто же мог подумать, что Аларок выкинет такую штуку? Специально даст ученику совершенно рассохшиеся вёдра?
— Не получилось? — участливо спросил магистр.
— В следующий раз получится, — раздражённо буркнул Эдик, проходя мимо.
У Аларока лицо светилось удовольствием от удавшейся шутки, поэтому в его искреннее сопереживание трудно было поверить. Эдик с грохотом поставил вёдра в корыто и налил их доверху. Завтра по-любому снова бежать, зачем наступать на одни и те же грабли дважды.
За время Эдиковского отсутствия учитель успел сварить кашу. На вид, как гречневая, да и на вкус тоже. К тому же щедро сдобренная сливочным маслом. Парень упорно продолжал искать знакомые аналогии вещам и предметам нового мира. И если не принимать в учёт магию и порталы, то было очень много схожего. Лишь называлось по-другому, а больше никаких отличий. Поэтому нет смысла язык ломать. Будем называть кошку кошкой.
Аларок, к слову, очень заинтересовался наручными часами Эдика, после того как ему объяснили, что это такое. Скорее всего, здесь и временны́е параметры суток были где-то рядом с привычными. По крайней мере парень пока не ощущал особенного дискомфорта. Но магистр на этот вопрос точнее ответит. Часы, правда, пришлось ему отдать. Для углубленного изучения. Остаётся надеяться, что не сломает случайно.
— Что дальше ты для меня придумал, о многомудрый учитель? — спросил Эдик, когда в его чашке осталась только ложка.
— Дальше, буду ковать из тебя воина, — Аларок воздел палец к небу, не реагируя на лёгкий стёб ученика, он и сам был из шутников, как выяснилось. — Для этого надо определиться, что для тебя лучше подойдёт. И прошу отнестись со всей серьёзностью. Но сначала вымой посуду.
Сложно предположить, что будет по-другому. Такая она ученическая доля — заниматься хозяйственными делами своего учителя, кроме всего прочего. Просто надо принимать как данность и не расстраиваться. Эдик тяжело вздохнул и начал собирать тарелки. Впрочем, много времени это не заняло.
День продолжился уже не так скучно. Правда, для этого пришлось вытащить из кладовой целую кучу всякого железа и установить щит из досок у скалы. Но дело того стоило. По крайней мере, так заявил Аларок. Первые сомнения закрались в голову Эдику, когда ему приказали переодеться в толстую стёганую куртку и такие же штаны. А когда Аларок нацепил на него кожаный нагрудник, а на голову нахлобучил шлем, стало ясно, что весело будет только магистру. Так и оказалось.
Магистр изучал предрасположенность своего ученика к владению холодным оружием методом тыка. Причём буквально. Потому что он и в самом деле тыкал в парня длинной жердью, а тот пытался парировать удары. Получалось не совсем. Вернее, совсем не получалось. Доставалось не только в корпус, но и сбоку, и снизу, и сверху. Магистр редко повторялся в своей изощрённости. Шлем и доспех, конечно, гасили силу попаданий, но голова гудела, а синяков на руках и ногах было уже не меньше пятнадцати. Под язвительные комментарии Аларока Эдик сломал алебарду, умудрился погнуть щит и закинул в ущелье боевой молот. Когда, наконец, прозвучала команда к перерыву, с новоявленного бойца семь потов сошло, а сам он дышал как загнанная лошадь.
После короткого передыха пришёл черёд метания смертоносных железяк в мишень. Хоть здесь парень показал себя гораздо лучше, с лица магистра не сходило недовольное выражение. Ну а что он хотел? Эдик — не Конан-варвар. Потому и оказался в учениках. Сто́ит сказать, что стрельбу из лука парень напрочь завалил, а от местной модификации арбалета сам отказался. Постоянно таскать с собой тяжёлую и неудобную штукенцию, чтобы при случае иметь возможность сделать один выстрел, пусть и убойный? Увольте от такого счастья.
— Будем считать, ознакомительная часть закончена, — подвёл итог прошедшему дню Аларок.
Эдик виду не подал, но внутри его немного покоробило. Он и сегодня к вечеру уже еле ноги таскал, а это, оказывается, всего лишь ознакомительная часть. Страшно представить, что будет, когда начнётся непосредственное обучение. Но немного поразмыслив, Эдик решил не заостряться на этом моменте. Всё, что ни делается — делается к лучшему. Вот этим утверждением и надо руководствоваться. Хотя перестроиться будет сложно. Уж очень разнятся жизненные приоритеты.
— Там сумка твоя, среди упряжи висит. Посмотри, может, есть что-то нужное, — слова магистра перевели мысли Эдика в другое русло.
Нужное-не нужное, но ценное — это точно. Он уже и думать забыл, про добычу из замковых подземелий. Нагрузки последних дней напрочь отбили меркантильные мысли. Парень сбе́гал в вольер шипохвоста и высыпал на стол груду драгоценностей. Неогранённые камни засверкали разноцветными бликами в лучах закатного светила, заставив магистра прищуриться.
— Неожиданно, — протянул Аларок, взяв большой изумруд и разглядывая его на свет. — У тебя, оказывается, с собой целое состояние.
Но как раз с этим утверждением Эдик мог бы поспорить. Сейчас это не более, чем красивые блестяшки. Ни продать, ни воспользоваться — какое же это состояние? Поэтому он не испытывал ни малейшего сожаления, отдавая в руки магистру свои сокровища. Кроме того, если даже выпадет удача превратить бесполезные камни в материальные ценности, Аларок поступит по совести. В этом почему-то Эдик не сомневался. В крайнем случае пойдёт как плата за проживание и обучение.
— Пусть пока в моей кладовой полежит. Думаю, мы сможем найти твоему богатству достойное применение — подтвердил магистр уверенность ученика в его порядочности.
Хотя пока это всего-навсего слова. Но как говорится: поживём — увидим. А пока придётся обитать в пещере и ходить в одежде, сшитой чуть ли не из мешка. Как будто в насмешку вспомнился расфуфыренный наместник, облачённый в парчу и бархат. И этот образ неожиданно спровоцировал развитие целой логической цепочки. Причём мысли были самые революционные. Из серии землю — крестьянам, власть — народу и всё такое. Экспроприация экспроприаторов и личное обогащение стояли совсем не на последнем месте.
— Вот скажи мне, Аларок, почему уважаемый магистр ютится в горах, а всяческие уроды занимают пустующие замки? — парень неприкрыто попытался сыграть на самолюбии волшебника.
— Ты сейчас про Альдерри? — и бровью не повёл Аларок, но разговор, всё же поддержал.
— Я других пока не знаю, — согласился ученик с предположением учителя.
— Во-первых, у замка до недавнего времени был законный хозяин…
— Так сейчас-то нет, — с пылом перебил было Эдик, но тут же умолк под укоризненным взглядом магистра.
— Если ты позволишь, я продолжу, — волшебник сплёл перед собой пальцы рук — Во-вторых, даже мне трудно будет захватить крепость с защитниками в одиночку. Из тебя пока помощник, как из козла — дойная корова, сам понимаешь. Ну а в-третьих, не считаешь ли ты разумным, дать немного времени Лорду-наместнику северных территорий, чтобы отремонтировать замок и настроить против себя местное население? Я думаю, что ты достаточно умён и согласишься с моими доводами. А раз так, то вернёмся к этому разговору немного позже.
Эдику только и осталось, что молча кивнуть, выражая согласие. Но он готов был поставить сотню против десятки, что успел заметить на лице учителя довольную улыбку. Из тех, что появляются, когда человек неожиданно для себя находит единомышленника. Аларок совершенно точно уже размышлял на эту тему. А раз так, то можно было и повременить с захватническими планами. Единственно — не слишком долго. Если уж случилось застрять в махровом средневековье, то лучше задрать планку донельзя и стать владетельным лордом, или вроде того. Стезю гордого, свободолюбивого и, в то же время абсолютно нищего оборванца, можно выбрать в любой момент.
А сейчас спать. Эдик пожелал магистру спокойной ночи и удалился к себе. Неказистая лежанка и незамысловатые постельные