Она дошла до замка пешком. Отдых немного затянулся — целых три дня далеко от государства казались не таким уж и длительным сроком, но что-то всё равно изменилось. Сэя шагала по улицам довольно быстро, словно чувствовала опасность, но всё равно не могла до конца понять, что случилось такого кошмарного. Шум, тени…
Она, впрочем, сделала тучи во всём виноватыми. Мало ли, каковы причины холода в городе, кроме плохой погоды? Ничего не случилось.
Война не началась.
Она сделала ещё несколько шагов и остановилась — почувствовала, как что-то упёрлось ей в спину — острое и странное, будто бы прямо посреди дороги мог появиться незнакомый враг, что буквально мечтал о её смерти.
Сэя повернулась, пробуждая магию в своём теле, а после почувствовала, что сознание старательно куда-то уплывает.
От удара по голове ещё никому не становилось хорошо и прекрасно, и Тальмрэ в этом случае не была исключением.
Она открыла глаза с трудом. Тёмные стены, холод и пустота — это было всё, что только могла понять Сэя.
Потребовалось несколько минут для того, чтобы привыкнуть к темноте. Она едва-едва различала решётку перед собой — и попыталась призвать Силу, но той словно не существовало. Нигде. Ни единой капельки. Мир умирал — старательно и быстро, — и она потеряла своё волшебство… По крайней мере, в той мере, в которой это было реально.
Сэе пришлось минут пять просто смотреть в пустоту, чтобы привыкнуть к новому месту и заставить ту, вторую личность, бунтующую в ней, успокоиться. Воспоминания давили на голову, но она подумала, что больше всего проблем может быть именно от физического вмешательства — а по затылку её всё-таки довольно сильно ударили, надо сказать.
Девушка провела пальцами по волосам, а после коснулась того места, на которое опустилось что-то тяжёлое.
Пальцы мазнули по чему-то липкому. Кровь.
— О, моя дорогая, — послышалось откуда-то со стороны. Она резко, до боли, повернула голову — и поняла, что за решёткой стоит тот, кого она больше всего боялась там увидеть.
Рри остановился у противоположной стены. Дотянуться руками она до него не могла. А что до волшебства, то на шестом уровне темниц под дворцом, разумеется, оно не работает.
— Моя дорогая, — протянул он равнодушно и надменно. — Как приятно тебя тут видеть… Знаешь, я надеялся на то, что ты ещё любишь меня, что мы будем вместе…
— Толку тебя любить? — возмутилась она. — Ты-то не умеешь этого делать, а я должна? — девушка изо всех сил пыталась выглядеть спокойной и просто недовольной барышней, хотя получалось довольно плохо. — Почему ты тут меня запер?
— Потому что именно ты обвиняешься в убийстве Его Высочества. Принца, то бишь, — Рри осклабился. — Я думаю, скоро мы тебя казним. Но сначала надо подождать. Мой дорогой друг, который помог мне получить это место, сейчас с тобой пообщается и всё пояснит.
Сэя отшатнулась.
Тэллавар Гартро казался помолодевшим. Его волосы вновь приобрели каштановый оттенок, глаза из болотистых превратились в довольно яркие, длинные пальцы и вовсе создавали впечатление молодости. Он коснулся решёток, а после отошёл — тут магия и его не действовала, так что, нечего слишком рисковать своей драгоценной жизнью.
Рри явно не планировал продолжать разговор. Он коротко поклонился, издевательски так, а после быстро направился к выходу.
— Моя дорогая, — протянул Тэллавар, — тебя так долго не было… Беда в том, что после того, как пропал Его Величество, а после и драгоценный племянник короля, мы заподозрили тебя. Ведь королеве Сандрин не было толку никого убивать, она больше не могла получить трон, — он самодовольно на неё посмотрел. — А после случилось кошмарное… Ведь ты знаешь, что только основная линия Тьерронов поддерживает границу? Те, кто владеет магией? Кэор ею не владеет.
Девушка молчала. Она не понимала, к чему был вообще весь этот полубезумный разговор, но осознание казалось отнюдь не лучшими минутами в её жизни.
— Так вот в чём беда, когда вчера… или позавчера? — он рассмеялся, так мелко и противно, что Сэя едва сдержала свою ненависть, — так вот, когда погасла стена, ограждавшая Элвьенту от Эрроки и прочих государств, от той же Торрессы, я понял, что дело неладно. Что принц погиб… Но тебе-то я могу сказать, — Тэллавар осклабился, — что прекрасного Шэйрана убил я в усыпальницах Дарнаэла.
Сэя отлично понимала, что это означало. Было время даже не для горя за молодым принцем, нет. И не за Даром, что оказался в плену в Эрроке и не мог больше поддерживать границу, ибо рухнула его магия — вероятно, тоже заблокировали.
Нет.
Граница пала не потому, что умер Шэйран. Не потому, что Дара не было тут. Потому, что Тэллавар впитал всё то, что поддерживало её мощь.
Силу Дарнаэла Первого.
И теперь во всём мире не было столько магии, чтобы остановить проклятого старикашку.
— Я вижу, — улыбнулся он, — ты поняла, что это для меня означает. Да, несомненно, Шэйран пострадал, бедняжка… Но ведь за дело? Я должен был принести жертву. Не бойся. Он умирал не очень долго. Но вот беда… Последней его видела ты и молоденькая ведьмочка. Её тоже нет, поэтому мы сделали вывод, что коварная королева убила и прелестного принца, и красотку Монику… А за это, как за королевскую измену, полагается смерть, — он улыбнулся. — Только мы должны подождать.
Девушка молчала. Она и так поняла, что Кэора тут нет, а судя по наличию Рри, и всех остальных тоже.
— К тому же, так загадочно пропал капитан стражи, и наш драгоценный библиотекарь… — продолжал Гартро. — Тут никого нет, народ запаниковал! И тогда пришёл наш спаситель, Рри Кэрнисс. Как прекрасно, что этот древний род не прервался, правда.
Сэя заставила себя стоять на месте. Она после сможет задать один вопрос, сможет. И Тэллавар, при всей его мудрости, не сумеет солгать, он вынужден будет сказать правду — ляпнет её, потому что не подумает о том, что сие может означать.
И это будет либо гибелью, либо счастьем для Сэи.
— И теперь у нас новый король, — самодовольно улыбнулся Тэллавар. — Если б ты пошла у него на поводу и помогла ему, то, может быть, осталась бы живой. Но ведь ты у нас гордячка! Ты не умеешь слушаться взрослых дядюшек, ты должна делать так, как тебе хочется…
— К чему ты ведёшь?! — она не сумела прикусить язык и прошипела фразу слишком недовольно, подошла вплотную и сжала прутья.
Естественно, на шестом уровне не будет никакой магии.
— Я даже придумал для тебя любопытную казнь. За то, что ты повалила Тьерронов, мы вскоре сбросим тебя на седьмой уровень. Прелесть, правда?
Сэя ничего не ответила.
— А теперь я отдам должок, — он коснулся её лба. — Ту магию, что была у меня прежде. Она-то мне больше не нужна, по сравнению с тем, что было у Тьеррона, это… Капля в море, понимаешь? Ах, я даже не ожидал…
Сэя почувствовала только мимолётный укол силы. Старый маг и вправду отдал то, что ей полагалось, и больше не было никакой смерти за то, что он натворил. Он вернул ей… Даже больше, чем она требовала. Такой добрый, разве нет? Такой прекрасный и заботливый…
Она заставила себя дышать спокойно.
— Как у вас только рука поднялась, — выдохнула наконец-то она. — Парню всего двадцать два. Неужели не…
— Нет, — отмахнулся Тэллавар. — Мне не было его жаль. К тому же, он умирал легко, — Гартро склонил голову на знак прощания и направился туда, где брезжил свет факела, собираясь поскорее покинуть девушку — не дать ей возможность прийти в себя.
— Эй! — крикнула она. — Как ты его убил? Шэйрана? Как он умер?
— Я вонзил ему нож в сердце, — обернулся к ней Тэллавар. — А перед этим сломал позвоночник — бедненького парализовало… Он не мог шевелиться. Я был максимально быстр, не переживай.
— И ты не отрубил ему голову? — не сдержавшись, спросила она. — Оставил её на плечах?
— А зачем её рубить? — удивился Гартро. — Парень красивый, не хотелось аж так его портить… Когда найдут — пусть хоть красиво похоронят, ведь в тех могильниках ничего не тлеет, я знаю.
— О, — хмыкнула Сэя. — Разумеется. Пусть его похоронят красиво, — она отступила от прутьев. — Спасибо. Меня больше ничего не интересует.
Замечательно.
Тэллавар ещё даже не представлял, что именно он наделал.
=== Глава сорок седьмая ===
Дорога успешно вилась под ногами тонкой полосой. Тропа то растворялась в очередном приступе буйства трав, то вновь проявлялась, незыблемой линией вела куда-то в глубины, вновь таяла за углом. Иногда пропадала она именно на повороте, и тогда приходилось останавливаться и долго оглядываться, чтобы понять, где они оказались — может быть, именно в этом и состояло главное коварство пути в Лэвье.
Столица Элвьенты оказалась неожиданно далёкой. Вроде бы до неё и рукой подать, но они расстались с Жрицей Эрри вот уже три дня как, а знакомые для Эрлы и никогда не виданные для Эльма шпили королевского замка так и не появились из гущи деревьев. Только сплошные растения, и в сочетании с воспоминаниями о Мэллоре они казались далеко не самыми приятными стражами пути. Словно не успеешь ты и оглянуться, как непонятно откуда появится ветка плюща или травы заколосятся над тропой, спрячут дорогу и поглотят лошадь.
Но ехать на одном коне, когда вы друг друга ненавидите — вот что всё-таки самым трудным испытанием.
Когда зелёные пятна в третий раз начали сереть, а солнце скрылось за высокими дубами и клёнами, конь недовольно всхрапнул. Шёл он под весом двух всадников примерно по часу в день — нынче, как и обычно, приходилось продираться сквозь лес пешком. Эльму и Эрле, разумеется, это совершенно не нравилось, но выбора у них всё равно не было. Тропа оказалась глухой — ни одного селения по пути. Посему единственным вариантом, чтобы не тянуть на себе ещё и поклажу, оказалось тащить коня силком, будто бы он переквалифицировался в осла, осталось только уши длинные прицепить.
…Конь в очередной раз зацепился за корягу и застыл, словно изваяние. Эльм сердито толкнул его рукой в бок, но это ни капельки не помогло — и вновь дорога растворилась под ногами, а рассмотреть, где она продолжится, было нереально — всё-таки, ночь в лесу оказалась слишком сильным испытанием.