По тону предложения уже второго с внезапной ясностью парень понял, что на самом-то деле рана немного серьёзнее, чем он мог себе представить.
Моника прекрасно знала, куда он шёл, потому что видела свиток, но если б Рэй поступил так, как они договаривались, шарахнул магией сразу же…
Но на сразу же хватило б ширины её резерва. Его же — максимум на четверых одновременно, потому что свой спектр силы следует расширять, если, конечно же, он не собирается прямиком на тот свет. И силу контролировать учиться тоже следует, ведь только сумасшедший действительно может рискнуть и позволить себе такую отчаянную глупость — игнорировать дар.
— Как же тебя так угораздило? — прошептала почти испуганно Моника. — Это… Это кто? Больше ран нет?
— Спи.
— Шэйран! Это надо залечить и забинтовать! — возмутилась Лэгаррэ.
— Ты мне не родная мама и не бабушка, чтобы беспокоиться о сохранности моей руки, — прошипел Шэйран. Боли он почти не чувствовал, потому что уничтожить её смог — но лучше б учил не это заклинание, а кровоостанавливающее.
Моника и вправду забралась в постель и положила узкую, прохладную ладошку куда-то на поверхность раны.
Рэй зашипел от боли, сцапав по пути подушку, словно собираясь возместить всю ненависть на неё.
— Расслабь руку, — приказным тоном сообщила Моника. — Немедленно. Если хочешь, чтобы я правильно всё вылечила.
— Зачем ты это делаешь? Как же это ваше… А, вот! Мужчины — презренные существа, и ни один из них не заслуживает…
— Ты, горе луковое, наследник королевский! — возмутилась Моника. — Во-первых, я не могу оставить на произвол судьбы сына Её Величества Лиары, даже если лично мне его хочется придушить, во-вторых, ты представил меня своей помощницей, а не выдал королю Дарнаэлу, значит, мне лучше с тобой сотрудничать, а в-третьих, если ты не лжёшь относительно своего волшебного дара, то это очень любопытный и магически парадоксальный случай…
— Я в этом списке однажды услышу, что я тебе немного нравлюсь?
— Ни за что! — уж слишком самоуверенно, чтобы это было правдой, ответила Лэгаррэ, и Шэйран едва заметно улыбнулся.
Заклинание работало исправно, но срастались мышцы поразительно долго, словно магия сопротивлялась изнутри. Рэй понимал, что ещё минута, и пальцы сами по себе сожмутся в кулак, а после заживлённое разорвётся, и придётся начинать всё по новой. Вряд ли Моника действительно сможет это сделать.
— Отвлеки меня как-то, — промолвил он, даже не пошевелившись.
— Ты обнаглел, парень. Мало того, что я тебя лечу, я ещё должна водить пространственные беседы? — язвительно уточнила Моника, но придвинулась чуть ближе, разрывая нить надоевшего расстояния. — И вообще, почему я должна ночевать в твоей комнате? Никакого хамства я не потерплю.
— Хамства… — Шэйран зажмурился. Приятное тепло чужой магии наконец-то привыкло к его собственной, и теперь два потока работали в одном направлении. Можно было не истощать Монику, от неё требовалось только сотворить направление для волшебной реки, а всё остальное заполняли восстанавливаемые силы Рэя. Правда, от этого дело пошло ещё медленнее, но Лэгаррэ, кажется, вполне удобно устроилась и убегать пока что не спешила.
Шэйран с досадой осознал, что завтра придётся рано вставать, но, увы, задуманного не отменить. Никто не станет переносить казнь, если придворному магу хочется выспаться.
Вот ради королевского наследника, может быть, и расстарались бы, но, впрочем, Рэю нравилось то, что его пока что никто не грузил троном, обязательствами и кучей государственных дел.
Жизнь обыкновенного мага ему нравилась куда больше.
— А у тебя есть где ночевать? — перекрутив в голове фразу, пророненную Моникой, поинтересовался Шэйран. — Правда?
— Более чем, — фыркнула Моника. — Я не нуждаюсь в заботе каких-то наглых бывших сокурсников.
— Ну… — Рэй едва сдержал короткий смешок. Наглые бывшие сокурсники — это и вправду хорошая для него характеристика, но почему-то у парня она вызывала исключительно усмешку.
В конце концов, сильным магом ему никогда не быть, равно как и не оправдать вселенских надежд, потому что он отказался от помощи Тэллавара. А теперь, когда рядом появилась излишне умная и целеустремлённая Моника, всё, включая такие желанные отношения с нею, на пару мгновений стало реальным. Может быть, Шэйрану просто хотелось затянуть действие иллюзии, но верить в то, что однажды она станет правдивой, хотелось больше всего на свете.
— И где же ты работаешь? Ведь ты понимаешь, что в замке в любом случае куда безопаснее, так что… — он покачал головой и скосил взгляд на плечо, но видел только тонкие пальцы молодой ведьмы.
— У меня есть комната в замке.
— Впервые слышу, чтобы этим местом пользовались, словно гостиницей. Но тогда король не спрашивал бы, кто ты.
— Наверное, Тэравальд не описывал, как я выгляжу…
— Библиотекарь?! — Шэйран едва ли не подскочил на месте, и только короткая вспышка успокоительной магии заставила его вернуться на место. — Ты работаешь в библиотеке? Помогаешь тому эльфу на одну восьмую? Какой кошмар…
— Как по мне, — попыталась защитить своего спасителя Моника, — Тэр вполне милый парень, просто немного ленивый…
— Немного ленивый, да! Большего сплетника, пустобрёха и гада в этом замке не сыскать, — повторил ёмкую характеристику, выданную библиотекарю при личном разговоре самим королём, Шэйран. — О, ты ещё скажи мне, что нашла в нём много чего хорошего и считаешь исключением из сплошной мужской тупости, а может, он даже посмел покуситься на твоё сердце. Успешно?
— Прекрати! — возмутилась Моника. — Среди мужчин не бывает достойных людей, и, несомненно, Тэравальд далёк от идеала…
— И?
— И, естественно, ни о каком успехе и речи быть не могло, — всё так же спокойно дополнила девушка.
Он облегчённо — отчасти, — вздохнул, а после улыбнулся, словно подтверждая подобным жестом собственные мысли.
— Это прелестно, — довольно провозгласил Шэйран. — Интересно, как ты думаешь, кто ещё, кроме Тэравальда, мог бы покуситься на твоё сердце более-менее успешно?
— Ты прекратишь когда-нибудь нести этот бред или нет?
— Нет, — фыркнул парень. — О Первый, эта девушка отвергает внимание наследного принца двух крупных держав — единственных держав! — континента, но принимает его со стороны отвратительного библиотекаря…
— Когда это я тебя отвергала?
Шэйран усмехнулся и повернулся на другой бок — рана уже окончательно затянулась, остался только грубый, не интересующий его в это мгновение шрам. Парень дёрнул Монику за оставшуюся лежать совсем рядом руку и притянул к себе.
— Ну, вот сейчас, например, — протянул он.
Моника никогда не соглашалась с ним, именно потому немного притихла — а может, и вправду вдруг решила, что Шэйран был всё же не самым отвратительным кандидатом на её измученное матриархатом сердце.
— Ты отвратительный человек, Рэй, — вздохнула она. — И невыносимый. Зачем я тебя исцеляла?
Она столкнула его руки со своей талии и направилась к двери, явно собираясь переночевать в библиотеке, но почему-то остановилась, словно вспомнила о чём-то. Велик шанс, что нынче Тэравальд очень пьян и ждёт её для явно неприятного предложения, ну, или уже успел притащить парочку не слишком приличных девушек. Что первое, что второе Лэгаррэ не нравилось, ни отбиваться, ни слушать чужие вопли она не желала, а работать в библиотеке радикально хуже, чем помощником придворного мага.
— Между прочим, — будто бы прочитав её мысли, чего, естественно, Шэйран делать не умел, протянул парень, — если завтра окажется, что помощница придворного мага — ещё и библиотекарь, то у меня, а потом и у тебя появится несколько серьёзных проблем, связанных с вопросами со стороны короля Дарнаэла. А я бы не советовал испытывать его терпение и внимательность. Потому никуда ты от начальства, Лэгаррэ, не денешься. Будем считать Тэравальда досадной ошибкой.
— Мне действительно нравится работать в библиотеке, — неуверенно промолвила девушка, но больше отрицать не стала.
Она вернулась обратно, отошла подальше от двери и теперь замерла прямо напротив кровати.
— Если ты думаешь, что намного привлекательнее, чем Тэравальд, в моих глазах… И это был не комплемент в сторону Тэра!
— Я знаю, — Шэйран подвинулся. — Да не кусаюсь я! Тут можно десятника вместе со всеми подчинёнными уложить, полигон, а не кровать, ты просто уснёшь на одной половине, а я — на другой. Но я не собираюсь отправлять в библиотеку законную сотрудницу собственного отдела, ещё и отпускать к конкурентам.
— И сколько людей в этом отделе? — уточнила Моника.
— Двое! — гордо провозгласил парень. — Считая меня, конечно же…
Моника рассмеялась. Ненависти не было; вероятно, все замашки матриархата тут, на родной земле, немного отступали на задний план, и она могла вести себя, как нормальная дарнийка. Иногда Лэгаррэ казалось, что всё очень просто отмотать назад, отбросить глупые верования, но…
Нет. Пожалуй, Шэйран может быть поразительно полезен и подсказать, где именно находится тот самый артефакт-оберег.
А после она выполнит задание королевы Лиары. Наверное.
…Вопреки стандартным обещаниям уже минут через десять руки настойчиво легли на талию, нос уткнулся в её чёрные волосы, и Моника возмущённо фыркнула, но почему-то вместо того, чтобы отталкивать парня, положила голову ему на плечо. На больное, конечно же, да, чтобы болело… Будто бы что-то болит, она ж его сама исцелила!
Но это всё только для задания, исключительно ради него!
=== Глава восемнадцатая ===
Маленькая деревенька ютилась под боком озера Шэллаттэ. Нельзя было сказать, что в ней вообще нужны маги, но Самаранта Тальмрэ решила показать надоедливым мужчинам их место в этом мире, поэтому направила именно сюда, дабы Антонио и Лээн ярко осознали, что делать им в магах нечего.
Но Фарни никогда не унывал. Он не считал это таким уж оскорблением и практиковался в своём творчестве, напрочь игнорируя волшебство. В маленькой таверне на самом берегу у него никогда не было отбоя от клиентов, и парень зарабатывал неплохие деньги на призвании, что его почти уничтожили маленькие способности к магии. Нет, Лээн определённо был счастлив.