Но Нэмиара не могла не быть эльфийкой.
— Как мило, — протянула она, — что хоть кто-то решил стукнуть старого хрыча по голове, — по мнению Эрлы, Мэллор отнюдь не был старым, вот только возражать она не собиралась. — Это так прелестно, что ты догадалась не пользоваться магией, а просто стукнула его по голове. Посох я заберу, ты не против?
Тонкие пальцы девушки обвились вокруг древка, и она подхватила магическое оружие с неимоверной лёгкостью, словно занималась подобным ежедневно.
— Он много попил моей крови, — довольно протянула она. — Может быть, ты и не догадывалась о моём существовании, но я долго находилась здесь.
Эрла оглянулась. по её мнению, ничего не изменилось, но… разве совсем рядом не было какой-то милой берёзки?
Вроде бы была.
— Он был так уверен в том, что я смогу восстановить его возлюбленную из пепла, что я загадала ему отыскать дочь Королей, только чтобы сама пришла, и потребовать от неё дитя, — протянула Нэмиара. — И сказала, что его прелесть восстановится в этом теле. И знаешь что? Послала мысль, чтобы эти дуры, что приходят с мужчинами, представлялись дочерями Дарнаэла, а он задумал проверки! И ни разу так меня и не освободил. Я столько лет проторчала в виде дерева, что можно с ума сойти. А тут ты… Такая вся вольная. Не знаю, он обо мне, наверное, забыл, но как только потерял контроль над посохом и своим сознанием, моментально снял с меня и личину этой берёзки.
Она смотрела на валявшегося без сознания Мэллора с таким презрением, что Эрле даже стало не по себе, вот только жалеть Лесничего всё равно не хотелось.
— Пусть валяется, Воительница, — продолжила девушка. — А теперь посмотрим, что с твоим кавалером, пока он не помер. Ты ж спасла меня.
— Я не Воительница, — отрицательно покачала головой Эрла.
— О, не будь я Шэ! — возмутилась её собеседница. — Воительница, ещё какая! Но пока что толку спорить, если этот лежит и едва дышит… Ну-ка, брысь!
Она склонилась над Эльмом, а после опустилась на колени, словно вознамерившись рассмотреть что-то в его кровавой ране. Пальцы осторожно скользнули по тому месту, где должно находиться сердце, а после Нэмиара зашептала странную магическую формулу. Заклинание звучало певуче, но ни единого слова Эрла так и не смогла понять.
Рана затягивалась прямо на глазах.
Сначала Эрла попросту не верила в то, что такое возможно. Эльм ещё мгновение назад умирал — он был так же бледен и сейчас, однако дышал уже немного легче, чем прежде, да и не выглядел смертельно больным. Нет, казалось, он просто очень устал и прилёг отдохнуть. Однако Нэмиара отчего-то не разделяла оптимизма принцессы. Она всё так же крепко сжимала запястье Марсана и продолжала напевать своё бесконечное заклятие незыблемой формулой, будто бы старательно удаляясь куда-то далеко-далеко от сознания.
Вспыхнуло. Крови больше не было, осталась только изорванная рубашка, и Эрла ринулась к мужчине. О том, что он был ранен, напоминали красные следы на волосах и одежде, да ещё тонкий шрам на груди, вот только признаков жизни он так и не подавал, словно умудрился уже умереть и позволить исцелить мёртвую плоть. Кошмарность ситуации до Эрлы доходила постепенно, сначала она будто бы не осознавала, где находится и что, собственно говоря, случилось, а теперь уже могла только едва-едва дышать, жмуриться и молиться Богине Эрри, чтобы Эльм вновь хотя бы шевельнулся.
— Да живой он чего выть-то? — презрительно протянула Шэ. — Ничего с парнем не станется. Но, да, лежать он будет довольно долго, а этот скоро придёт в себя, и у нас появятся очень большие неприятности, — девушка поёжилась. — Так что, принцесса, у тебя есть замечательный выбор — либо встать на мою сторону и помочь сделать всё так, как надо, либо сидеть тут до того момента, пока Мэллор-Лесничий не решит оторвать своё бренное тельце от места, на котором развалился, и очень старательно помочь нам отправиться к праотцам. Так что, ты на моей стороне и будешь помогать, или…
— Буду помогать! — моментально заявила Эрла. — Я… Я сделаю всё, что надо! Чем я могу помочь? Может быть…
— С каким оружием ты умеешь управляться?
Вероятно, Нэмиара терпеть не могла тянуть кота за хвост и ещё некоторые деликатные места — именно по сей причине она теперь действовала напролом и требовала от Эрлы того же. Принцессе было непривычно так быстро принимать решения, но она отлично понимала, что выхода нет. Не оставаться же с Мэллором, в конце концов, и полумёртвым Эльмом на руках посреди леса безо всякой посторонней помощи!
— Лук, — вздохнула она, понимая, что говорит крайне неуверенно, но Шэ, кажется, поверила. По крайней мере, на её губах появилась весёлая улыбка.
— Значит, найдём тебе лук и отправимся в долгое старательное путешествие. Ты какой предпочитаешь, красный, белый… Глаза не слезятся?
— А разве цвет… Да не тот лук! — возмутилась Эрла. — Не овощ. Я стреляю из лука. Стрелы, понимаешь? Тетива…
— А-а-а… — разочарованно протянула Нэмиара. — А было б интересно посмотреть. Ну, такой лук я тут видела. Найдём, проблем нет. Только ты поторопись, у нас мало времени. Сначала надо разобраться с Мэллором.
— А Эльм?
Эрле не хотелось отходить от её похитителя и спасителя по совместительству ни на метр. Он так часто помогал ей, что это уже почти вошло в привычку — полагаться на постоянно находившегося рядом мужчину. А теперь от Марсана осталась только одна оболочка, и та вымученная, уставшая, будто бы из него внаглую выпили все соки. Отрицать это девушка никак не могла — её так и тянуло броситься к нему и попытаться помочь, вот только у Шэ были абсолютно противоположные планы. Хотя, конечно, никто не мешал принцессе отступиться от новоявленной помощницы, но что-то подсказывало ей, что справиться самой в подобной ситуации не получится, а своими силами сделать это — тоже не вариант.
— Ну что же, — протянула наконец-то Нэмиара, хотя пауза должна была затянуться как минимум на пару минут — вероятно, времени и вправду было мало, — мы можем сначала откачать твоего красавчика… — Эрла даже прикусила язык, чтобы не сказать «он не мой», — а потом мирно доживать век в плену у этого умалишённого…
— Если ты скажешь мне, что надо делать, я сделаю, — выдохнула Эрла. — Но оставить Эльма… Ведь он умирает!
— Он может умирать медленно, и тогда мы успеем его спасти. Кровь же не течёт? — Нэмиара хихикнула, словно в её словах было что-то до безумия весёлое. — Ну, а можем, конечно же, спасти его сразу, и тогда медленно умирать будем мы все. И вообще, если ты в него так влюблена, то почему не согласилась родить ребёнка? Этот придурок поверил бы, что ты не дочь Королей, потому что принцесса бы так быстро не сдалась, и отпустил в тот же день. Ан нет, вы решили сопротивляться… Так, прочь разговоры! — эльфийка выпрямилась и довольно заулыбалась, будто бы старательно планируя очередную пакость. — Надо сделать так, чтобы он не мог воспрепятствовать… Сбегай-ка в домик, принеси сосны и дуба…
— Домик?
Эрла обернулась. Дома из деревьев, как ей казалось, не было, и только теперь она осознала, что растения просто чуть разошлись в разные стороны и превратились уже в нормальные творения природы. В конце концов, тирания Мэллора над лесом, который он, как сам заявлял, «любил», не закончилась после потери сознания; просто ощущение свободы было таким пьянящим, что что-то позволило себе отступиться и расслабиться. Вот только часть корней всё ещё изгибалась в форме кровати, готовясь сойтись, стоит только Мэллору открыть глаза, а какое-то дерево, особо крупное, кажется, дуб, с одной стороны так и не приняло нормальную форму, а оставило существовать полочку из ветвей. Дверцы её были распахнуты, и там вновь появилась парочка бутылок, очевидно, заколдованных. Сосны рядом девушка не заметила, но была уверена, что нужное снадобье отыщет там с лёгкостью.
Дуб отступил в сторону, стоило ей только подойти, а после попытался закрыть полочку, но будто бы осознал, что с Лесничим надо что-то делать, поэтому больше не препятствовал. Он лишь приветливо заскрипел, словно обращаясь к девушке, и та из постепенно оживающих ветвей ещё успела выдернуть нужное снадобье.
Впрочем, проблемы возникали только с дубовым; сосновое дерево отторгло само по себе, даже не попытавшись задержать на секунду отвратительное, гадкое его природе вещество. Эрла едва успела перехватить нужную бутылочку и прижать к груди, как дуб внезапно разверз свою крону над головами и зашелестел зелёными листьями. Без предметов внутри своей «полочки» он наконец-то смог вернуться в природное состояние. Корни, причудливо изогнутые, втягивались под землю, и могучее древо явно не собиралось вновь превращаться в раба обезумевшего мага. Нет, оно только расслабленно шевелило ветками — вольное, вдохнувшее воздух так, как ему было угодно, позволившее себе проигнорировать бессознательного тирана.
— Нашла?! — Нэмиара не собиралась сидеть на месте. Казалось, она боялась восстановления своего плена, поэтому очень спешила. Эрла, впрочем, её прекрасно понимала, но игнорировать факт плохого самочувствия Эльма тоже не могла, поэтому душа её разрывалась на части. Надо было помочь парню, а её не пускала проклятая эльфийка.
— Нашла, — Эрла протянула ей снадобья. — Только я не понимаю, зачем тебе…
Но та не проронила больше ни единого слова. Половину соснового снадобья она выплеснула на траву, и та зашипела, плавясь под действием этого ядовитого для природы вещества, а после залила дубовое и быстро взболтала.
— Вот, держи, — она впихнула Эрле в руки остатки средства из дуба. — Постарайся сохранить, оно может однажды нам помочь. А вот эту ядерную смесь, дорогой… — она покачала головой, — мы используем обязательно. Да, Мэллор? Я тебе покажу пророчицу…
Принцесса содрогнулась. От одного слова о пророках ей всегда становилось не по себе. Мама утверждала, что пророчество — это основа её жизни, вот только неправильные расшифровки всегда грозят большими неприятностями, и часть из них Эрла уже успела испытать на себе. Повторять плачевный опыт ей совершенно не хотелось, так что, девушка старательно избегала любого упоминания об этой удивительной, но кошмарной в тот же момент магии.