от себя? Вот я наконец понял, почему.
Он отвернулся, и Нова, покачав головой, пошла следом. Про Адриана много чего можно было сказать, но уж каким-каким, а неловким его не назовешь. Трудно было представить, что он так ошибся.
Они миновали дубовую лестницу, ведущую наверх, и арку, заглянув в которую она успела увидеть стулья, диваны, и рояль в углу – впрочем, даже отсюда был заметен толстый слой покрывающей их пыли.
– Это гостиная? – спросила Нова.
– Нет, это официальная гостиная, – ответил Адриан. – Родители специально наняли крутого дизайнера по интерьерам, но, по-моему, так ни разу этой комнатой и не пользовались. Но им кажется, что она еще может пригодиться – когда мы начнем приглашать видных иностранных деятелей, нужно будет их где-то «принимать».
Он помахал в воздухе пальцами, рисуя кавычки.
Нова думала, что они пойдут в кухню, но вместо этого Адриан потащил ее куда-то вниз, в подвальный этаж. Аромат корицы усилился.
Сразу же, едва ступив на пушистый ковер, Нова поняла, что оказалась в его комнате.
В его спальне.
Видимо, она слишком долго колебалась, стоя перед дверью, потому что Адриан обернулся. Он заглянул ей в лицо, наступила неловкая пауза.
– Мы можем взять это наверх, если хочешь. – Он поднял алюминиевый лоток, полный приторно-сладких даже на вид пышек с корицей. – Я просто собирался… м-м, – он махнул рукой в сторону закрытой двери в дальней стене комнаты, – собирался поработать над своим проектом… Но мы можем посмотреть кино или еще что-нибудь… – Он замялся, между бровей появилась складка. – А кстати, почему ты зашла?
– Да просто… захотелось тебя увидеть, – сказала Нова. Глаза Адриана за стеклами очков округлились. Чуть-чуть, почти незаметно. Нова всю дорогу сюда репетировала эти слова, пытаясь придумать, как произнести их и не покраснеть. Это ей не вполне удалось. – Твои дома?
Он помотал головой.
– Все еще в штабе.
Хорошо. У нее будет возможность обшарить весь дом, но она надеялась, что медальон где-то поблизости, в его комнате. Только сначала надо будет отключить Адриана.
– Все нормально? – спросил Адриан.
– Ага. Да-да, – ответила Нова. – Просто… интересно. Кино – да, это здорово.
Она сказала правду. Кино – это совсем просто. Удобно. И без насилия.
Люди сплошь и рядом засыпают перед экраном, это не вызовет никаких подозрений. Ей только нужно найти предлог, чтобы положить ладонь ему на руку. Или мазнуть пальцем по колену. Больше ничего не нужно.
– Отлично. Круто. Телик у нас наверху.
Нова вопросительно показала подбородком на телевизор, стоящий в углу на игровой приставке.
– А этот не работает?
– Почему… работает. Я просто… не хотел… в смысле, если ты не против…
Впервые за последние дни Нова почувствовала, что напряжение спадает. Она вся изнервничалась из-за неудачных попыток флиртовать с Адрианом, сблизиться с ним. Зато сейчас невооруженным глазом видно, что ее приход ему приятен.
От этой мысли на душе стало теплее. Вот что, должно быть, чувствовала Хани, обладая такой властью над людьми. Нова даже осмелилась чуть-чуть улыбнуться, как бы поддразнивая Адриана – и подумала, что Хани может ею гордиться.
Она шагнула ближе к Адриану.
– Тебе не разрешают принимать девушек у себя в комнате?
Он фыркнул. Потом отодвинулся, хотя и почти незаметно.
– Не знаю. У меня никогда не было девушки.
Нова залилась румянцем, ее уверенность испарилась так же внезапно, как и накатила.
– Ладно. Я верю, ты не сделаешь ничего… неправильного.
Адриан хмыкнул, но он ощущал такую же неловкость, что и Нова. А Нове вдруг припомнились все ситуации последних недель, когда она буквально вешалась на него, а он старательно не замечал ее знаков внимания.
Она сунула руки в карманы. Надо дождаться, когда они сядут. Тогда проще будет найти предлог дотронуться до него. Проще будет осмелиться – ведь сейчас ей трудно даже посмотреть ему в глаза.
Адриан схватил пульт, и телевизор ожил. Нова заходила по комнате, осматриваясь. Здесь все было намного скромнее, чем в остальном доме. Его кровать – одеяло сбилось и наполовину сползло на пол. Маленький потертый диванчик. Мольберт и письменный стол. Игровая приставка. В углу книжная полка, забитая комиксами, учебниками по рисунку и живописи и разнокалиберными альбомами. На стенах несколько рисунков и плакаты с героями видеоигр.
– Такой огромный дом, а тебя заставляют спать в подвале?
– Здесь в сто раз лучше, чем в комнатах наверху. Там убивали. – Адриан смущенно посмотрел на нее. – Ты знаешь про убийства?
– Я прочитала о них. На табличке у входа, – и почти уверена, что Ас тоже был здесь в ту ночь.
Адриан кивнул.
– И, кроме того, так я получил в свое распоряжение тысячу двести квадратных футов!
– Здесь, – Нова обвела рукой комнатушку, – не тысяча двести квадратных футов.
Адриан показал на дверь.
– Там туалет, ванная, дальше неотремонтированный подвал. А там, – он ткнул во вторую дверь, в дальней стене, – моя художественная студия.
– У тебя есть художественная студия?
– Это же большой дом.
– Можно мне посмотреть?
Адриан открыл рот, но снова закрыл, колеблясь.
– Что? – спросила Нова. – Ты там пишешь портреты обнаженных моделей? Или еще что-то такое?
Адриан поежился.
– Ничего скандального там нет.
– А что же тогда?
Он обреченно вздохнул.
– Ладно. Может быть, это ненормально. Надеюсь, что не так, но тебе может показаться, – он прокашлялся. – Помнишь, ты рассказывала мне свой сон? С развалинами и скульптурой в парке?
Нова немного растерялась.
– Да…
– Ну, меня это по-настоящему вдохновило, и я решил… я подумал, что было бы хорошо…
Он сник и замолчал.
Нова подождала.
– Это… изобразить?
Она снова замолчала и стала ждать, но Адриан так и не заговорил.
– Я тебя не понимаю.
– Я знаю. – Адриан поставил булочки на стол. – Трудно объяснить. Идем. Только… если вдруг окажется, что это жуткое уродство вместо красоты, учти, все дело в недосыпе. – Помедлив, он тяжело поглядел на нее. – Тебе об этом мало что известно.
Нова улыбнулась.
– Я примерно представляю, – сказала она, равно заинтригованная и тем, почему так занервничал Адриан, и тем, что же он скрывает в соседней комнате.
Снова откашлявшись, Адриан распахнул дверь в студию. Нова вошла следом.
– Ни фига себе, – прошептала она.
Ее окружали джунгли. Высоченные деревья и буйная зелень покрывали каждый дюйм на каждой стене, потолок, пол. Хотя в комнате пахло красками и явно не хватало вентиляции, роспись была такой роскошной и фантастически детальной, что Нове почти казалось, что она ощущает аромат экзотических цветов и теплого ветра.
В центре комнаты Адриан остановился. Он скептически осматривал свое творение.
– Сам не пойму, как я решился, но… как только эта мысль появилась, меня будто ударило – я должен это сделать. Наверное, меня реально вдохновило твое описание сна. В общем, я работаю над этим каждую свободную минуту.
Нова заставила себя шагнуть внутрь. Заметив, что и дверь с этой стороны тоже вся расписана, включая даже дверную ручку, она прикрыла ее. Рассматривая фрагмент за фрагментом, она чувствовала головокружение – но понимала, что дело тут не в парах краски.
Медленно двигаясь вдоль стен, она легко касалась росписи кончиками пальцев. Больше всего здесь было растений. Невероятные лиловые цветы с гигантскими лепестками были похожи на парусники. Изогнутые стволы древних деревьев были покрыты грибами и мхом, с ветвей петлями свисали длинные вьющиеся лианы. Между извилистых корней росли травы и папоротники, их шелковистые стебли гнулись под тяжестью белых цветов-звездочек и огненно-рыжих почек. Поваленное дерево словно мост, поросший лишайником, нависло над низким кустарником с широкими листьями.
Но здесь были не только джунгли. Адриан не забыл и о руинах. О разрушенном, покоренном джунглями городе. То, что на первый взгляд выглядело обычным булыжником, при близком рассмотрении оказалось выщербленным углом здания. А те поднимающиеся уступами травы – они же растут на ступенях древней лестницы. Между теми деревьями – едва намеченная арка, дверь, ведущая в никуда. Лучи солнечного света, проникающие сквозь густой полог, падали на давно забытую статую. Фигура в плаще с капюшоном стояла спиной, скрывая в руках какое-то сокровище. Внезапно Нову пронзило воспоминание – к ней вернулась память о том сне. В руках у статуи была звезда.
– Адриан, – прошептала она еле слышно, боясь спугнуть, нарушить очарование. – Это настоящее чудо.
– У меня получилось похоже? На твой сон?
– Ты… да. В точности… – Внезапно из глаз Новы хлынули слезы. Она отвернулась и прижала руку к губам, пытаясь овладеть собой. Только когда ей удалось успокоиться, а дыхание стало ровным, она решилась снова повернуться к Адриану. – Ты ведь не для меня это делал?
Адриан смотрел в сторону, на каменное изваяние.
– Нет… – начал он. – Хотя я не могу сказать, что не делал это для тебя. Если это не звучит бессмыслицей. Я только имел в виду, что делал это и для себя тоже. – Он пожал плечами. – Мне просто показалось, что это хорошая затея.
– Прекрасная затея. Это… волшебно!
Адриан загадочно улыбнулся, а Нова взяла себя в руки. Этот взгляд был ей хорошо знаком. Он означал, что Адриан собирается что-то сделать, чтобы произвести на нее впечатление – но неизвестно еще, понравится это ей или нет.
– Наверное, я подумал, что тебе хоть изредка нужны хорошие сны, – сказал он. – Даже если ты никогда не спишь.
А потом он прижал руку к ближайшей стене и выдохнул.
Роспись начала оживать, выступая, поднимаясь из-под его пальцев. Побег папоротника, разворачиваясь, толкнул его в запястье. А от него эффект стал распространяться во все стороны, расходиться по стене, как круги по воде. Из плоскости стен выступили стволы деревьев. Травы зашелестели, поднявшись им по колено. Над головами лениво закачались лианы.