Чья-то рука схватила Нову за запястье и с силой вывернула. Нова мигом собралась, готовая сломать нападающему руку – но это оказалась всего-навсего Сорока. Она озадаченно смотрела на браслет.
– О! – удивилась Нова. – Это ты. Надо же, как странно, мы как раз вспоминали тот раз, когда ты хотела стащить у меня…
– Что это такое? – спросила Сорока.
Нова не сразу поняла, что девчонка таращится на светящийся шарик. Как же она о нем забыла! Выдернув руку, она поскорее натянула рукав на браслет.
– Ничего.
– Раньше там этого не было, – сказала Сорока, тыча в рукав пальцем.
– Не было. Я вставила у ювелира. – Нова попыталась отвернуться к Оскару.
– Но что это такое? – не отставала Сорока, хватая Нову за локоть. – У него отпечаток, не похожий… ни на что.
Нова недоуменно покосилась на нее.
– Отпечаток?
– Ну да. Не янтарь. Не цитрин. И уж точно не бриллиант… – У нее даже изменилось выражение лица, сейчас оно было не таким кислым, как обычно. Видимо, секрет браслета заинтересовал ее не на шутку. – Но это… – Девчонка, прерывисто дыша, взяла Нову за руку. Та больше не сопротивлялась и подняла рукав. – Штука недешевая. Очень недешевая.
Ее глаза горели… алчностью.
Нова опять вырвала у нее руку и ошарашенно посмотрела на Оскара, который ответил ей таким же взглядом.
– Откуда это у тебя? – допытывалась Сорока. Она явно умирала от желания узнать, но Нова растерянно молчала, не зная, что ответить.
Из сна? С ожившей картины? От каменного изваяния?
И что это такое?
Нова не знала.
Громко, на весь зал, пробили часы, заставив ее вздрогнуть.
– Ниоткуда, – сердито бросила она. – Неважно. Оскар, идем к нашим, – и она подхватила Оскара под локоть.
Он не возражал, но, уходя с танцпола, Нова спиной чувствовала взгляд Сороки.
– И что это было?
Она покачала головой.
– Без понятия. Не знаю, почему эта девочка одержима моим браслетом. Если он когда-нибудь пропадет, буду знать, где его искать.
Заметив сидящую за их столом Руби, Нова замолчала и подергала Оскара за рукав.
– Оскар, эй!
– Что?
Она посмотрела ему в глаза и, замявшись на секунду, вдруг улыбнулась. Потому что впервые поняла, что… может ждать их впереди. Возможно, после этой ночи она никогда больше не увидит Оскара и Руби. А если они и встретятся, то окажутся по разные стороны баррикад.
Сейчас ей действительно хотелось, чтобы Оскар почувствовал, что она говорит от чистого сердца.
– Я знаю, прозвучит немного избито, но серьезно, ты реально хоть куда! И… я уверена, что Руби это понимает. Просто будь собой. Разве она сможет устоять и не влюбиться?
Оскар уставился на нее, и на миг Нове открылась бездна его растерянности. В карих глазах она видела благодарность, смешанную с надеждой. Только сейчас Нова осознала, что вся его бравада была притворством.
Хотя, возможно, такова любая уверенность. Просто притворство.
Но момент прошел. Оскар пришел в себя и мрачно усмехнулся.
– Немного избито? Ну ты даешь, Нова. С какой поздравительной открытки ты это взяла? «Просто будь собой». Надо же! Из всех бесполезных советов… – Он цокнул языком и пошел прочь, тростью отодвигая оказавшиеся на пути стулья.
Нова только головой покачала, улыбаясь, но посмотрела на часы, и улыбка сползла.
Она пробыла здесь слишком долго.
Адриан сидел за столом, развлекая братьев Руби рассказами о том, как много интересного в штабе Отступников, от тренировочных залов до симуляторов виртуальной реальности.
– Адриан! – Нова положила руку ему на плечо. Он вздрогнул. – Мне очень жаль, но… вечером, когда я уходила, дядя пожаловался, что неважно себя чувствует. Поэтому я и опоздала. Что-то мне не по себе. Лучше я пойду домой, хочу убедиться, что с ним все в порядке.
Адриан вскочил.
– А может, просто позвонишь ему?
Нова печально усмехнулась.
– Можно было бы, но он ужасно упрямый. Будет умирать, но не сознается, ничего мне не скажет. Нет… я правда думаю, что надо идти.
– Конечно. Проводить тебя? Или…
Она отрицательно покачала головой.
– Я вызову такси. Но спасибо.
Адриан не стал спорить, и Нове даже стало интересно почему: то ли не сомневался, что она сможет сама о себе позаботиться, то ли однажды уже видел ее «дом» и не хотел ее смущать.
– Надеюсь, с дядей все обойдется, – сказал Адриан. – Ты будешь завтра в штабе?
– Да, конечно.
На секунду – очень короткую секунду – Нове показалось, что он сейчас ее поцелует. Здесь, на глазах у всех.
И ей вдруг очень захотелось, чтобы он это сделал. Еще хотя бы раз.
Но он слишком долго медлил, и Нова с вымученной улыбкой повернулась к выходу.
Адриан схватил ее за руку и потянул к себе. У Новы екнуло сердце. Он наклонился и прижался к ее губам.
И тут же отодвинулся, смутившись.
– Спокойной ночи. Пока.
По телу Новы пробежала дрожь, и на краткий миг между двумя ударами сердца – ей показалось, что он тянулся вечность, – она поверила, что останется с Адрианом.
Но этот миг пролетел, и Нова тоже отодвинулась.
– Спокойной ночи. Пока.
Как в тумане пробиралась она между столами на обмякших, словно медузы, ногах. Вот, наконец, двери! На свежем прохладном воздухе в голове сразу прояснилось.
Адриан был проблемой. Он ослаблял ее решимость. Ее преданность.
После нынешней ночи все станет проще.
Потому что ей больше не нужно будет притворяться одной из Отступников. Игра будет окончена, а с ней придет конец и… всему, что связывает ее с Адрианом Эверхартом.
– Прощай, Адриан, – шепнула она в ночь.
Она позволила себе погрустить – немного, лишь три квартала, пока шла к автостоянке, где они условились встретиться с Лероем и Хани. Спортивная машина была уже на месте, тошнотворно-желтая, вся в царапинах и вмятинах. На капоте сидела Хани Харпер и подпиливала ногти. На водительском месте, выставив локоть в открытое окно, ждал Лерой.
– Как прошло? – скучающе осведомилась Хани, качая ногой.
– Супер, – сказала Нова. Сняв коммуникатор, она протянула его Хани, которая брезгливо взяла у нее это чудо техники двумя пальцами. – Отвези это домой.
– Ты что же думаешь, я забыла, о чем мы вчера договаривались? Пусть твое драгоценное алиби тебя не волнует. Деньги на такси у меня есть, я даже о маскировке позаботилась.
Она вытащила громадные темные очки и нацепила на нос.
– Среди ночи – самое то, – кивнула Нова. – Ни разу не подозрительно.
– Может, и подозрительно – зато таинственно.
– Прекрасно. Только поезжай сразу домой, пожалуйста. Не отклоняйся с маршрута.
Хани щелкнула пальцами, и от этого Нова только сильнее занервничала. Лучше бы она поручила эту часть Фобии. Коммуникатор должен обеспечить ей алиби на случай, если что-то пойдет не так. Впрочем, она надеялась, что осложнений не будет. Скоро лжи и притворству придет конец.
Она не провалит дела.
А сейчас в любом случае поздно менять план.
– Ну как, со всеми попрощалась? – спросила Хани, вставая, и неожиданно проницательно вглядываясь в Нову. – Уверена, тебе это далось нелегко.
Нова сжала кулаки.
– Но и не так уж трудно, – буркнула она.
Она хотела обойти Хани и пройти к пассажирскому сиденью, но та встала у нее на пути. Губы растянуты в улыбке, глаз не видно за очками.
– Ты какая-то рассеянная, Кошмарик. Я о тебе беспокоюсь.
Нова поморщилась.
– У меня голова идет кругом, столько всего надо обдумать. План довольно сложный, если ты не заметила.
Хани недовольно буркнула.
– В чем дело? – Лерой выбрался из машины.
– Знаешь, – продолжала Хани, не обращая на него внимания, – ты, может, слишком юна, чтобы это помнить, но когда-то нас боялись. Боялись и уважали. А теперь… теперь мы вот такие, – и она ткнула наманикюренным ногтем в обшарпанную, ржавую машину.
Лерой надулся.
– Это неуместно, Хани Харпер.
– Королева Пчел, – голос Хани окреп. – У тебя чудесная машина, но было время, когда о ней мечтали все банды. Тогда у нас были сокровища и шампанское, и власть… а теперь мы среди ночи прячемся за гаражами, боясь показать лица. И все из-за Отступников.
Нова крутила браслет на запястье.
– Я в курсе, Хани. Они и у меня тоже все отняли.
– Верно. Отняли. – Хани сдвинула очки на кончик носа и вперила в Нову взгляд с поволокой. – Они могут предложить тебе скандальную известность и пару шикарных ботинок. Или даже симпатичный камушек, вроде того, что светится у тебя на браслете.
Нова непроизвольно накрыла звезду рукой.
Хани хмыкнула.
– Я заметила его еще, когда ты примеряла платья. Неужели ты думала, что я могу такое пропустить?
– Это пустяк, – сказала Нова.
– Мне все равно, что это. Я о другом, Нова. Я говорю о том, что Отступники могут предложить тебе многое, но они не могут одного: помочь тебе отомстить.
– Ваше величество, – ехидно обратился к ней Лерой, – вы не забыли, что все это делает именно Кошмар? Что это она все разведала и разработала план? И она рискует жизнью ради нашего общего дела.
Хани ласково улыбнулась.
– Я ничего не забыла, Цианид. Просто хочу убедиться, что она, наша девочка, тоже не забыла.
– Я все помню, – процедила Нова сквозь зубы.
– Хорошо, – Хани потрепала Нову по подбородку, и той стоило больших усилий не отшатнуться. – Сделай так, чтобы мы тобой гордились.
Отняв руку, она сунула коммуникатор Новы в карман платья и растворилась в ночи.
Нова тяжело дышала. Звезда на браслете была невесомой, но сейчас она тянула ее к земле, как кандалы с чугунной гирей.
Лерой изучающе смотрел на нее.
– Нова, ты…
– Все отлично, – отрезала Нова. Не глядя на Лероя, рывком распахнула дверцу. – Я готова. Пойдем и уничтожим их.
Глава тридцать девятая
Отъехав от штаба на квартал, Лерой остановился в углу пустующей крытой парковки. За время поездки они не перекинулись и парой слов.